упасть – далеко в стороне). Вначале пленный Б. Рольф, которого 24 сентября 1942 года допрашивал советский офицер Тарабрин, сообщает типичные для всех допросов сведения о положении в тылу, о своей части, прибывшей из Сталино в район станицы Морозовской в начале августа. А затем допрашиваемому задают дежурный вопрос о вооружении самолета, и следует описание пулеметов, бомбового вооружения и… аппаратов для разбрызгивания отравляющих веществ!
«…50 эскадрилья состоит из авиаотряда № 100 в составе 15 бомбардировщиков “Хейнкель-111”… Эскадрилья прибыла на восточный фронт в мае 1942 года, имея в составе 2 группы по 16 бомбардировщиков каждая. В каждую группу входило 4 отряда, по 4 бомбардировщика. Отряды обычно действовали самостоятельно, получая отдельные боевые задачи. Бомбардировщики действовали звеньями по 2 самолета… Склад бомб находится на аэродроме. Бомбы группами стоят непосредственно на земле, рассредоточены по границам аэродрома и замаскированы сетями… Откуда подвозятся бомбы и горючее в Морозовскую, пленный не знает. Эскадрилья является самостоятельной боевой единицей и подчиняется командованию данного участка фронта, откуда и получает задания. Сколько эскадрилий действуют на Сталинградском участке фронта, пленному не известно. Экипажу было дано задание – бомбежка воинских эшелонов на железных дорогах и станциях в районе Камышина. Экипаж вылетел на операцию в паре с другим бомбардировщиком “Хейнкель-111”, выполнить задание не успел, так как при подходе к цели самолет был сбит огнем зенитных батарей. За время май – сентябрь эскадрилья потеряла 14 бомбардировщиков…»
Кто еще не понял, поясню, о чем идет речь. Официально считается, что химическое оружие во Второй мировой войне не применялось. И у немцев, и у СССР такое оружие было, но Гитлер (так принято считать) боялся использовать его по той причине, что ответное применение со стороны Красной армии было бы для куда более скученной Германии просто фатальным. Такова официальная история. А тут: «самостоятельная боевая единица», подчиняющаяся только непосредственно командованию, вылетают на задание только парами (т. е. в массовых бомбежках не участвуют), и самое главное, как говорит пленный, «особое задание» получали самолеты, оборудованные аппаратами для разбрызгивания отравляющих веществ!
Быть может, Гитлер лишь перестраховывался и лишь на всякий случай вооружал самолеты химическим оружием? Но нет, в документальном сборнике документов «Сталинградская эпопея» (М.: Звонница, 2000) приводятся множество рапортов и протоколов, среди которых встречаются и говорящие в пользу того, что фашисты все-таки не устояли перед соблазном тайно применить химическое оружие севернее Сталинграда. Во-первых, это многочисленные показания пленных немцев и румын, утверждавших, что в разгар Сталинградского сражения им в спешном порядке поголовно заменили старые противогазы на более новые образца 1939 года. Об этом, например, в протоколе допроса ефрейтора Г. Дрейвеса из 71-й пехотной дивизии (с. 87), солдата И. Химинского из 767-й пехотной дивизии (с. 49), солдата Э. Бичковского из 120-го пехотного полка, который помимо этого рассказал о том, как лично его готовили к химической войне (с. 42), и другие…
Во-вторых, там же есть выписки из писем советских солдат, сделанные советской же цензурой, в которых воины Красной армии рассказывают подробности боев по разгрому немцев под Сталинградом. Там опять встречаются упоминания химического оружия: «…Отступление их усеяно трупами фашистов, вообще деремся каждый день. Перед смертью начал бросать слезоточивые газы, 5 красноармейцев ослепли, но это не остановит нашего наступления, противогазы есть у всех бойцов» (с. 145)… Другой боец, В. Волобуев, из 6-й танковой бригады описывает, что его «часть захватила трофей – патроны, пули, которые начинены газами» (с. 146)… Надо ли говорить, что все эти сообщения цензура не пропустила.
Третий солдат, А. Патерикин, пишет своей семье: «…Враг стал в некоторых местах применять газы, но мы этого не очень боимся потому, что наша армия снабжена противогазами полностью, за исключением мирного населения» («Сталинградская эпопея». М.: Звонница, 2000. С. 145)… За исключением мирного населения – значит, и мирному населению доставалось. Нет, и такое письмо цензоры не могли пропустить…
Вопрос «знало ли о применении химического оружия советское командование?» после этого можно не ставить. Знало, но по разным причинам об этом открыто не говорилось. Неясно – почему гитлеровцы севернее Сталинграда неоднократно применяли химоружие, а до того и позже того – не решались. Не решались – даже в конце войны, когда терять было уже нечего. Жест ли это отчаяния или жестокий расчет? Если расчет – то он тем более непонятен, ибо в некоторых местах севернее Сталинграда, как известно, компактно проживали немцы Поволжья.
Зачем было посылать сюда бомбовозы-наливники с ядовитой отравой? А если самолеты не разбрызгивали химоружие над поволжскими немцами (в документах упоминаний об этом нет), то куда его девали? Химические самолеты возвращались обратно полными? Глупо! Садились в нашем тылу в степях и сгружали «груз из фатерлянд»? Вряд ли… Хотя лучшего места для хранения этих гостинцев, чем пещеры, и не придумать… Впрочем, такая версия – уже слишком большая фантазия…
Если с политическими вопросами разобраться трудно, то вопросы технические разрешить проще. Что, например, будет, если самолет, заправленный под завязку химическим оружием, сбить «при подходе к цели»? Не такая ли лужа химической заразы, наподобие нашей «старой знакомой», появится в одном компактном месте? В суматохе войны на грязное пятно мало кто обратит внимание. Да и на случаи необъяснимой смерти среди местного населения – тоже. Не до того всем. А после войны – все быстро забывается…
Еще одна страшная тайна здешних мест…
34-я Медведицкая экспедиция
1 июля – 21 августа 2004 года на Медведицу (34-я МЭ, экспедиция № 196) съехались 128 человек из Московской, Волгоградской, Саратовской, Тамбовской, Ивановской, Смоленской, Ростовской, Свердловской областей и Марий-Эл. Бригада А. Петухова докартировала (с помощью JPS занесла на карту координаты) несколько сотен ожогов от предполагаемых ШМ. Бригада Р. Саримова повторила магнитометрические измерения над предполагаемыми тоннелями.
Водопад в Каменном овраге
Начались раскопки подземелий восточнее 8-го лагеря, но постоянные дожди сделали и эту попытку крайне трудноосуществимой (второе очень дождливое лето подряд – это уже слишком!). Но если бы не многочисленные и длительные перерывы в раскопках из-за погоды, то, возможно, никто бы не заметил еще одной особенности здешних мест… Исследователи из Волжского расположились ночью на отдых как раз в том месте, где за полгода до этого магнитометр указал наличие «аномальной полосы» под землей, и… Постоянный, временами усиливающийся, временами затухающий шум из-под земли мешал волжанам заснуть. Поскольку им очень не хотелось прослыть выдумщиками и быть поднятыми на смех, говорить о своей «звуковой галлюцинации» они сразу не стали. Может, и напрасно, возможно, задача была бы разгадана быстро и на месте (возможно, так, к примеру, шумит подземный родник? «Нет, – заявляли уверенно волжане, – шум не постоянный, так шумят только механизмы»). И мы, не найдя разумного объяснения, решили к следующему разу запастись
