были еще живы. И Кэсс жива, но нам ее не достать.
Из лап службы безопасности не выбраться.
Кэсс… я не могу потерять Кэсс…
Входная дверь прямо передо мной распахивается, впуская внутрь улыбающихся Рори и Джея. Увидев выражение моего лица, оба вмиг становятся серьезными. Аврора обшаривает взглядом присутствующих, пока не замирает на мне.
– Нет, – хрипит она едва слышно.
И я опускаю голову, потому что не знаю, что ей ответить.
Кэсс не умерла, но мы ее потеряли.
Глава 17
До сих пор помню свою первую сделку, словно минуло всего несколько недель, а не долгих лет. Так совпало, что она проходила не в Адемаре, и это была моя первая самостоятельная вылазка за пределы защитных стен по земле, а не по воздуху.
Сначала местность воспринималась с невероятным трепетом, ведь территория серых – не то место, где можно позволить себе хоть на минуту расслабиться и приглушить бдительность. Но чем дольше я находилась «на воле», тем чаще ловила ощущение свободы, где никто не ограничивает действия и не давит правилами, и тогда поняла, что больше никогда не хочу расставаться с этим чувством.
Пока мы ехали к месту встречи, Мэй давала нам с Рори последние инструкции по поведению в той или иной ситуации, которой могла обернуться предстоящая сделка. Тогда-то Лея и напомнила ей о службе безопасности, ведь про нее во время поездки не было сказано ни слова.
– Не попадайтесь, – нравоучительно произнесла Мэй. – Если кого-то из нас ловят и отправляют за решетку, остальные прощаются с ним навсегда.
– Что? – пораженно спросила я, не готовая к подобному исходу событий.
Мэй уверенно кивнула.
– Из лап службы безопасности выбраться невозможно, запомните это. – Она сделала небольшую паузу, прежде чем добавить с самым мрачным видом, который я наблюдала у нее впервые: – И, как бы это ни звучало, на помощь никто не придет.
– Почему? – возмущенно спросила Аврора.
Мэй оглядела нас по очереди, печально улыбнулась, но все же пояснила:
– Сила ни одной группировки не сравнится с возможностями службы безопасности. Выступить против – подписать себе смертный приговор. Мы не герои, Аврора, а преступники, которые выбирают в первую очередь себя. Я прошла через многое с другими командами и не раз теряла друзей из-за схвативших их законников…
– И ты не хотела никого спасти? – недоверчиво уточнила я.
Мэй вздохнула и перевела невидящий взгляд в боковое окно.
– Разумеется, хотела. Желала всем сердцем. Но что я могла противопоставить службе безопасности в одиночку?
– Но ты ведь была не одна, – возразила Рори.
– Двое, трое, десять человек – не важно, – отрезала Мэй. – На их стороне закон, крепкие стены и оружие. Много оружия. Ни исподтишка, ни уж тем более в открытую против безопасников не выстоять. Можно сразу пустить себе пулю в лоб. И так, и так умрешь.
Больше мы к тому разговору не возвращались, но навсегда уяснили одно – если попался, спасение собственной шкуры только на тебе. Для остальных ты все равно что мертв.
И сейчас я снова проживаю те же чувства, что испытывала два с половиной года назад, когда в одночасье потеряла сразу троих. Кэсс отправят в тюрьму, и мы ничего не сможем с этим сделать. Даже несмотря на то, что желание броситься прочь из штаба и сделать хоть что-то – что угодно, чтобы это исправить, невероятно велико.
Я бессильна.
Ненавижу это! Ненавижу чувствовать себя такой!
– Что произошло? – высоким голосом спрашивает Аврора, преодолевая разделяющее нас короткое расстояние и со смятением глядя то на одного, то на другого.
– Рори…
Она бросается к Маттео и с безумно сверкающими глазами замирает перед ним.
– Кто ее убил?! Как ты это допустил?
Он смотрит на нее покрасневшими от усталости глазами, а я предпринимаю очередную попытку успокоить ее, иначе Рори расколотит здесь все, как сделала в прошлый раз.
– Рори, – зову настойчиво.
Она мгновенно поворачивает голову в мою сторону, на лице безумное выражение, выдающее, что сейчас Аврора способна на все. Абсолютно на любой поступок.
– Она жива, – громко заявляет Колт, опережая меня.
Бросаю на него предупреждающий взгляд, но поздно. Рори так резко дергается в его сторону, что ему скорее всего приходится применить все самообладание, чтобы остаться на месте и не отступить в сторону.
– Жива? – восклицает она и снова обшаривает взглядом помещение, пока не останавливается на двери в ванную.
– Ее там нет, – говорю безжизненным голосом. Миг спустя поясняю, хотя, думаю, Рори уже сама начала обо всем догадываться: – Ее схватила служба безопасности.
Широко распахнутые зеленые глаза Авроры стекленеют, плечи опускаются, и она так и замирает без движения напротив совершенно убитого горем Маттео.
Отворачиваюсь от них, не в силах смотреть на застывшую боль в позе каждого, я и сама испытываю ее сполна. Натыкаюсь взглядом на так и стоящего у порога Джея.
– Ты как? – негромко спрашивает он.
Удивленно вскидываю подбородок. Такой вопрос я скорее ожидала от Маттео, а не от человека, который едва меня знает, но все равно проявляет участие. Отмахиваюсь:
– Нормально. Нужно срочно промыть рану Кейда и, возможно, зашить. Мне кажется, он потерял много крови.
Джей хмурится, бросает пристальный взгляд мне за плечо, а после снова смотрит прямо в лицо. Его светло-голубые глаза кажутся столь проницательными, что становится не по себе. Опускаю голову и собираюсь отвернуться, когда он вновь заговаривает:
– А сама ты как?
– Терпимо, – отзываюсь я и указываю жестом себе за плечо. – Идем?
Джей кивает только через несколько секунд, отчего складывается впечатление, что он видит меня насквозь.
Конечно, мои слова не абсолютная ложь, ведь физически я и правда чувствую себя более-менее нормально, а вот в душу ко мне заглядывать незачем.
Дохожу до дивана и еще раз более внимательно оглядываю собравшихся. Колт и застывшая Рори, которая вроде как не собирается крушить все вокруг, единственные, кто выглядят невредимыми. Синяк на лице Джея приобрел почти черный цвет, из рассечения над бровью Маттео больше не течет кровь, но ее не помешало бы смыть и обработать рану. Кейд сидит, не двигаясь, и внимательно наблюдает за мной, на его обнаженном животе и не скрытых повязкой участках кожи на груди повсюду красные разводы. Радует то, что ткань снаружи практически чистая, а это означает, что нам удалось остановить потерю крови.
Первой нарушаю тишину, заговаривая о насущном.
– Джей, в холодильнике есть лед, – говорю я, жестом указав на его лицо. Медленно поворачиваюсь к Авроре и прошу с осторожностью: – Рори, принеси
