Николас встал.
— С кем я поддерживаю отношения — мое личное дело, сэр.
— Верно, если тебе нет дела до тех денег, что ты потеряешь.
Николас едва заметно улыбнулся.
— А если это так и есть? Не в деньгах счастье.
— Тогда первые несколько лет пребывания в титуле герцога тебя ждет нелегкая жизнь. Поместья приносят куда меньше дохода последнее время. И тебе придется вкладывать в них все до последнего фунта. Я обещаю, что от меня ты не получишь ни пенни.
— Поступай, как знаешь. А я буду делать то, что считаю нужным. — Если бы только его отец знал, что ему наплевать на его угрозы. Николас стремительно вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
— Мисс Литлбери, признаюсь, вы удивили меня, — сказала Софи, заходя в кабинет. — Я полагала, вы считаете меня шарлатанкой.
На щеках девушки вспыхнул лихорадочный румянец.
— Моя подруга, мисс Холл, призналась, что вы удачно подобрали ей пару.
Софи никак не могла припомнить клиентки с таким именем. Впрочем, некоторые ее посетительницы пытались обмануть Софи, назвавшись чужими именами.
— Она вышла замуж?
— Пока нет, но в этом сезоне рассчитывает получить предложение руки и сердца.
Софи нахмурилась.
— Скажите правду, зачем вы пришли?
Бледно-голубые глаза мисс Литлбери удивленно расширились.
— На что вы намекаете?
— Я не знаю никакой особы с таким именем. Последний раз, когда вы были у меня, вы назвали меня мошенницей. Так в чем состоит истинная цель вашего сегодняшнего визита?
Мисс Литлбери вспылила.
— Как смеете вы, ничтожество, обвинять меня во лжи!
Софи усмехнулась. Этой особе явно что-то было от нее нужно. Стараясь говорить как можно спокойнее, она ответила:
— Я ни в чем вас не обвиняю. Просто хотела бы знать, зачем вы пришли ко мне вновь. И прошу вас воздержаться от оскорблений.
Мисс Литлбери заморгала и уставилась в потолок.
— Извините. Мой отец желает, чтобы я вышла замуж за одного мужчину. Я не уверена в том, что он именно тот, кто составит мое счастье. — Девушка прикусила губу и опустила взгляд. — Вы помогли одной моей подруге, подыскав ей великолепную пару. Мисс Элизабет Тайсон стала графиней Ротерхэм. Она так счастлива. Прошу прощения за то, что не сказала вам правду с самого начала.
— Принимаю ваши извинения, — кивнула Софи. — А теперь возьмите меня за руку и думайте о любви… о том, какие качества вы хотели бы видеть в своем муже.
Мисс Литлбери сосредоточилась, и Софи сразу ощутила знакомое легкое головокружение. Она закрыла глаза и, как и в прошлый раз, увидела лишь смутные тени, словно сквозь дымовую завесу. Там находились двое, и хотя Николас был одним из них, он словно отступил на второй план.
— В вашей теперешней жизни я вижу двух мужчин, — прошептала Софи. — Один из них — блондин с зелеными глазами, и он очень хорош собой. — Ну, насколько тот красив, определить было трудно, но, по крайней мере, ей он показался довольно импозантным.
— А второй?
— С ним все гораздо сложнее. Не уверена, что могу сказать, что это значит.
— Кто он? — настойчиво спросила клиентка.
— Думаю, это лорд Энкрофт, — тихо сказала Софи. — Я не понимаю, почему я вижу его вдалеке, в какой-то дымке.
— Как насчет того, кто на первом плане? Как его зовут?
Софи сосредоточилась, но полное имя постичь не могла.
— Могу лишь сообщить, что его зовут Эдвард или Эдмунд. Что-то вроде этого.
— Не думаю, что мне знаком мужчина с таким именем.
Софи держала глаза закрытыми, но, и не глядя на девушку, она чувствовала, что та лжет. Эдвард — имя весьма распространенное. Открыв глаза, Софи увидела в глазах клиентки довольный блеск.
— Мой отец хочет, чтобы я вышла за лорда Энкрофта, — призналась мисс Литлбери. — Я могла бы стать герцогиней. Но при виде счастья мисс Тайсон, которая вышла замуж по любви… — Девушка замолчала и отвела глаза.
— Мисс Литлбери, я скажу вам кое-что, если вы пообещаете, что это останется строго между нами.
Та быстро повернула голову к Софи.
— Разумеется, я не стану говорить никому о нашем разговоре.
— Хорошо. Я думаю, что мужчина на первом плане — тот самый, с которым вы обретете счастье. У меня был сеанс с лордом Энкрофтом, и я убедилась, что вы не его избранница. Потому он и отступил в моем видении на второй план.
— Тогда кто же его пара?
— Я не смогла определить этого. В его случае не увидела вообще ничего. — Софи все еще задавалась вопросом о том, связано ли это как-то с близостью смерти, как в случае с леди Кантуэлл.
— Итак, — сказала мисс Литлбери, — вы не предложили никакой конкретной кандидатуры лорду Энкрофту.
Софи ощутила неприятный холодок в груди. Судя по тону, каким были сказаны эти слова, девушка явно что-то замышляла.
— Что вы хотите этим сказать?
Мисс Литлбери улыбнулась и высвободила руку.
— Спасибо, что потратили на меня время, мисс Рейнар. Мне пора.
— Послушайте!
— Да? — Клиентка встала и взяла ридикюль. Достав деньги, она положила их на стол.
— Пожалуйста, поверьте мне. Вам предназначен совсем другой.
— Ну, если вы когда-нибудь сможете определить его имя, пожалуйста, дайте мне знать, мисс Рейнар. Всего доброго. — Мисс Литлбери, шурша муслиновыми юбками, удалилась.
Софи осталась сидеть за столом. Неприятное чувство не ушло после ухода девушки.
С наступлением вечера тревожное чувство лишь усилилось. Софи, поужинав, вернулась в кабинет и взяла со стола монеты, оставленные мисс Литлбери. Сжав их в ладони, она закрыла глаза.
И тогда она увидела Николаса и мисс Литлбери. Вокруг них была чернота. Софи выронила деньги, словно они обожгли ее руки.
Николас был в беде. И Софи была уверена в том, что виной тому — ее сегодняшняя посетительница. Не могло ли случиться так, что мисс Литлбери какими-то своими действиями насылала на него смерть? Нет, Софи не должна была оставаться безучастной. Ее долг — спасти любимого.
Глава 18
Николас нетерпеливо ждал, пока слуга почистит его фрак. От самой мысли о том, что придется ехать на этот бал у Мидлтонов, у него портилось настроение. Даже во рту ощущался, какой-то противный привкус. Одного он не мог понять — зачем, все это? Ну, вообще-то одна мысль у него была — дело в Софи. Он рассчитывал провести с ней больше времени этим вечером, возможно, и ночью тоже. После того как передаст Мидлтону письмо, он сразу уедет и отправится прямо к ней.
Николас постоянно думал об этой женщине, и, если уж быть до конца честным, она проникла не только в его сознание, но и в сердце. С тех пор как он встретил Софи, о Жанетт Николас вспоминал все реже.
