отнестись к предположениям Киссы несерьезно. И еще одной ошибкой было отнестись несерьезно к тебе. Я бы поступила по-другому, зная, как оно все обернется.
Синтия замолчала, глядя куда-то в сторону остекленевшим взглядом.
— Продолжайте, — вежливо напомнила я о себе, и та снова сфокусировалась на мне.
— Так вот! В твоих руках большая сила и, к сожалению, теперь и моя внешность тоже. Надеюсь, ты не воспользуешься этим преимуществом, и в случае любого конфликта обратишься сначала ко мне.
— А что думает Кисса по этому поводу? — поинтересовалась я.
— Мне это неинтересно, — фыркнула дисса Майер. — С ней разбирайся сама, у вас там свои секреты, про которые я не хочу ничего знать. Я просто хотела сказать тебе, что со мной гораздо более выгодно и приятно дружить, чем враждовать. У меня масса связей и тоже есть преимущества, поэтому я хочу договориться с тобой о взаимовыгодном сотрудничестве.
— Я поняла вас, дисса Майер, — кивнула я. — Пока вы не действуете мне во вред, я тоже не буду доставлять неприятностей, не беспокойтесь.
На том мы и распрощались.
— Не воспользуетесь? — поднял бровь Винтерс, все это время слушающий наш разговор.
— Пока нет, — я откинулась на подушки. — Во-первых, сейчас не до этого, во-вторых, она поддержала меня на встрече, да и она нам еще пригодится. Ты ведь читал ее досье — она и правда всех знает, со всеми дружит.
— Разумно, — кивнул секретарь, и потянулся, чтобы забрать у меня магопроектор.
Замигала зеленым пластина, уведомляющая о вызове, я взглянула на появившуюся проекцию и застыла.
— Кто-то звонит, — механическим голосом сказал Винтерс, не отрываясь глядя на всплывающее изображение мужчины. — Дисса Софи, вы его знаете?
С проекции-заставки на меня смотрел Альфред Герера. Черные с проседью кудрявые волосы, безумный взгляд — этого человека я точно не забуду, хоть и видела его вживую всего несколько минут, когда в теле Кайла помогала Вану ловить Бабочку.
— Дисса Софи, что с вами? — окликнул меня секретарь, и я вздрогнула.
— А, что? Да, я его знаю, выйди, — нахмурилась я, но Винтерс неожиданно не послушался.
— Ну уж нет, дисса Софи, что-то тут не то, никуда я не выйду, разговаривайте при мне.
— Винтерс!
— Я уже и так знаю ваш главный секрет, дисса Софи, — помотал головой секретарь, даже не двинувшись с места. — Но я дал столько клятв, что уж точно не проболтаюсь. Вы постоянно падаете в обмороки и больны какой-то неизвестной хворью, я должен быть в курсе обо всем, чтобы вовремя помочь вам. И, если честно, моей интуиции просто очень не нравится этот человек. Так что я останусь.
Ну и шарт с тобой! На самом деле звонящая морда Гереры испугала меня не на шутку. С этим сумасшедшим я связываться совсем не хотела, и предполагала, что он тоже будет обходить меня десятой дорогой. Что ему нужно?
Судорожно вздохнув, я приняла вызов.
Развернулась проекция Альфреда Гереры в белом халате, таком же, как носят ученые в лаборатории, сидящим за столом. Он что-то писал в толстом блокноте, и даже не смотрел на меня, явно увлеченный своим делом. На заднем фоне была серая каменная стена и полки, заваленные книгами, тетрадями и свернутыми в рулоны чертежами. Абсолютно неинформативный задний фон, не дающий и намека на то, где сейчас этот человек.
— Слушаю вас, — укрепив все мышцы лица, наконец, сказала я, и Герера резко поднял голову.
— А, Софи Найт, метаморф, — чуть прищурившись, папаша Бабочки разглядывал меня, как какой-нибудь новый вид плесени, с чисто научным интересом. — Значит, вот кто сорвал последнюю сделку!
Ну, началось.
— Что вам надо? — холодно спросила я, бросив взгляд на секретаря.
Винтерс сидел в моем кресле с непроницаемым выражением лица и внимательно слушал.
— Сорвала сделку, а теперь заняла место моей глупой дочери, — продолжал Альфред, кажется, даже не обратив на мой вопрос внимания. — Хоть на что-то у нее мозгов хватило, метаморф нам очень-очень пригодится!
— Говорите, что хотели, иначе я отключаюсь, — начала злиться я. — У меня нет времени слушать этот бред. У вас есть пять секунд
Как разговаривать с сумасшедшими? Понятия не имею.
— О, погоди, милая, — гаденько захихикал этот старый хрыч. — Насчет того, что времени у тебя нет, ты права, как никогда. Хочешь, чтоб его вообще не осталось?
— Что вы несете? — нахмурилась я, чувствуя, как по спине пробежала волна мурашек.
— Ты умираешь, Софи, — безумно улыбнулся Герера и, потянувшись рукой куда-то в сторону, взял в руки еще один потрёпанный блокнот. Пролистав его, что-то нашел и снова посмотрел на меня. — Судя по моим расчетам, у тебя осталось не так много времени. Скажи-ка, совсем плохо было вчера?
— Я не понимаю, о чем вы, — покачала я головой, чувствуя, как к горлу подступает паника.
— Ага, значит будет сегодня, — кивнул своим мыслям Альфред и что-то черкнул в блокноте. — Нынче был просто длинный обморок, да, милая?
— Я абсолютно здорова! — отчеканила я. — И я отключаюсь!
— Они не могут ничего обнаружить, правда? — снова захихикал отец Марты, а я похолодела. — Все показатели в норме, тогда отчего эти обмороки? Отключайся, милая, отключайся, тебя ждет незабываемая ночь через один, два, три… прямо сейчас! Я позвоню завтра, и мы еще поговорим.
И, продолжая смеяться, отключился сам.
— Что это было? — в голос спросили мы с Винтерсом одновременно и уставились друг на друга.
— О чем он говорил, дисса Софи? — нахмурился секретарь. — Он как-то связан с вашим плохим самочувствием?
— Нет! Точнее… я… я не знаю, — ответа на этот вопрос я действительно не знала, но сосущее чувство под ложечкой намекало, что бред Гереры может оказаться правдой.
