начальник… И очень нужен всем нам. Элиз, матери…мне… Пожалуйста, очнись, — позвала еле слышно. — Еще жениться и трудиться над наследником. Помнишь, ты обещал! А обещания надо держать!
Чуть отстранилась, рассматривая с близкого расстояния дорогие черты лица. Крупные слезы каплями упали вниз. Невыносимо хотелось сжать его до хруста костей и одновременно треснуть сильно-сильно, выплескивая страх и отчаяние. Упрямые губы были плотно сжаты. Даже сейчас. Не знаю, до чего могла додуматься, но, услышав шаги в коридоре, поспешила встать, одернуть платье и застыть на приличном расстоянии.
Невольные тюремщики вернулись, неся с собой поднос с хлебом и водой.
— Без изменений.
В ответ кивнули, снова натянули цепи и застыли изваяниями. Хотелось на воздух, в груди застыл комок.
Через пару часов раздались радостные вопли: Велдон очнулся, черные вены на теле капитана исчезли, состояние на лице улучшилось.
Надежда на лучшее несмело тронула плечо каждого.
* * *
Велдон
Эх, хорошоо!
Глаза оставил закрытыми, дабы продлить неожиданное чувство радости внутри. Сил не было. Предшествующих событий не помнил, но твердо был уверен в их исключительной важности. Улыбнулся.
Ух, как…
— Очнулся!!! — истошно заорали рядом, перепугав до смерти.
Дернулся было встать, да шлепнулся обратно, вцепившись руками в веревку, сдавившую горло. Глянул на ноги — обмотаны цепью. Нахмурился. Обзорный взгляд не внес ясности. Покои капитана, его кровать, я на ней. Слева спящий друг. Оба зафиксированы. В комнате четыре солдата. На лицах страх и надежда.
Тяжело вздохнул. Вспомнил. Все вспомнил. Так и лежал, пока не влетел встревоженный Руперт.
— Ну? — дернул головой вперед на манер гуся, открытыми ладонями опираясь об короб дверного косяка.
— Я это. Отвязывай давай.
— Чем докажешь? — прищурился, требуя подробностей. Переступил порог, не торопясь приближаться.
— Сам напросился, — мстительно ухмыльнулся. — Года два назад на пирушке Белда бешеная наложница так тебя отделала, что лечить….
— Все!! Хватит! — завопил покрасневший Руперт, выставив руки вперед. — Это ты, — примирительно кивнул головой. — Отпустить.
Вместе с цепями ослаб градус напряжения в комнате. Стражи, молчаливо переглянувшись между собой, выдохнули. Не уходя далеко, осмотрел друга, влил немного сил, попутно выслушал краткий пересказ последних событий. Поспешил вниз. Со второй невестой Джоан было все хорошо. Поблагодарил девушку за проявленную отвагу. Марджери отгородилась от реальности, уйдя глубоко в себя. Люба с травницей позаботились: помогли переодеться в свежее, собрали волосы, покормили с ложечки. Так и сидела, уставившись в одну точку. Потерянная, далекая, одинокая.
— Приглядим, не беспокойся, — кивнула Люба, ставя миску с едой.
Кивнул, беря ложку. Старуха сидела на низкой табуретке в уголке. Пальцы ловко крутили овощи, местами покрытые комьями земли, счищая тонкой стружкой кожуру в старое покосившееся ведро без ручки. Очищенные клубни на миг окунались в плошку с водой и складывались в чан, стоящий рядом. Мокрые руки тщательно вытирались об серый передник, оставляя мокрые, местами грязные разводы. Процедура повторялась.
Меня нарочито громко игнорировали.
Подавив желание облизать тарелку, мелкими глотками выпил взвар. Промокнул губы полотенцем, поблагодарил.
— Велдон, — медленно начала Люба, не зная куда деть руки. — Элиз передала тебе очень много сил, помогла с выздоровлением… В общем это все плохо отразилось на самочувствии — ее вырвало. Потрясение от увиденного могло отразиться на самосознании. Осмотришь ее, пожалуйста? Заставила выпить успокоительное, но удержать постельным режимом не смогла.
Шумно выдохнул.
— Да, конечно… Где она?
— На прогулке за домом со служанкой и охранником. Обещали далеко не уходить.
— Спасибо, — виновато поглядел на женщину. — Спасибо тебе за все, Люба, — от всей души поблагодарил. — Мне рассказали, как ты помогла.
Травница деланно удивленно посмотрела на меня. Мол, не ослышалась ли.
— Брось, — дернула плечом Люба, смахивая несуществующие крошки со стола. — Мы ж не звери какие.
Дернул головой и ушел. Переодеваться не стал. Мятый. Кого это волнует… Плеснул ледяной воды на лицо в нужнике, уставившись на стену напротив. Будто она могла подсказать решение. Капли скользили вниз. Вытерся, надо идти.
На улице было хорошо. Сияли два светила в голубой вышине. Многочисленные островки аккуратных облачков были похожи на кучки нежнейший воздушной шерсти, разложенной обсохнуть.
Ты можешь подыхать, грустить или радоваться, мир так же будет продолжать жить, трава расти, ветер дуть. Не знаю, хорошо это или плохо…
Одинокая фигура застыла, устремив взгляд на синеву непокорных вод. Подол легкого платья колыхался рябью. Сопровождение расположилось в паре метров, не мешая. Не далеко, как же. Проходя мимо, кивнул, получив два настороженных кивка в ответ. Конечно, сейчас как накинусь на них…
— Доброго дня, — тихо поздоровался, заходя по широкой дуге, дабы не вспугнуть внезапным появлением из-за спины.
Однако, девушка все равно вздрогнула, резко повернувшись. На фоне общей бледности темные круги под глазами выделялись особенно ярко. Искусанные до крови губы припухли.
— Все прошло? — неприкрытое беспокойство.
Глубокий вдох, выдох. Маска высокородной леди накрыла лицо, оберегая истинные чувства хозяйки. От былой беззащитности не осталось и следа.
— Пройдемся?
Она кивнула. Прямая спина, плечи опущены, чуть приподнят подол. Мягкая трава не препятствовала движению, радуя взор редкими желтыми, синими и красными небольшими цветками, стойко отвоевывающими право на жизнь у ветра, климата и каменистой почвы. Причудливые узоры колышущегося разнотравья сменяли друг друга, погружая наблюдателя в медитативное состояние. Казалось, и я готов чуть покачиваться в их ритме. Оглянулся, сопровождение на приличном расстоянии шагало следом.
— Люба обеспокоена вашим самочувствием, — решил начать издалека.
— Пусть беспокоится о себе, — фыркнула Элиз, сцепляя руки в замок на животе. — Я выйду замуж за Джонатана и стану свободной. Больше никто не сможет указывать, что мне делать.
— Но я…
— Не мешай мне, — сделала резкий поворот и ушла, оставив в смятении.
* * *
Люба
Мерный стук ножа об доску успокаивал. Из под широкого острого лезвия выходили ровные кучки кубиков, двигаясь вперед состав за составом, чтобы после одновременно спикировать вниз в состав будущего рагу с мясом. Не смотря на все ухищрения, старательно огибающий кое-что взгляд, забывшись, таки цеплялся краем за неподвижно сидящую фигуру. Честно признаться, готова снова раздражаться на визжащие помои слов в свой адрес, лишь бы не видеть…обреченность сдавшегося человека.
Мысли, сделав круг почета, снова вернулись к капитану. Вот ведь зараза, эта Элиз. Велдона вылечить — пожалуйста, Мюррея — боюсь, но плюшек от него получить хочу. А то, что он страдает там лежит, ее не волнует. Сжала губы. Так дело не пойдет.
С размаху вогнала нож в доску острием в низ. Задумалась, медленно вытирая руки об полотенце, выстраивая коварный план.
— Кого надоть умерщвлять? — радостно отозвалась старуха из своего угла. Вот уж локатор моего настроения, улыбнулась.
— Загонять, — поправила ее. — Мы будем загонять… дичь.
— Хто
