Но дела из этого не вышло. Просидев целый час на плотах, мы не поймали ни единой рыбёшки.
— Может её ещё давно разогнали эти гиганты? — предположил я, когда мы возвратились на берег.
— Или она тут вообще не водится, — добавил лорд Джон.
— Ну, раз тут нет рыбы, так и бояться нечего, — сделал вывод Саммерли. — Давайте лучше искупаемся.
Идея профессора понравилась нам всем, ведь это был самый лучший пляж, на котором нам когда-либо представлялась возможность искупаться.
Но тут произошло то, что кардинальным образом изменило наше решение.
Мы увидели одинокого рамфоринха, низко пролетающего над водой в поисках рыбёшки где-то за триста футов от берега. Для этого озера почему-то это было необычным явлением, видимо, именно потому, что здесь совершенно не было рыбы. Однако в следующий момент мы поняли, что, наверное, не только из-за этого, здесь не летали крылатые ящеры.
Неожиданно, прямо из-под рамфоринха, из воды вынырнула голова чудовища с огромной раскрытой пастью, наверно размерами большая, чем всё туловище крылатого ящера. Чудовище быстро вцепилось зубами в мягкую плоть. В панике тот только и успел издать протяжный вопль, после чего они оба скрылись в пучине, оставив на поверхности лишь широкие круги и тучу пузырьков воздуха.
— Вы видели это? — произнёс Челенджер.
— Что это, чёрт возьми, было?! — воскликнул Саммерли, уже снимавший рубашку у берега озера.
— По-моему, какой-то хищник, с полуторафутовой головой крокодила, — ответил лорд.
— Нет, крокодилом он быть не может, — сказал зоолог. — Слишком он гибкий и, потом, их легко заметить с высоты, так как они постоянно высовывают свои головы из-под воды, чтобы дышать воздухом.
— Значит этот хищник ещё страшнее крокодила, — понял я, грозно глянув на Саммерли. — А кто-то говорил, что тут бояться нечего!
— Но, позвольте, я даже предположить о таком не мог, — запротестовал тот.
— Все мы совершаем ошибки, — вставил Рокстон. — Надеюсь впредь, мы этого делать не будем.
Купаться больше никто не хотел, хотя это был первый и последний случай, когда мы видели этого хищника.
До вечера прошли ещё кое-какое расстояние, остановившись на ночлег на берегу озера. За ужином неожиданно для нас опять кончилось мясо, что означало, что завтра нам придётся покинуть этот райский пляж и снова заняться охотой в глубине джунглей.
Утром заметили несколько рамфоринхов, пролетавших над озером. Но стрелять в них не стали — всё равно они не могли обеспечить нам достаточный рацион. И после завтрака, ощетинившись ружьями, как уже давно повелось, заряженными разрывными патронами, передвигаясь как можно тише, мы углубились в джунгли.
Спереди шёл лорд Джон, вслушиваясь в звуки джунглей и разведывая безопасный путь, в центре — Саммерли, собиравший свой новый гербарий, по бокам — мы с Челенджером, прикрывавшие фланги, за одно подгоняя нашего природоведа. Таким образом нас разместил многоопытный лорд, так как здесь, в джунглях, необходимо было быть всегда настороже, ожидая опасность с любой стороны.
Наш путь лежал прямо в сторону огромного вулкана, который располагался где-то далеко на горизонте, высунувшись своим жерлом над макушками папоротников.
Но долго лазить по джунглям нам, к счастью, не пришлось. Примерно через триста футов ходьбы, справа, так сказать «с моего фланга», раздался хруст ломающихся веток. Мы моментально спрятались за кустами, выставив вперёд ружья и «в оба» наблюдая за ситуацией. Вскоре показался и виновник этого шума.
Это был игуанодон, неловко пробирающийся среди деревьев, при этом объедая их ветки. Похоже, здесь было целое стадо этих динозавров, так как за ним слышались звуки и других ящеров.
Судьба этого игуанодона была предрешена.
Поудобнее оперев приклад ружья о плечо, я прицелился. Когда тот почувствовал что-то неладное и, перестав жевать листья, посмотрел в мою сторону, было уже слишком поздно. Ружьё выплюнуло из дула пулю и та, пролетев футов 75 до цели, вошла ящеру прямо в том месте, где у него должно было быть сердце.
Выстрел перепугал всех остальных динозавров, которые, сломя голову, кинулись прочь, без разбору ломая деревья и кусты на своём пути, тем самым, поднимая невероятный шум.
Через несколько минут грохот от динозавров практически затих, удалившись куда-то далеко в глубь леса. А мы подошли к мёртвому игуанодону.
Это был крупный экземпляр: практически пятнадцать футов в длину с полосатой раскраской из зелёных и коричневых полос.
Пользуясь небольшим расстоянием до лагеря, мы перетащили всё, что было съедобным у динозавра к себе, под завязку наполнив наши запасы. А там, положив всё на плоты, продолжили свой путь.
За оставшийся день проплыли пять миль и значительно приблизились к интересующей нас горе, но искомой реки так и не обнаружили.
На следующий день, к полудню, мы подошли к самой северной точке озера и одновременно, ближайшей к горе.
— Может, всё-таки рискнём пробраться туда через лес? — предложил лорд Рокстон, как всегда не боявшийся ничего. — Тут не более трёх миль до основания горы.
— Действительно, идти здесь ведь не далеко, — добавил я. — Река, если она вообще существует и впадает в озеро, может брать исток совсем не возле этой горы. К тому же пока мы найдём её, времени пройдёт столько, сколько потребуется, наверно, чтобы пешком дойти до горы.
— Что верно — то верно, — согласился Саммерли.
— Значит, большинство «за», — понял зоолог. — Ну, тогда, вперёд!
Однако судьба распорядилась иначе.
Неожиданно справа, из гущи леса, медленно выбежали два шестифутовых динозавра, передвигавшихся на двух ногах, с поднятыми к верху длинными хвостами. Их грациозные движения; уверенный и спокойный взгляд глаз, располагавшихся по бокам продолговатой, с резкими угловатыми очертаниями головы; большие загнутые когти, по одному на задних лапах; поджатые под туловище передние лапы, имевшие острые когти на удлинённых пальцах и малиново-коричневая раскраска тела, выдавали в них опасных хищников.
Они сразу же заметили нас и остановились, определяя, на сколько мы можем быть опасны для них. Видимо, они были сыты и потому не проявляли агрессивности. Несколько секунд они наблюдали за нами, нюхая воздух и, наверно, о чём-то думая, как показалось мне. Они, должно быть, пришли попить воды, а мы оказались тут как нельзя не кстати.
С возмущёнными криками в нашу сторону, динозавры побежали в противоположную нам сторону, где, спустившись к воде, начали глотать воду так же, как это делали протоцератопсы на Лиановой реке.
