прислушивался к мнениям специалистов и очень быстро учился. А потому, партия продолжалась. Партия, в которой все пытались казаться глупее, чем есть на самом деле.
Проблемой, и больной темой, оставалась работа разведки на территории Павла. Туда проникнуть оказалось на удивление сложно. Когда же Петр узнал, что Тайную Канцелярию старшего брата возглавил младший сын Меньшикова, то был несколько обескуражен. У него даже состоялся тяжелый разговор с Романом Георгиевичем.
Император тогда сидел в своем кабинете, листая файлы, которые ему прислали на ознакомления по новому инвестиционному проекту, для расширения Константы. Планировалось построить целый развлекательно-торгово-инновационный комплекс, где будут представлены достижения отечественного гения, и в то же время, где можно будет показать иностранным инвесторам прототипы изделий, которые они смогут приобрести. Ну, а заодно заставить народ, гордиться чужими достижениями, дав возможность почувствовать сопричастность.
От этого увлекательного занятия, Петра отвлек скрип селектора и голос секретаря.
— Ваше Величество, его светлость князь Меньшиков, ждет аудиенции.
— Пусти. — Нажав кнопку, распорядился император, выводя на интерактивную панель на конференц-столе план здания, который изучал.
— Ваше Величество. — Кивнул головой Роман Георгиевич, проходя в кабинет, после чего взглядом спросил разрешения присесть, на что получил такой же ответ взглядом, мол «садись». — Тот самый проект о котором вы говорили по телефону?
— Да. — Кивнул Петр. — Смотри, вот здесь и здесь, предлагают сделать закрытую часть, для военных разарботок. Вот этот этаж отдать в твое распоряжение. Прикрытие придумаешь сам. Как тебе?
— Ну… — Протянул князь, бегло изучая схемы, размеры комнат, их расположение, а так же разводку электричества, канализации, вентиляции и прочие нюансы, которые напрямую касались безопасности и работы Тайной Канцелярии.
— Не, нукай. — Скривился Петр, после чего пристально посмотрел на Романа Георгиевича. — Князь, ты мне вот скажи, а когда ты собирался сообщить мне, что твой младший стал главой Тайной Канцелярии у моего брата?
— Не собирался. — Подняв взгляд на императора, прямо ответил ему Меньшиков.
— Не собирался? — Удивленно вскинул брови правитель, даже растерявшись от такого ответа.
— Вы уж простите, Ваше Величество, но наша семья дала клятву хранить Империю. И раз, так вышло, что империя разделилась, то мою ношу должен был подхватить кто-то из рода. — Пояснил свою позицию Меньшиков.
Объяснение не сказать чтобы особенно обнадежило Петра. Он сам прекрасно помнил свою комбинацию, но… он не ожидал, что младший сын начнет работать на совесть.
— То есть, тебя не смущает, что твой младший сын, не дает твоим людям работать на территории Павла? — Сузив глаза, спросил у главы Тайной Канцелярии Петр.
— Ни сколько, Ваше Высочество. Более того. Горжусь сыном. — Улыбнувшись, ответил ему подчиненный, но после тяжело вздохнув, пояснил. — Вы же помните общий план?
— Да. — Недовольно процедил в ответ правитель Южной Деодоны.
— Вот и не мешайте мне хорошо делать свою работу.
Глава 14
БЕЗ ВЫЧИТКИ
Пока Петр шел к своей цели — получения власти над миром и готовился к войне, Павел был занят совершенно иными вещами.
На внешнеполитической арене, команде императора Северной Деодоны удалось заключить ряд, крайне выгодных контрактов, не смотря на противодействие влиятельных структур из западной Конфедерации. Как говорится, их били их же оружием, то есть — личной выгодой и взятками.
Денег в самой Империи Павла было по-прежнему не много, а все что удавалось достать, сразу же шло в оборот. Министр экономики этим был крайне не доволен и ворчливо настаивал на взятии государственных займов, как было принято во всем мире. Но Павел был непреклонен.
— Мы не будем ничего брать в долг. — Сводя сурово брови, говорил он. — Лучше давайте наращивать живые торговые обороты.
— Может тогда, хотя бы налоги поднимем? — Робко подавал голос граф Андреев, косясь на министра экономики.
— Налоги поднять? — Прищурившись, переспросил однажды император, внимательно глядя на своих министров.
В тот день, как раз проходило очередное совещание. Министры были собраны для обсуждения дальнейшей стратегии развития государства. Как любил повторять Павел: «вы все хоть и курируете отдельные направления, но они все взаимосвязаны, и хотим мы с вами того или нет, но влияют друг на друга, а потому и решение необходимо вырабатывать сообща, дабы заранее быть готовыми к изменениям».
— А как наши граждане себя чувствуют? — Обратил свой пристальный взгляд император на министра социальной политики.
— Как чувствует? — Вдруг замялся министр, старательно отводя свой взгляд.
Министром социальной политики у Павла был представитель служивого сословия. Звали тридцатилетнего мужчину Иван Сергеевич Триумов. Он был худощав, подвижен… а еще, что главное было для Павла, предельно честен и ответственен.
— Ваше Величество… — осторожно вдохнув полную грудь воздуха, произнес Триумов, — народ наш чувствует себя по разному.
— Очень дипломатично. — По доброму усмехнулся правитель, поддерживая тем самым своего подчиненного. — Делаешь успехи, Иван. Но сейчас давай нам горькую правду.
— Про высший свет, вы вряд ли сейчас спрашиваете. — Улыбнулся приободренно министр соц политики. — Если говорить о семидесяти процентах, которые занимают люди с малым достатком, а это насекундочку рабочий класс в своей основной массе! А так же учителя и врачи…
— И стражи правопорядка! — Вклинился тут же министр государственной охраны правопорядка.
— И они тоже. — Благодарно кивнул Иван Сергеевич, поправляя галстук, который чувствовал на себе, как петлю от виселицы. — Плохо. В среднем в их среде заработок составляет не более двадцати-тридцати тысяч, что в условиях инфляции и цен даже на базовые продукты, коммунальные услуги…
— Мало. — Прикрыв глаза выдохнул император, после чего задумчиво пробарабанил по темному столу за которым сидели собравшиеся. — Плохо. Очень плохо.
— Ваше Величество. — Взял слово министр экономики. — В существующих условиях турбулентности, это нормально. Нет. Это не значит, что делать ничего не нужно. Напротив. Нужно. Но… я хочу сказать, что это естественно в сложившихся у нас условиях.
— Народ еще не обвиняет меня во всем этом? — Устало прикрыл глаза Павел, чувствуя вселенскую усталость.
А как ее ему не чувствовать. Он пашет целыми днями. Проводит переговоры, выводит решения. Проводит совещания. А еще вынужден мотаться по всей стране пытаясь контролировать выполнение своих же распоряжений. Оно ведь как? Если этого не делать, то тебе врать будут. А тут… никто и никогда не знает, когда он приедет, а потому вынуждены быть готовыми принять его в любой момент.
И конечно же люди Миши Меньшикова. Этих он дрессирует едва ли хуже своего отца. Если не лучше. Те регулярно вычисляют шпионов Петра и конфедерации.
— Финансово сейчас мы выделить им ничего не можем. — Наконец-то нарушил молчание Павел. В его глазах заблестел огонек, уже хорошо известный команде министров. Их правитель уже нашел выход, который влечет за собой целые комбинации решений. —
