вообще едем? — вдруг осенило меня.
Ворон, естественно, выбрал черный костюм. Для меня откопал из глубин шкафа синий. И что самое примечательное, даже рубашку погладил. Очень странный парень!
— Гулять.
— В смысле?
— Мы едем на встречу. У Миши сегодня праздник.
— Какой?
— Он родился.
День рождение Красноглазого. Как он будет его отмечать? Как хранители вообще празднуют такие события? Сложно представить их танцующими и веселящимися вокруг именинника, который в свою очередь склонился над тортом, задувая свечи. Такая картина, всплывшая перед глазами, развеселила меня, и я не стал сдерживать смех. Ворон никак не отреагировал, точнее просто ничего не спросил. А потом я догадался, что там будет и Эмилия, и улыбка сразу сползла с моего лица. Увидеться с ней и хочется, и нет. Как она отреагирует на меня? Скорее всего сделает вид, что не замечает. Почти не было сомнений.
Глава 22. День рождения
— Там не наш священник случайно?
Я не сразу понял, что Ворон имеет в виду, но проследив за его взглядом, увидел святого отца, сидящего на скамье под деревьями. Он казался, каким-то понурым, хотя, возможно, ряса просто съехала с плеч. Ворон притормозил у тротуара, и мы с ним вышли из машины. Священник не сразу заметил нас, поэтому нам пришлось подойти ближе и окликнуть его.
— Чем это ты тут занимаешься? Неужто, грустишь в одиночестве?
Чувства такта Ворону определенно не хватало, но посмотрев в глаза священнику, понял, что напрасно переживал. Тот улыбнулся в ответ и поднялся со своего места.
— Дождь начал моросить, поэтому я решил спрятаться под деревьями и переждать. По правде сказать, направлялся я к тебе, Макс.
— Ко мне? Зачем? — не думал, что могу ему настолько понадобиться, чтобы он сам вздумал идти ко мне домой.
— Хотел позвать тебя на празднество. Но вижу, тебя уже пригласили.
— Да, мы как раз едем на встречу, так что присоединяйтесь к нам.
Когда мы загрузились все вместе в автомобиль, погода разразилась настоящей бурей. Небо было черным из-за туч и молнии сверкали так, что казалось вот-вот и сверкнет прямо перед нами. Да и гром гремел, словно рядом дом рушился. Такая погода не свойственна Москве. Еще немного и образуется смерч. Не один я обратил на это внимание, Ворон тоже не обошелся без комментария. А священник свел брови к переносице и о чем-то задумался.
Капли дождя били по капоту с такой силой, что я не слышал даже собственных мыслей. Дорогу плохо было видно, и ехали мы благодаря хорошей памяти Ворона. Напрасно я не взял зонт, но учитывая силу ветра, помог бы он не сильно. Мы подъехали к шикарному зданию, скорее похожему на резиденцию президента. Название улицы я не знал, да и в какой именно стороне находимся тоже. Дом привлекал внимание своим могуществом. Выстроенное из серого камня в четыре этажа здание, с колоннами над лестницей и большой дубовой входной дверью, призывало зайти и познать его тайны. По бокам каждого огромного окна были, как бы встроены, статуи. И если мое образование в одиннадцать классов позволяло узнать в них греческих Богов, значит, есть шанс не вылететь из института на первом же курсе. Хотя это не самый лучший пример присутствия мозгов в голове. Самих окон было не много, пустые места занимали балконы, с ажурными перилами из белого бетона. Это архитектурное произведение выделялось на фоне других зданий, как белая яхта в окружении военных кораблей. Свое восхищение я постарался скрыть, зная замашки Ворона, но пройти мимо, даже просто прогуливаясь рядом, не смог бы. К сожалению, из-за дождя, возможности полюбоваться зданием вдоволь не было, поэтому я накинул капюшон, чтобы не промокнуть, и побежал следом за священником. Возле дверей мы остановились отдышаться и дождаться Ворона. На улице царил настоящий хаос. Люди разбегались кто куда, прикрывая голову всем, что находилось в руках. Зонты выворачивало наизнанку, и их закрывали, чтобы не тормозить свои движения. Машины неслись по дорогам со скоростью звука, обрызгивая все и всех вокруг.
— Что же это твориться? Погодка не на шутку разыгралась. — Подбежал к нам Ворон, почти насквозь промокший. — Ну вот… — оглядел он себя — Как же я теперь буду кадрить девчонок?
По-моему, мокрый он или сухой — выглядел все равно как настоящий денди. А свисающие мокрые пряди придавали драматизма его образу. Говорить этого я не стал, а то подумает еще не Бог весть что, и снова начнет цеплять своими глупыми шуточками. В этот момент священник сделал какой-то неопределенный взмах рукой, на который я и не обратил бы внимание, если бы Ворон не приобрел свой первоначальный внешний вид. То есть, он высок. Я выпучил глаза, и что бы удостовериться потрепал его за волосы, которые были мягкими и абсолютно сухими.
— Эй! Ты что делаешь? Испортишь мне прическу! — завопил он, а я начал щупать его пальто.
Ни капли не получилось выжать. Затем перевел взгляд на священника и обнаружил, что на нем тоже ни капли. Я стоял к полу прибитый таким открытием, стараясь прийти в себя. С каждым днем все новые и новые сюрпризы. Сколько еще открытий мне предстоит сделать, находясь в обществе этих людей? Священник избавил от проблем и меня таким же способом, после чего я две минуты разглядывал свою одежду, пытаясь найти хотя бы одно мокрое пятнышко. Мои поиски не увенчались успехом, и мне пришлось свыкнуться с той мыслью, что ни один из хранителей не поддается объяснению.
— Спасибо, друг! Теперь я выгляжу еще лучше, чем прежде. — Ворон хлопнул его по плечу и сделал шаг к двери.
Открыл нам высокий мужчина, очень похожий на английского дворецкого. Черный фрак, прямая спина, ореол седых волос вокруг лысины и отсутствующий взгляд. Мы прошли мимо, но до самых ступенек я периодически оглядывался, думая, что сейчас он расслабиться и превратиться в типичного пожилого человека. Предчувствие меня подвело — он так и остался стоять на месте, охраняя входную дверь. Внутри здание оказалось таким же величественным, как и снаружи: лестница из темно-коричневого дерева, бордовые обои с золотистыми бортами у пола и потолка, красный ковер застилал всю поверхность пола, на стенах светильники
