принесло новые муки, потому что она стонала, из-за чего мой член реагировал на этот звук.
– Будешь продолжать работать? – спросил я, когда она отправила в рот последний кусочек.
Она подняла палец, заканчивая жевать.
– Кажется, в жизни еще не ела ничего идеальнее. Так что, полагаю, сначала стоит поблагодарить тебя.
Она начала облизывать губы, и я пытался отвести взгляд, но попытка провалилась.
– Хочешь отблагодарить меня иным способом?
– Кейд… – Она вздохнула, потирая глаза. – У меня еще много работы.
– Какой?
– Мне нужно отправить Родни файлы с тренингом и ответить на письма Джуды. А потом доделать кое-что еще.
– Ты можешь взять перерыв, необязательно делать миллион дел одновременно. Все уверены, что ты отлично справляешься, Иззи. – Разве она не понимала, что слишком много работает? Что сон был важнее запросов коллег?
– Они да, но как насчет тебя? – Она на секунду взглянула на меня, а затем вернулась к своему ноутбуку.
– Разве имеет значение, что я думаю? – Мне хотелось услышать подтверждение того, что я для нее больше, чем просто коллега.
Иззи подняла голову, но, избегая смотреть мне в глаза, пожала плечами. Однако я не желал оставлять все как есть, я жаждал ее полного внимания и хотел узнать историю, которую она так упорно скрывала.
Хотя она продолжала печатать, будто никакого разговора и не было, и странно, что меня это волновало, ведь я сам вел себя подобным образом с остальными. Но с ее стороны подобное отношение бесило.
Она считала, что я не стою ее времени? Неужели проклятая работа была важнее, даже после того, как она отработала целые двенадцать часов?
– Иззи, я с тобой разговариваю, – напомнил я, давая ей возможность изменить линию поведения.
Она устало вздохнула.
– Я в курсе, я слушаю и работаю. Джуда остался в офисе, чтобы помочь. И он вынужден…
Я подошел и медленно, но уверенно закрыл ее ноутбук.
– Он может хоть раз сам сделать свою чертову работу. А теперь ответь честно на мой вопрос. Почему тебя волнует, что я думаю?
– Ты ведь босс, Кейд. Всех волнует, что ты думаешь.
Я провел пальцем по ее подбородку, а затем обвел губы.
– Только вот ты никогда не переживала на этот счет. Ты много работаешь, прикрываясь желанием получить повышение, но это вранье.
– Тогда в чем причина?
– Не знаю, поэтому и спрашиваю.
Она посмотрела в окно.
– Возможно, я доказываю тебе и всем остальным, что я не просто наркоманка, как ты меня назвал. Еще я трудоголик.
– За девять лет ты уже доказала это всем, в том числе мне в самый первый день работы, – напомнил я ей.
– Возможно. – Она прикусила щеку, пока я продолжал ласкать ее мягкие губы. Иззи приоткрыла рот, и я понял, что заворожен тем, что наши отношения вышли за рамки босс-подчиненная.
Не удержавшись, я вытащил из кармана браслет, а затем взял ее руку. Иззи недоуменно смотрела, как я вставил маленький ключ в отверстие в браслете. Он раскрылся, и Иззи ахнула, увидев, что внутренняя часть усеяна крупными бриллиантами. Когда я застегнул браслет на ее запястье и вставил ключ с другой стороны, закрывая его, в ее глазах засветился вопрос. Легонько дернув, убедился, что он не упадет, и золото блеснуло в свете лампы в столовой.
– Что это? – прошептала Иззи.
– Подарок для женщины, которая всегда доказывает свою состоятельность.
– Это слишком, я не могу принять такой подарок. – Она покачала головой и попыталась стянуть браслет.
– Я знал, что ты так скажешь, но он закрыт на ключ, а значит, тебе придется смириться и носить его.
– Кейд, ты шутишь? – Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. – Я не могу носить такую дорогую вещь. Наверняка, он стоит больше, чем все, что у меня есть…
– Ты будешь носить его до тех пор, пока я не сниму его с тебя, – огрызнулся я. Неужели Иззи не понимала, что именно этого я и хотел? Она заслуживала такого подарка больше, чем любая другая женщина. Ей предстояло понять, что она значит больше, чем просто очередная партнерша для секса. Я что-то испытывал к ней, но пока не мог понять, что именно.
Вдруг ее телефон издал звук, и мы оба дернулись.
– Ответишь?
Она пожала плечами и не сделала попытки взять его.
– Вероятнее всего, это моя семья или Джеральд.
– Какого хрена он все еще пишет тебе?
– Вчера он плакался о том, что что-то случилось в компании. Думаю, он искал моего сочувствия, а потом просил передать, что прислал лилии… хотя они мне даже не нравятся.
Я отлично знал, что произошло в компании, но не собирался сообщать ей об этом
– Почему ты не любишь лилии?
– Они напоминают мне о времени, проведенном в колонии. Кое-то принес их мне после моего выхода оттуда. – Она покачала головой. – Да и вообще, разве символ любви не розы?
– А он что, утверждает, что все еще любит тебя? – недоумевал я.
– Естественно. – Она отвела взгляд. – В любом случае, розы – любимые цветы девушек. Не знаю, что может быть красивее ярко-красной розы.
Я хмыкнул и потянулся за ее телефоном, чтобы посмотреть, не Джеральд ли это. Оказалось, это был Родни, он приглашал ее выпить. Я подумывал бросить телефон в раковину и включить измельчитель отходов, но вместо этого показал ей сообщение.
Иззи даже не пыталась скрыть смущение или чувство вины, расправляя дурацкую футболку с надписью «Титаник», в которой ходила весь день, и отстранилась от меня.
– Нам пора спать.
– Собираешь ответить своему другу?
Она хмыкнула.
– Сомневаюсь, что тебя касаются мои переписки.
– Даже если и так, куколка, я все еще жду ответ на вопрос.
– И что, если я напишу ему ответ, Кейд? – Она встала и положила руки на бедра, пытаясь казаться возмущенной моим интересом. Но я замечал лишь как ее футболка задралась, обнажая молочную кожу бедер.
– Что такого он может дать тебе, чего не могу я? – Я задал этот вопрос даже несмотря на то, что последние несколько дней мы не занимались сексом.
– Я ведь не спрашиваю тебя о женщинах, которые вручают тебе свои номера телефонов и постоянно пишут тебе.
– Они не пишут мне, у них нет моего номера.
– И почему?
– Потому что я не раздаю свой номер всяким случайным женщинам, как, очевидно, делаешь ты.
– Я уже несколько дней общаюсь с Родни, плюс ко всему, он мой коллега, едва ли его можно назвать случайным знакомым.
– Советую тебе ограничиться общением, потому что если ты решишься на нечто большее, клянусь Богом, Иззи, я…
– Ты серьезно? Последние дни ты меня едва ли
