с чем-то борется, сдерживает себя, словно обязана делать это до конца жизни. Но она ошибалась, потому что я пришел за ней. И не собирался останавливаться, пока не заполучу ее.
– Я понимаю тебя, куколка. Потому что вижу тебя настоящую, когда трахаю. – С этими словами мой член стал еще тверже, и мир вокруг нас померк. Я видел лишь Иззи. Хотел ее и наслаждался лишь ею.
Должно быть, она тоже почувствовала это, потому что сжала меня внутренними мышцами и выкрикнула мое имя в огонь так, словно принадлежала мне. Мне очень хотелось верить, что так и было.
Хотя нет, это была бы ложь. Иззи перекинула темные волосы через плечо и, лукаво посмотрев на меня, сказала:
– Не так уж сложно довести девушку до оргазма, Кейд. Но это не значит, что ты получишь что-то еще. – Я понял, что она пленила меня.
Напряжение нарастало, и потребность хоть на мгновение подчинить Иззи себе, заставить ее понять, что она моя, взяла верх. Я схватил ее за шею и дернул так, что она легла на спину в грязь, ее волосы испачкались. Иззи схватилась за мои запястья, в ее глазах не было ни капли страха. Продолжая удерживать ее на земле, я навис над ней, другой рукой скользя по члену.
– Иззи, я замечаю ту тебя, которую, как ты думаешь, никто не хочет видеть. Она моя, прямо здесь и сейчас.
С этими словами я кончил ей на грудь и живот. Мы оба смотрели, как выплескивается моя сперма, оставляя на ее коже мое клеймо.
Она позволила мне излить все до последней капли, пока сама не сводила с меня глаз. Когда я закончил и навис над ней, она улыбнулась и спросила:
– Теперь ты доволен собой, Кейд?
Я оглядел ее: грязь в ее волосах, смятое бикини, покрытая потом и моей спермой кожа.
– Иззи Харди, ты идеально смотришься в грязи. Очень хочется сфотографировать тебя.
– Я вся грязная.
– Именно такая мне и нужна, – пробормотал я, садясь рядом с ней. Она попыталась встать, но я остановил ее. – Дай мне секунду.
Она подняла бровь, явно намереваясь начать спор.
– Пожалуйста. – Обычно я никогда не умолял, но с ней был готов даже на это. Я был готов на все, лишь бы провести с ней еще хоть мгновение. Взяв толстовку Родни, я не спеша вытер следы своей спермы с тела Иззи. – Поверь, мне и не такое приходилось подчищать, но раньше я не получал от этого столько удовольствия.
Улыбнувшись, я бросил толстовку в огонь.
– Ты идиот, если это доставляет тебе удовольствие, Кейд, – хмыкнула Иззи, возвращая бикини на место и садясь, чтобы смахнуть с себя грязь. – И уверена, в прошлом все было намного серьезнее, чем то, что случилось сейчас.
Я усмехнулся.
– Если ты имеешь в виду дни, когда я был членом старой семьи Арманелли, то конечно. – Я пожал плечами, вспоминая о том периоде жизни, и мне вдруг захотелось, чтобы она поняла меня. – Мы старались действовать более осторожно и продуктивно.
Она ковырялась в земле, избегая смотреть мне в глаза.
– Я знаю, как и весь мир. Даже Хизер гордится твоими достижениями. – Она вздохнула. – Все осознают, кто ты такой.
Я задумался о собственной жизни. Будучи сыном влиятельного мафиози, с самого детства я видел много уродства, которого полон наш мир. Не то чтобы мой старший брат видел меньше.
– Они либо приняли меня таким, какой я есть, либо научились бояться.
– Ты не устал от того, что тебя боятся?
– Нет, – честно ответил я, – потому что они правильно делают. Если уж на то пошло, я устал вести себя так, будто не представляю угрозы, будто мне нравится общаться со всеми вами в этой бог знает с какой целью организованной поездке.
Она рассмеялась.
– Мы укрепляем доверие в команде.
– У меня плохо получается работать с другими.
– Наверное, потому что тебя не волнует, что тебя больше боятся, чем уважают. Полагаю, все стремятся к подобному. Когда дело доходит до взлома систем, ты настоящий гений.
– И это все мои достоинства? – пошутил я.
В ответ Иззи искренне улыбнулась.
– Значит, Кейд не лишен чувства юмора. Возможно, тебе стоит почаще демонстрировать его своей команде?
Я дернул прядь ее волос.
– Может, тебе тоже стоит чаще показывать свои эмоции и настоящую себя?
– Никому не нравятся мои настоящие эмоции. Все равно что сказать, что ты хочешь показать миру мафиози Арманелли.
– Иногда так и есть. – Я пожал плечами, поднял с земли маленькую ветку и бросил ее в огонь. – Но я приберегаю эту свою сторону на тот день, когда миру понадобится напоминание. – Она закатила глаза, словно я ничего не понял. – Ты ведь понимаешь, что я одобрил убийство своего отца? – признался я, словно ей нужно было знать, что мужчина, с которым она только что трахалась, фактически являлся убийцей.
Мой отец заслужил свою участь, и мы с братом расправились с ним. Он был безжалостным убийцей, который раз за разом вредил нации. Тем не менее, потеря отца и то, что именно я стал причиной его смерти, заставляло многих относиться ко мне настороженно. Иззи должна была понять, что я безжалостный мафиози, а не милый мужчина, который работает в сфере кибербезопасности. Я сделал это ради страны и ради своей семьи.
И, если понадобится, ради них готов был убить еще раз.
– Я слышала такие слухи. – Она кивнула, даже не поморщившись. – Но по словам твоей фанатки Хизер, ты действовал с благой целью.
Я ковырял кроссовкой грязь, обдумывая ее слова.
– Признаю, это блестящий поворот истории. Моя мать была итальянкой, в ее сердце было много любви. Она учила нас принимать решения, руководствуясь чувствами. Естественно, за моим решением избавиться от отца стояли благие намерения, но кроме этого я был зол. Мной управляла ярость. И так случится снова, если я решу, что кто-то слишком злоупотребляет своей властью.
– У тебя тоже немало власти, – тихо напомнила она.
– Да, и я с радостью выведу из себя любого, Иззи. Мне нравится вызывать подобную реакцию. Мне нравится контролировать ситуацию, и я верю, что способен справиться с последствиями. Отец тоже любил действовать таким образом, но был не способен справиться с последствиями.
Иззи на мгновение задумалась, пока мы оба смотрели на медленно угасающий в прохладном осеннем воздухе огонь.
– Уверена, твоя мать гордилась бы тобой.
– Мама гордилась бы серийным убийцей. – Я рассмеялся, вспомнив, как она готовила канноли для отца даже после того, как он вернулся домой, избавившись от нескольких парней. – Честно говоря, она вышла замуж
