я не имею права выехать из страны.
— Кто сейчас вместо тебя? Куколка?
— Мою прежнюю работу перехватил какой-то политик. Прежде заседал в законодательном комитете, на выборах потерял место. Правительство дало ему работу. Не знаю, он там просто ради зарплаты и шофера или они натаскивают гражданского, чтобы тот возглавил министерство. Он, правда, взял к себе Куколку секретаршей.
— Теперь ясно.
— Что?
— На ней были все телефонные звонки.
— Не на обед тебя звала, надо полагать.
— Она передала мне приказ убить Чжоу Сехэ.
— Она сама, не ее начальник? Так значит, приказ убить Чжоу поступил через ее босса. И ты выполнил приказ?
— Да.
— Это против правил.
— Почему?
— Должно быть только одно контактное лицо для связи с тобой. Он не должен был поручать ей звонить тебе.
— Мне тогда это не показалось важным. Я спросил, где ты, она не смогла ответить.
— Ли, как солдату я отдаю тебе должное. Все эти годы ты выполняешь приказы. Представляю, в какой ты ужас пришел, когда узнал, что Качка послали убить тебя.
— Я не знал, пока не увидел его в прицел.
Айронхед кивнул.
— Глаза у него были всё такие же ненормальные.
— Качок давным-давно расстался с армией. По слухам, они с подружкой держали в Юнхэ лавку или что-то вроде того. На нас он не работал, я бы знал.
— Кто заказал Чжоу? И кто приказал Качку убить меня?
— Наверняка один и тот же человек.
— Я так и подумал. Поэтому и вернулся. Если я их не выслежу, они от меня не отстанут. Я встречался с торговцем оружием, который был с Чжоу в Риме. Питер Шан. Он знал Дедулю.
— Шэнь Гуаньчжи. Да, он работал с твоим дедом. Возможно, ты видел его, когда был совсем маленьким, а сейчас, конечно, забыл его. Они дружили, эти двое. Много лет назад, когда твой дед служил механиком, им обоим предложили испытать M14, которую сделали американцы. Вот так у нас появилась Т75.
— Что мне теперь делать?
— По всему видать, пора Айронхеду завязывать с пенсией. У меня остались кое-какие знакомые. Но тебе нельзя терять голову. Этих людей трудно выследить.
— Насколько трудно? Труднее, чем тех, на кого ты прежде работал?
— Президент не хочет, чтобы кто-то знал, зачем Чжоу был в Риме. Скажем, они весьма немолоды, и их очень трудно найти.
— Тем меньше причин для тебя впутываться. Айронхед хлопнул Ай Ли по плечу.
— А я никогда и не выпутывался. Кстати, из этого можно выжать все возможное. Я уж лучше потягаюсь с президентами и министрами, чем с упрямым старым солдатом. Тебе есть где остановиться? Поспи здесь, на завтрак будут креветки.
— Спасибо. Но ты всегда говорил, что снайперы работают в одиночку. Мишень поменьше.
— Ха, ты еще помнишь всю эту чепуху?
Порывшись в ящике стола, Айронхед нашел очень маленький и очень старый телефон.
— Вот, возьми. Детский телефончик, без прибамбасов, с него можно позвонить только на один номер. Заблудившийся ребенок или старик может обратиться за помощью.
— Или к тебе?
Айронхед рассмеялся.
— Я сам позвоню, когда узнаю что-нибудь.
Ай Ли подвесил телефон за шнурок на шею. Совсем как ребенок.
Отдел борьбы с организованной преступностью всю ночь разрабатывал план. Одна группа засядет на Синьчжуйской станции скоростной железной дороги, другая полетит на полицейском вертолете, который будет следовать за маячком, вставленным в каблук У.
Умник и У отправились на креветочную ферму и проторчали там до четырех утра. Ворота были наглухо закрыты на цепь, деревянная табличка оповещала о том, что хозяин отбыл в теплые края и вернется через неделю.
Звонок в местную полицию мало чем помог: Хуан приобрел это место около шести месяцев назад и не давал никаких поводов для беспокойства.
— Думаешь, он там? — спросил Умник. — Не думаю, что ему особо есть куца еще пойти.
— Нам понадобится ордер на обыск. Это займет время.
— Нет у нас времени.
Они обошли изгородь по периметру, ища прорехи и камеры. Не найдя ничего, перелезли через нее.
В центре площадки располагался вытянутый овальный пруд, защищенный навесом от солнца и дождя. Вдоль пруда были расставлены табуретки для клиентов, а на подставке выстроились десятки бамбуковых удочек — аккуратно, как оружие в арсенале.
За навесом стояло кирпичное здание из двух комнат. В передней размещался кабинет: письменный стол, белая доска с нацарапанными на ней телефонными номерами. Позади спальня: кровать, стол, ноутбук. Постель аккуратно заправлена, армейское зеленое одеяло натянуто так туго, что кажется пришпиленным к кровати. Под нею три пары обуви: пластиковые сандалии, шлепанцы и кроссовки. Умывальный таз, в нем мыло, шампунь, зубная щетка и паста, металлический стакан. Казарма в гражданском исполнении. На столе пять книг, все о рыбалке. Ноутбук включен, на экране заставка. Хуан ушел совсем недавно и определенно не переживал о счетах за электричество.
— Что думаешь?
— Он здесь не живет. Слишком уж чисто.
— Звони в контору. Скажи, пусть проверят недвижимость и отчетность по налогам.
— Понадобится разрешение прокурора.
— Ты ведь знаешь Ли из налоговой, верно? Примени творческий подход, вечно тебе правила мешают. Ты уходишь на пенсию, чего бояться? И найди кого-нибудь, чтобы тут посматривали.
Все их сотрудники были заняты, поэтому У подключил к наблюдению местную полицию. А у тех методы были аховые: старая машина у перекрестка, в которой камера фиксировала проезжающие туда или оттуда автомобили.
Единственная дорога вела к морю и к шоссе Цзиньшань. А еще можно перейти через горный перевал и выйти к шоссе Янцзинь. Но даже если Хуан и Ай Ли в отличной форме и не прочь прогуляться, они попали бы на камеру, выйдя к магистрали.
— Тебе нужно ехать в Синьчжу. Мы раскинули сеть: теперь подождем, кто в нее попадется.
Выбора не было.
Умник и У упустили и Хуан Хуашэна, и Ай Ли.
Ли не поехал по шоссе Цзиньшань и не отправился по живописному маршруту к шоссе Янцзинь. Он сел на мотоцикл и по горным тропам рванул на север, в Даныпуй.
К северу от Даныпуя строился новый город; половина квартир в его домах-башнях еще пустовала. Обогнув стройки, Ай Ли направился в гавань, где отыскал почти законченное здание, и взобрался по лестнице, у которой все еще отсутствовали перила. На седьмом этаже, под дождем и ветром, хлеставшим через пустые окна, он выбрал подоконник, уселся и через телескопический прицел стал изучать дом напротив.
Пятый этаж; он прикинул, что это должно быть третье окно слева. Света нет, тем не менее он набрал давно не используемый им номер, который легко восстановил в памяти.
Телефон в квартире звонил
