– Это твое окончательное решение, верно? – спросила я.
– Да. Это один из тех вопросов, в которых я не иду на компромисс.
Я вздернула бровь.
– Логан сказал, что ты редко проявляешь такую непреклонность.
– Да? Когда?
– Недавно я случайно столкнулась с ним в продуктовом магазине.
– Что еще он сказал?
«Чёрт, кто дергал меня за язык?!»
Я не хотела рассказывать Киану о нашем разговоре с Логаном, но теперь, наверное, придется.
– Немного. Только то, что обычно ты покладистый, и прыжки с парашютом – это единственное, в чем ты был непреклонен.
Киан кивнул и посигналил автомобилю, перестраивающемуся в его ряд.
– Логан хорошо меня знает. Он прав – я довольно спокойно отношусь ко многим вещам. Он думает, что я позволяю людям использовать себя, но я не так глуп. Я просто знаю, в какой ситуации мне действительно есть за что бороться.
– Как в ситуации с Мирандой?
– Да. Пусть и не сразу, но я всегда понимаю, когда она пытается играть на моих чувствах. Долгое время я смотрел сквозь пальцы на ее поведение, но обещаю, что не позволю ей разрушить наши с тобой отношения. – Взяв мою руку, он поцеловал костяшки пальцев.
Киан свернул на парковку, расположенную на противоположной стороне от ресторана, и передал ключ служащему. Мы вышли из машины и взялись за руки. Я сжала ладонь Киана и широко улыбнулась. Сама не знаю почему, но от его слов моё подсознание визжало от восторга, как девочка-тинэйджер на концерте бойс-бенда. Мне захотелось запрыгнуть на Киана и продемонстрировать, насколько сильно я любила его, но Миранда с Арчи-старшим стояли у ресторана и видели нас.
– Люблю тебя, – вместо этого прошептала я.
Видимо, Киан не испытывал проблем с проявлением чувств в общественных местах – он наклонился и поцеловал меня в шею, пока мы переходили дорогу.
Миранда злобно прищурилась, но промолчала. Я заметила, что она и ее кавалер тоже держатся за руки. Арчи-старший не выглядел стариком, но почему-то худенькая и маленькая Миранда рядом с ним смотрелась совсем уж юной – лет на восемнадцать, не старше. Их пара на самом деле выглядела почти на грани фола. Наверное, такие рассуждения с моей стороны можно назвать лицемерием. Конечно, люди замечали нашу с Кианом разницу в возрасте, но я, по крайней мере, не казалась школьницей.
Мы перешли дорогу, и Миранда прилепила на лицо радостную улыбку.
– Папочка! – завизжала она и выскочила вперед, чтобы обнять Киана.
Выражение облегчения на его лице было душераздирающим, и я очень надеялась, что Миранда не просто разыгрывает сцену перед отцом. Киан действительно любил ее и желал, чтобы она была счастлива. А я хотела, чтобы она наконец-то перестала быть такой сукой по отношнию к нему.
– Привет, милая! Как дела?
– У меня все хорошо. В университете тоже все замечательно.
– Привет, Арчи. – Киан встряхнул руку Арчи-старшего.
– Привет, Киан. Лиззи, – Арчи улыбнулся и поцеловал меня в щеку, – ты великолепно выглядишь.
Миранда выстрелила в меня неодобрительным взглядом, а я автоматически удвоила мощность своей улыбки. Иногда мне очень хотелось просто ее послать или кинуть чем-нибудь тяжелым. Но я прекрасно понимала, что никогда так не поступлю, потому что это причинит боль Киану.
– Спасибо, Арчи. Как поживаешь?
Киан зашагал рядом с Мирандой, когда та зашла в ресторан, оставив нас с Арчи вдвоем. Он аккуратно придерживал меня за локоть, сопровождая к двери, а я лихорадочно искала тему для разговора, которая не была бы связанна с Мирандой.
– Действительно, хорошо. Мы с парнями репетировали перед тем, как отправиться в тур.
«Точно! Его группа – безопасная тема».
– Куда вы поедете?
– Тур продлится два месяца, так что мы побываем везде. По трассе 95 мы поедем до Флориды, а по пути будем давать концерты. Затем поедем вдоль западного побережья – в Техасс, далее в Калифорнию. Потом мы повернем на восток и по дороге домой сделаем остановку в Огайо. В городке Корривиль рядом с Цинциннати есть концертный зал Bogart's. Я обожаю там играть.
– И тебе это нравится? Я имею в виду, что ваш тур тянет на большое путешествие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– О да. Я люблю посещать новые места и встречаться с разными людьми. Это на самом деле интересно. Но, конечно, к концу тура я с нетерпением жду, когда же наконец-то смогу спать в собственной кровати.
– Расскажи мне о группе. Сколько человек поедет с тобой?
– Ну, Маркус – наш солист. Коллин – барабанщик, Бреди – гитарист, Джаред – он играет на клавишных. А еще Эмили, Джиана и Кейт – это бэк-вокалистки. Жена Маркуса, Диди, тоже обычно путешествует с нами. Иногда к нам присоединяется подружка Джианы. И, конечно, наш менеджер.
– Вау! Это целая толпа! А ты не устаешь, постоянно находясь в окружении стольких людей?
– Иногда… но это дает некоторые э-э… дополнительные преимущества. – Он по-волчьи усмехнулся и подмигнул, а потом отпустил мой локоть, когда я заметила, что к нам идет Киан.
Я удивленно вздернула бровь.
«У меня слуховые галлюцинации или Арчи-старший только что намекал, что трахает кого-то из членов группы?»
Киан обнял меня за талию и улыбнулся.
– Наш столик готов. Миранда пошла попудрить носик.
Мне захотелось пойти за ней в туалет и предложить уйти из ресторана. Девственница Миранда и бабник Арчи-старший было плохим сочетанием. Однако я знала, что Миранда меня не послушает. Даже передав ей то, что сказал мне сейчас Арчи-старший, я добьюсь лишь того, что она придумает для меня новые нелестные эпитеты или распустит слухи.
Арчи болтал с хостес, пока она провожала нас к столу. В принципе в этом не было ничего предосудительного, но после его «откровений» мне показалось, что он с ней флиртует.
Миранда вернулась из дамской комнаты, и мы расположились за столиком.
– Значит, вы летите к родителям Лиззи? – спросил Арчи-старший у Киана, после того как официант принял наши заказы на напитки.
– К моему отцу и сестре, – поправила я. – Мои родители разведены. Мама живет во Флориде.
– Думаю, мы посетим ее на следующие праздники. – Киан улыбнулся.
– В этом случае на веселье точно рассчитывать не стоит, – рассмеялась я. – Скорее всего, она потащит нас в класс йоги, а затем захочет просканировать твою ауру и прокомментировать результат.
– Я помню, ты говорила, что твоя мама преподает йогу, – вступила в беседу Миранда, которая до этого момента вела себя очень тихо. – Какому именно направлению она обучает?
Я испытала шок. Неужели Миранда действительно разговаривала со мной? Не пыталась выдать за чистую монету свои поддельные отношения с Арчи, а действительно разговаривала?
– Айенгар-йоге, а так же Бикрам-йоге (п.п.: комплекс упражнений по растяжке мышц и суставов в разогретой среде), – ответила я. – Студия, в которой она преподает, специализируется на Бикрам-йоге, поэтому мама старается по возможности им помочь.
– Мы с мамой посещали занятия по Хатха-йоге (п.п.: классическая йога), – нахмурившись, сказала Миранда. – Когда мама заболела, врачи посоветовали ей делать что-то расслабляющее.
Я взглянула на Киана. Он нежно улыбнулся Миранде и погладил по руке.
Она посмотрела на него слезящимися глазами.
«Это ее последняя отчаянная попытка убедить Киана остаться в городе на праздники, потому что она все еще якобы не оправилась после смерти матери?» – с раздражением подумала я, и в ту же минуту мне стало так стыдно. Моя мама была жива и здорова, а мама Миранды умерла.
«Я ужасный человек».
– Я помню. – Киан кивком поблагодарил официанта, который поставил перед ним бокал пива. – Вы вдвоем хорошо проводили время.
Миранда кивнула и собралась сказать что-то еще, но Арчи-старший ее перебил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Лиззи, чем занимается твой отец?
Если бы я не боялась, что мои действия воспримут неправильно, то расцеловала бы его за то, что сменил тему.
– Он полицейский в отставке.
– Так твой отец бывший коп? На твоем месте я бы занервничал, Киан. Наверное, у него есть оружие. – Арчи расхохотался и хлопнул себя по бедру.
