незаметно?
Пригнувшись, пробираюсь к передней части рулевого поста и заглядываю за борт, пытаясь рассмотреть нос судна. Глубокие синие воды неподвижны, лишь легкая рябь нарушает их поверхность. Убийцы с голой задницей нигде не видно. Я бегу к задней части флайбриджа, но его там нет. Только спокойные просторы Средиземного моря.
— Рафаэль? — зову я.
Тишина.
Где он, черт возьми? Как долго человек может оставаться под водой? Прошло не меньше двух минут. Я поднимаюсь обратно в открытый кубрик и спускаюсь по металлической лестнице в заднюю часть лодки, а затем по ступенькам к краю борта.
— Рафаэль! — кричу с плавательной платформы, тщетно осматривая глубину. — Это не смешно!
Он утонул? А что, если его что-то схватило? Черт. Черт. Блин! Я стягиваю с себя шорты, затем топ, оставаясь только в белом кружевном бюстгальтере и трусиках. Сердце колотится в груди, тревога за Рафаэля давит на меня, но не могу заставить себя спуститься с платформы в море. С тех пор как посмотрела фильм «Челюсти», страх перед акулами укоренился во мне. Я хорошо плаваю, но только в бассейнах.
— Рафаэль! — на этот раз я кричу. Ответа нет.
Истерическое хныканье вырывается из моих уст, когда опускаюсь на край настила и погружаю ноги в воду. Если Рафаэля схватило морское чудовище, то оно должно быть огромным, чтобы проглотить его целиком. Если оно приплывет за мной, я, скорее всего, не успею заметить, как оно откроет пасть. Быстрая, безболезненная смерть.
— Рафаэль, черт тебя дери, — хриплю я и соскальзываю с платформы в ужасающую глубину, как раз в тот момент, когда снизу появляется большая искаженная водой фигура.
Я вскрикиваю и закрываю глаза. Вода вокруг меня плещется, я машу руками, пытаясь вынырнуть, и неожиданно сталкиваюсь спиной с лестницей для плавания, скрытой под поверхностью. Что-то большое и тяжелое обхватывает меня за талию. Я снова кричу и бьюсь ногами, пытаясь вырваться…
— Ma che cazzo! Василиса!
Я замираю и открываю один глаз, затем и другой. Рафаэль лежит в воде передо мной, его правая рука крепко обнимает меня за талию, а левой он держится за лестницу позади меня.
— Я думала, ты — гребаный Кракен, — лепечу, стараясь успокоиться и сделать вдох.
Он качает головой, и несколько капель воды с его волос падают мне на грудь.
— Кракен?
— Да!
Его губы плотно сжаты, а брови нахмурены. Похоже, я разозлила Рафаэля. Из его груди вырывается глубокий урчащий звук, а затем он разражается хохотом.
— Это не смешно! — Я обхватываю его за шею, прижимаясь к нему изо всех сил. — Я думала, ты утонул, придурок! Ты хоть понимаешь, как я боюсь плавать в море? У меня чуть не случился сердечный приступ, пока думала, как проплыть мимо акул, осьминогов, китов и… и… гигантских черепах, чтобы добраться до тебя!
Глаза Рафаэля внезапно потемнели, и его смех затих. Он крепче прижимает меня к своей груди. Я замираю, осознавая, что его тело почти прилипло ко мне. Рафаэль встречает мой взгляд и удерживает его с такой же яростью, с какой обнимает меня рукой. Его твердый, как камень, член давит на меня, заставляя сердце биться быстрее.
— В этих водах сейчас скрывается только один монстр, мой пламенный ландыш, — говорит он, целуя меня в плечо. — Но ты ведь знаешь, что монстр никогда не причинит тебе вреда.
По моей спине пробегает дрожь, а затем снова, когда он целует мою шею, подбородок и уголок рта. Я чувствую себя проводником для высоковольтной энергии, но не знаю, куда ее девать. Я оказалась в его электрическом поле, и каждый раз, когда его губы касаются моей кожи, происходит сбой в системе. Наконец, его губы захватывают мои, кусают, берут, заявляют права. Я отвечаю ему поцелуем, хотя понимаю, что не должна этого делать. Не должна позволять этому происходить. Но все мои мысли отключились, как при коротком замыкании. Я сгорела дотла.
Я крепче прижимаюсь к нему, а он поглощает мои губы. Знаю, что это неправильно, но, похоже, меня это не волнует.
Все ощущение реальности уходит на второй план среди множества эмоций, бурлящих внутри меня. Возбуждение. Восторг. Счастье. Как же приятно быть в его объятиях, когда он прижимается всем телом к моему. Его голым телом. Его твердый член упирается встык бедер, и лишь кружево моих трусиков отделяет нас. Я жажду большего, и все мое тело наполняется этой потребностью. Больше этого загадочного, сложного мужчины, который не дает мне покоя с момента нашей встречи. Я зажимаю его нижнюю губу между зубами и прикусываю ее. Сильно.
— Не могу поверить, что ты оставил мне чек за поцелуй, придурок.
— А я не могу поверить, что ты спустила мои миллионы в канализацию. — Он кусает меня в ответ. — Я собираюсь трахнуть тебя сейчас, Василиса. Я трахну тебя до беспамятства точно так же, как ты неделями трахала мой мозг, превращая его в бесполезную кашу. Можешь ли ты хотя бы представить, какой силы воли мне стоило удержаться, чтобы не заключить тебя в объятия и не сделать своей, чтобы просто не сказать «К черту все, я хочу ее»?
— Да, — произношу с хрипотой. Я осознаю, сколько усилий мне стоило сохранить самообладание. Мои мысли о нем не покидали меня ни днем, ни ночью — каково это, забыть, кто он… что он сделал… и просто отпустить? Похоже, мне предстоит это выяснить, потому что в тот момент, когда наши губы встретились, мой разум отключился. Первобытное желание и потребность стали для меня приоритетом. Я больше не в силах сопротивляться.
— Пожалуйста, трахни меня до беспамятства.
Его хватка на моей талии сжимается, как в тисках. Он отпускает мою губу, зажатую между его зубами, и рычит мне в рот.
— Держись крепче.
Я не оспариваю его приказ, просто делаю, как он сказал. Зарываюсь руками в его волосы и обнимаю за шею. Мгновенно его рука, обхватившая мою талию, сдвигается, а ладонь скользит по трусикам вниз. Словно торжествуя победу над барьером, морская вода бьется о мою плоть, а нежное кружево спускается по ногам и исчезает в глубине.
Рафаэль поглаживает ладонью мою попку, затем ведет руку, между ягодицами, прямо к моему заветному местечку. Ловкие пальцы перебирают мои складочки. И вместе с его ласками теплые воды Средиземного моря нежно плещутся между моих ног, проникая внутрь. Рафаэль набрасывается на мои губы в том же ритме, в каком его пальцы ласкают мою чувствительную плоть. Это чистое безумие.
Все мое тело словно обжигает изнутри, жар поднимается сквозь воду. Обжигает. Парит. Сам воздух вокруг нас кажется
