От жары и голода мутило, а внизу, прекрасно понимая наше состояние, уже развели костер и жарили какую-то дичь, испускающую умопомрачительные запахи. Гунтер исхитрился ранить одного зазевавшегося в ногу, но нам это не помогло - остальные стали еще злее и внимательнее. Ночь мы встретили гробовым молчанием - Хайнц перестал ржать по любому поводу, Вилли и вовсе молчал уже с утра, я завернулась в одеяло и легла под парапетом, вяло думая, что на камнях должна была выпасть роса, которую можно было бы слизать. Под утро айзенштадтцы намылились было подтащить ствол к башне, но пара болтов живо их утихомирила. К середине дня набежали облака, но жажда была нестерпимой и мучила хуже голода. Мужики расселись кто куда, вяло переругиваясь между собой и поминая случаи из жизни. Иногда то один, то другой отходили к стене, облегчаясь вниз прямо с нее и тогда доносилась вонь от них и довольная ругань снизу.
- Вечером будем прорываться, - постановил Вольф, осматривая свой усыхающий на глазах отряд. - Все приготовьтесь, спустимся по лестнице и пойдем на них, а там опять в горы. Впереди речушка бежит, напьемся сразу.
- Давно надо было идти, а мы тут сидим, как ворона на шестке, - проворчал Хайнц. - Я им еще бока-то пообминаю, попомнят они меня!
- Вы тоже будьте готовы, - Вольф кивнул Гунтеру и Лукасу. - Игрушки свои приготовьте, как мы внизу покажемся, айзенштадтцы к нам кинутся, ваше дело по ним бить.
- Марта, ты как? - Гунтер присел рядом, озабоченно заглядывая мне в лицо.
- Как и все, в одной башне сидим, - усмехнулась я.
- Ты не хочешь...- он выразительно посмотрел на Петера, застегивающего штаны. - Я закрою, если что.
- Прости, но ... нечем. Двое суток воды не пила.
- Вечером Вольф хочет уйти отсюда, слышала? Что думаешь?
- То же, что и ты, это наш шанс, хоть и мизерный. Будем стрелять.
Под вечер, когда спала жара, ударная четверка потихоньку стала спускаться вниз по разрушенной лестнице. Сперва внутри башни было тихо, потом рухнули камни и осаждавшие насторожились. Попасть вовнуть можно было только через широкий проем и туда уже помчались первые жаждущие нашей крови, а мы прицелились и спустили тетиву. Трое полегли сразу, но арбалет перезаряжается медленно и остальные вылетали из-за кустов, уже не боясь прямого выстрела. Внизу закипела схватка с криками и проклятиями с обеих сторон. Стоял жуткий гвалт и почему-то он с каждой минутой только усиливался, к нему подключилось ржание лошадей и чьи-то зычные вопли:
- Стоять! Я приказываю всем стоять! Сложить оружие! Кто двинется хоть немного, тот будет убит на месте! Окружайте их!
Я откинулась на спину. Что там за новая напасть внизу? Пришел лесник и сейчас выгонит всех из леса?
- Лукас, что там такое творится? - шепотом спросила я парня, который подполз почти к краю.
- Целый отряд подъехал, растащили всех в разные стороны, слышишь, чего говорят?
А и впрямь слышно...
- Я лейтенант его светлости герцога Эрсенского, комендант крепости Штальзее Айбер Юнг и прибыл сюда для поддержания порядка во вверенной мне территории. По какому праву вы находитесь здесь и устраиваете вооруженные стычки? Назовите себя, господа, чтобы я мог понять, с кем имею честь.
- Герр Юнг, я полномочный представитель его светлости герцога Айзенштадтского граф фон Дитц, преследую этих людей, которые нарушили данную ими военную присягу и совершили кражу неких ценностей, принадлежащих его светлости. Мы идем за ними по пятам от самого Биркнау и потеряли их след около Бернштайна. Мне доложили, что видели их на дороге, ведушей в герцогство Эрсен и я с вверенным мне отрядом поспешил догнать их. После Шерского перевала мы их почти догнали, но они ушли с серпантина в горы и я принял решение преследовать их, сообразуясь с полученным мной приказом. По дороге я потерял троих человек, но не мог остановить погоню. Позавчера они заняли эту башню и находились там до сего момента, пока решились дать нам бой с целью уйти от справедливого наказания. Я и мои люди добровольно слагаем оружие полагаясь на ваше справедливое решение в отношении этих людей. Прошу разрешения оказать помощь раненым - они лежат на дороге и мне не хотелось бы их потерять из-за несвоевременно оказанной помощи.
- Пропустите графа фон Дитца к его людям! И лекаря к ним! А вы кто такие? Отвечать, когда вас спрашивают!
- Ваша милость, мы бежали из Айзенштадта, только вот ни о каких сокровищах герцога и слыхом ни слыхивали, это все ложь и нас принимают за совершенно других людей. Служили как положено, только вы ж знаете, что жрать сами себе должны все искать, вот мы и нашли себе поросенка, хорошего такого, свеженького, аж слюнки потекли, ну и притащили его себе, а мастер Абрейн отобрал его и сам сожрал с друзьями, а нас обвинил в покраже серебряных пряжек с сапог дружка своего Бергеля, а уж всем известно, что этот Бергель давно пропил и пряжки и пуговицы с камзола! Вот наутро он и объявил, что мы, стало быть, воры и нас надлежит заковать в железо и отправить в подвалы герцога пока идет дознание. Только уж вы простите, ваша милость, но после соединения с Кобургом от таких дознаний кроме веревки на шее больше ничего хорошего не получить, вот мы и порешили, что надежнее и жизнь свою сохранить и от герцога утечь. А уж то, что граница с благодатным Эрсеном была нам ближе всего, так на то воля Божья...
- Вижу, что тут просто так не разобраться, кто из вас врет, мы еще выясним...что ты сказал? Сколько? Семеро? А остальные где? Проклятье, да что же вы молчали? Эй вы там, наверху, вы слышите меня? Я, лейтенант Юнг, приказываю вам спуститься вниз и назвать себя! Ну-ка, Леон, слазай наверх да посмотри, есть там кто или это опять очередные россказни!
- Лукас, они знают, что мы наверху, - прошептал Гунтер. - Надо спускаться, авось, сразу не прибьют...говорим все, как было, врать тут нечего...Марта, ты можешь идти? Может, тебя понести, они увидят, что ты женщина, не будут с тобой обращаться так же, как с Вольфом?
- Лучше бы они вообще не знали, что она женщина, - откликнулся Лукас, ища свой мешок. - Знаешь, что бывает с женщинами, про которых такие как этот Юнг, думают, что они ходят с отрядами? А он точно так подумает, потому что мы шли вместе с Вольфом. Пусть лучше она соберет все силы и будет Мартом.
- Хорошо, я буду молчать, давайте наши мешки...
Голова молодого парня, выглянувшего из входа на площадку, застыла от неожиданности, когда он увидел, как мы увязываем мешки и поднимаем арбалеты.
- Герр Юнг, они тут, их трое! - заорал он, скатываясь вниз. - Они с арбалетами! Берегитесь!
- И чего только разорался? - Гунтер свесился вниз. - Скажите своему прихвостню, чтобы не мутил воду, арбалеты не заряжены и мы спускаемся!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
