мужчину. Постараться изменить его отношение словами.
Но ведь сказанное имеет силу лишь в том случае, если оппонент слушает. А Брунетти поправляет одежду, берет пиджак и направляется на выход.
Только в дверях замирает и оборачивается. Вздергивает удивленно брови. Мол, почему я не шевелюсь.
И смотрит…смотрит на меня так странно. Долго, словно целую вечность насилует непонятным взглядом.
Кажется, что он хочет что то сказать мне. Я даже дыхание затаила. Неужели, в нем есть ко мне чувства, кроме ненависти и похоти?!
Я двигаюсь навстречу. Остро нуждаюсь подбодрить мужа. Признаться Брунетти, что люблю его и жду его капитуляцию.
Дарио не двигается. Стоит в полоборота. На лице читается скорбь по утраченному счастью. И эта его обреченность болью отдает мне прямо в сердце.
Почему он не может простить меня?
Слишком гордый, властный, влиятельный. Привык сицилийский мафиози, что все подчиняются.
И я понимаю, что была бы я не женщиной, а мужчиной, то за предательство сразу расплатилась бы своей жизнью. Кормила бы рыб на дне Ионического моря, немая и выпотрошенная.
Но пытка жизнью рядом с недосягаемым и по прежнему любимым Дарио, для меня страшнее погибели.
Я замираю в шаге от Брунетти. В своей излюбленной манере сначала сказать, а потом подумать, выпаливаю горькие фразы:
— Ты обязан простить меня! Я достаточно искупила уже свою вину. Так дальше продолжаться не может. Или люби меня или убей прямо здесь!
Молчание. Эмоции Дарио скрываются под каменной маской. Снова презрительная ухмылка расплывается в черной бороде:
— Слишком просто, Мария… На выход, живо!
Контакт между нами утерян. Безвозвратно ли?
Черт! Я устала биться о скалы. Брунетти не человек. Он гребанный монстр. И терзать невинных жертв и вправду его призвание.
Больше он не спрашивает, не отвечает. Я лепечу сквозь слезы, что хочу уйти. Пусть отпустит меня в Геную. Теперь понимаю, что там последние месяцы я была счастлива. Надежда и воспоминания кормили мою душу. Теперь же ситуация ясна, как божий день. Брунетти не простит меня…никогда!
Но! И не отпустит от себя.
Каждый дьявольский день будет наказывать за предательство и измену. Будет трахать как шлюху, ненавидя как женщину. Не позволит стать достойной женой снова. Выносить его наследника.
Я признаю, что прокололась по всем фронтам. Потеряла его ребенка, пусть и не по своей вине. Чуть не отдалась Арманду… Я каюсь и сожалею. У каждого смертного перед Богом есть возможность на искупление грехов и прощение.
Но моя судьба в руках Дьявола. А он не прощает. Искушает, подталкивает к пропасти, насмехается, глядя как слабая душа ломается и калечится. А подать руку помощи и принять обратно не может.
Не умеет Брунетти прощать. Просто не умеет!
Громадный черный джип ждет на улице. Я плетусь за Дарио ни жива ни мертва. Оболочка. Призрак. Опустошенная и вышкребленная.
Уставшая.
И следующее испытание я воспринимаю равнодушно.
Дарио подталкивает меня в распахнутую дверь на заднее сиденье. И я равнодушно смотрю на сияющую красавицу…
Франческу Паолоретти!
Невеста Брунетти в машине! Она ждала нас все это время. А Дарио трахал меня на столе и не торопился к ней.
Воздух в салоне пропитан дорогим женским парфюмом. Молодая девушка как с картинки гламурного журнала. Сияющие волосы уложены крупными локонами на один бок. В темноте салона длинные пряди кажутся черными. Но я помню ее на карнавале. Цвет ее волос и глаз — жженная карамель. Моя зависть — натуральная красота юной сицилийки.
Куда уж мне в свои тридцать тягаться с восемнадцатилетней нежной девочкой.
И почему каждый раз я думаю, что моя жизнь не может быть хуже?!
Глава 39
Франческа сидит прямо и гордо. Полная грудь призывно вздымается на вдохе. Тонкое кружево белоснежного платья делает ее стан тоньше и ярче в ночной темноте. Я против нее — в черном длинном платье, как старая ворона.
Ужасная ядовитая ревность кислотой курсирует по венам. И я честно не понимаю, зачем Дарио решил унизить нас двоих? Почему он увозит из Палермо меня в одной машине с Франческой. И вообще, каким образом его невеста здесь оказалась. Она ведь живет в Риме?!
Брунетти привез ее с собой.
Но в чем смысл этого театра абсурда…
Дарио садится вперед. Не оборачиваясь к нам дает короткий приказ водителю ехать в аэропорт.
Я должна перестать рассматривать Франческу. Но я не могу оторвать от нее завистливого взгляда.
Мой интерес похож на ситуацию, когда простая женщина сидит перед телевизором и смотрит конкурс красоты. Роскошные девушки дефилируют по подиуму. Зрительницы в уме подмечают их преимущества. Но продолжают смотреть передачу. Обещать себе завтра пойти в салон и сделать новую прическу, сесть на диету, купить купальник бикини такого же розового цвета…
А на следующий день снова связывают волосы в пучок, завтракают кофе с бутербродом и напяливают старый спортивный костюм.
Неудачницы смиряются со своей участью простых смертных перед роковыми красавицами из голубых экранов.
Но горечь сравнения оседает надолго. Жжет внутренности и заставляет злиться на всех вокруг. На себя в первую очередь.
Я всегда была слишком простой для сицилийского олигарха. Вокруг Брунетти вились неотразимые фигуристые красотки. Каждая мечтала оказаться рядом с Дарио, занять мое место — его жены, с готовностью прыгнуть в кровать к состоятельному бруталу. Пока Брунетти любил меня, я расслабилась. Доверяла мужчине. В его одержимости мной читалась преданность.
Может это было глупо и наивно, но я искренне верила, что Дарио не изменял мне.
Сейчас же весь мой мир встал с ног на голову. Дарио с Франческой. Выгодный брак, объединение влиятельных мафиозных кланов. При чем здесь я?!
Глупая, глупая Машка. Пятое колесо в телеге.
И все же, Брунетти тащит меня следом. В свою новую жизнь. Продолжает мучить ролью любовницы. С холодной насмешкой знакомит с новой молодой хозяйкой.
Это черезчур обидно и больно…
