сдулась до незаметного первого. А покатые бедра стали угловатыми.
Я высыхала так стремительно, что мне становилось страшно исчезнуть.
Нервное состояние изнуряло и выматывало все жилы. Меня с каждым днем становилось все меньше.
И если в первые дни я радовалась, что могу, наконец, не беспокоиться о лишнем весе и не мучать себя диетами. То на восьмой день моих мытарств и похудения, я уже забеспокоилась о сохранности здоровья.
Кушала я через силу. А последние дни не могла себя заставить прожевать и проглотить больше кусочка хлеба или ложки супа.
Моя апатия становилась критичной.
Сегодня после душа я надела купальник и легкий сарафан брусничного цвета. Собрала волосы в высокий хвост и надела на голову очки со шляпой. Взяла книжку Булгакова, которую нашла в библиотеке Дарио. Когда мы жили нормально, как семья, я успела обогатить литературную сокровищницу сицилийца русскими романами. Сейчас это было как нельзя кстати.
Я прошла на кухню. Завтрак уже стоял на столе. Франческа еще не выходила из комнаты. Я старалась вставать на час раньше итальянки, чтоб случайно не пересечься с ней. Интересно, ее устраивает мое присутствие в доме? Сказал ли ей Дарио, кем я ему прихожусь или представил меня как чокнутую родственницу?! Зная Брунетти, он бы вряд ли врал. Не царское это дела замыливать глаза. Наверняка, он поставил девушку перед фактом, как и меня. Грубо и жестко, бескомпромиссно!
Без особого энтузиазма я осмотрела утреннее пиршество — латте, блины с семгой и сыром Филадельфия, несколько салатов овощных и фруктовых, гранола с йогуртом…Раньше во время беременного зажора я бы смела все под чистую. Сейчас же аппетита не было даже на кусочек зеленого яблока.
Я провела пальцами по глянцевой столешнице, взяла мохнатый персик из пиалы и направилась на пляж.
В дверях вырос один из охранников и бесцеремонно преградил мне путь.
— Госпожа Мария, Дарио Брунетти распорядился проверять, сколько вы кушаете. Вернитесь, пожалуйста, за стол и позавтракайте, — строго отчеканил амбал.
Я несколько секунд смотрела в его квадратную морду, пытаясь высмотреть следы улыбки. Это ведь шутка?! Дарио решил заставлять меня есть?! И откуда он вообще знает о моем питании?
— А если я откажусь? Вы меня не выпустите из кухни?! — я с вызовом задрала подбородок.
— Мария, давайте будем сотрудничать. У меня есть четкие указания от босса. Не стоит вам накалять и проверять, что будет если вы не будете следовать приказам господина Брунетти, — без тени юмора и шутки осадил меня охранник.
— Передайте, пожалуйста, вашему господину, чтоб он отстал от меня и отпустил из плена. На воле и в своем доме у меня значительно улучшится аппетит, — сжимая кулаки от бессильной ярости и сдавливая несчастный персик, прошипела я по змеиному.
Надо отдать должное выдержке амбала. Он даже бровью не повел на мою гневную тираду.
— Вернитесь, пожалуйста, за стол и позавтракайте. В противном случае, я буду вынужден вызвать врача и вас будут кормить через капельницы, — добил меня неприятный тип.
Эти итальянцы совсем сдурели! А Дарио самый безумный псих!
Я спорила долго. Может, просто обрадовалась возможности поговорить с живым человеком и поупражняться в сквернословии. Ответ верзилы в костюме был одинаково пресным — Позавтракайте, Мария!
В конечном итоге я поняла, что легче сдаться и покушать. Ведь скоро в гостиную спустится Франческа и испортит мне очередной день своей молодой сочной красотой и статусом невесты Брунетти.
Чертыхаясь и некрасиво матерясь, под пристальным взглядом охранника, я впихнула в себя йогурт. Проглотила не жуя пару кусков блина.
— Довольно, я сыта, — я резко встала из-за стола. Холодный взгляд охранника пригвоздил меня к месту.
— Мало. На завтрак приказано, чтоб вы съедали не меньше шестисот каллорий.
Я не сдержалась и прыснула от смеха.
— А вы еще и калораж моей пищи будете высчитывать?! Интересно, как вы поняли, что я еще не съела установленную вашим обезумевшим хозяином норму?!
— В йогурте всего сто двадцать калорий, а в половине кукурузного блина и того меньше, — равнодушно парировал охранник.
— Это просто бред! Абсурд, — пробормотала я, нехотя усаживаясь обратно. — Что еще я должна съесть, чтоб вы меня выпустили из кухни?! — с раздражением спросила я.
Охранник пододвинул мне тарелку с салатом из морепродуктов и латте.
Утвердительно кивнул на тарелку.
— Понятно…
Злость и возмущение помогли мне доесть завтрак.
Яд, что бурлил в венах и выливался в желание смертельно куснуть Брунетти, способствовал пищеварению.
Наконец, неугомонный охранник выпустил меня из кухни. В спину добавил назидательно
— Обед в четырнадцать тридцать, не пропустите, пожалуйста. Но если вы еще перекусите в полдень, я буду вам благодарен.
Я только фыркнула и вышла из дома. Направилась по аллее к галечному пляжу. Пока шла до бунгало, злилась все больше.
Пришлось сразу скинуть платье и прямиком войти в море. Мне необходимо было освежиться и угомонить нервное раздражение.
Дарио видно решил, что завел себе хомячка или японское Тамагочи. Будет меня кормить, одевать и издеваться?!
Ох, бородатый демон. Даже когда он не рядом, я чувствовала его незримое присутствие.
Проваливай, сицилийский бородач из моей головы к своей Франческе!
Глава 42
Вместо того, чтоб исчезнуть из моих мыслей, Брунетти появился в реальности!
Мафиози приехал под вечер и сразу пошел ко мне на пляж. В дом я не заходила целый день. Купалась и читала. Обед мне накрыли на ротанговом столике возле бунгало.
Дарио в привычной своей хмурой манере нагло втогрся в мое личное пространство. Я делала вид, будто не замечаю его нависающую черную бородатую тень и пялилась в раскрытую книгу. Он же, не долго думая, вырвал ее у меня из рук и откинул на шезлонг.
— И что дальше?! Совсем озверел, медведюга?! — я вскочила на него с кулаками. Погрозила перед косматой мордой чудища.
Такого роскошного и брутального. До безумия манящего своим крутым одеколоном.
Черт, Машка, соберись!
Мысленно дала
