Анко сморщилась и вздернула тонкие темные бровки.
– Откуда такие мысли?
– Само пришло в голову. Может, Саша постарался. Но все равно, когда ты уже прошла через смерть, она кажется тебе чем-то незатейливым и обыденным. Кажется, в ней нет ничего страшного. Но я ничего не помню и в то же время знаю, что я – и не я вовсе. Я просто…
– Творение?
Астра села на кровать и многозначительно моргнула.
– Ты ведешь себя не так, как я, – Анко смотрела на нее преисполненным уважения взглядом, – и говоришь по-взрослому.
– Говорю же, может, Саша постарался.
– А может, ты была такой в прошлой жизни? Взрослой. Или ребенком, который рано повзрослел. Рассудительной и спокойной. Дети так себя не ведут, если судить по фильмам и книжкам. Если только это не дети, которые повидали много всего… плохого.
Интерес к своей личности разгорелся в Астре сильнее, чем прежде. Раньше она думала об этом с прохладцей, но теперь поняла: она заставляла себя относиться отчужденно к собственной прошлой жизни. Боялась разочарования, боялась лишиться сна. Боялась, что станет жалеть о существовании в этой железно-резиновой оболочке, зная об упущениях и ошибках прошлого.
Не успела Астра раскрыть рта, чтобы ответить, как на панели у двери раздался звонок, а затем голос охранницы:
– Принц Саша, к вам непрошеный гость.
За пять минут Саша поднялся в комнату через лестницу на балконе и взглянул через панель на того, кто решил его потревожить.
– Сопровождение есть?
– Нет, мой принц. Скрытых устройств тоже не обнаружено.
– Пусть зайдет. Астра, Анко, вам лучше прогуляться по замку.
Открытая дверь избавила Анджеллину от необходимости стучаться. Она пересекла порог, ожидая увидеть темницу, но вместо этого очутилась в обычных королевских покоях.
– Чем обязан столь неожиданному визиту? – Саша спрятал руки в карманы брюк и уперся спиной в столб кровати. – Я думал, после танца вы и говорить со мной не пожелаете.
По телу принцессы пробежал холодок. Она склонилась в реверансе, придерживая пышную юбку кремового сарафана.
– Спасибо, что приняли.
– Как вас отпустили?
– Отпросилась у мамы в торговый центр, а после уборной немного запутала телохранительниц и убежала в аэропорт.
– Первым делом, обнаружив вашу пропажу, они должны были позаботиться о том, чтобы вы никуда не уехали.
– Только если бы с самого начала предполагали мой побег. Но я отправила сообщение, что очень устала от сидения в замке и гиперопеки матери, поэтому решила прогуляться по скверу. Нехорошо, конечно, получилось, ведь я подставила людей. Но наша встреча, надеюсь, того стоит.
В снисходительной улыбке Саши сквозило плохо скрываемое одобрение.
– С чего вдруг вы явились ко мне – человеку, против которого ополчился весь мир?
– Бросьте! – махнула рукой Анджеллина. – Только кретин поверит в вашу причастность к отравлению Александра.
– Но миллиарды кретинов верят. И это, признаться, сильно подпортило мне репутацию.
– У вас, признаться, она и без того была не слишком хорошей. – В завершение издевки принцессе оставалось только натянуто улыбнуться. – Хоть вы пугаете меня, я уверена в вашей невиновности.
– С чего вдруг?
– Да к чему же вам это? Не вижу никакого смысла. И я чувствую, что вы не виноваты.
– Чувствуете? – ухмыльнулся Саша.
– Да. Вы ведете себя так, словно хотите казаться виновным.
– Я наслаждаюсь неведением людей.
– Это наслаждение обходится вам очень дорого.
– Мне ли об этом не знать?
– Кому как не вам!
Саша прыснул, заметив, как на еще детском личике принцессы появилось хмурое выражение. Он отвернулся и засмеялся.
– Что смешного? – Анджеллина почувствовала, как неловкость вгоняет ее в краску.
– Вы похожи на разъяренного ребенка, который, тем не менее, мыслит очень здраво. Я польщен вашим доверием. Так что привело вас? Только это?
Анджеллина потопталась на месте, и намек был понят: Саша еще не привык к обществу августейших особ, порой забывая, что сам относится к их числу, и заученные когда-то правила этикета постепенно выветрились у него из головы. Он указал на кресло у двери, и принцесса, кивнув, опустилась в него.
– Это правда, что принца могла отравить Делинда? Правда, что вы беседовали о чем-то важном с Александром? Правда, что Каспар сидит в тюрьме незаслуженно?
Саше пришлось сесть на кровать. Ничто не напоминало об улыбке, только что игравшей на его теперь непроницаемом лице.
– Прежде чем я отвечу на ваши вопросы, объясните, откуда появился каждый из них.
– Интернет кишит слухами. Немногие обвиняют королеву в отравлении брата, чтобы подставить вас и добиться повода для объявления войны. Эту версию везде отвергают почти сразу из-за неимения причин для начала военных действий, но некоторые все же полагают, что это связано с «Зазеркальем Нашей Реальности», о котором вы упоминали на дуэли.
– Значит, ваш вопрос – плод чьих-то предположений?
– Моих в основном. Вы не закончили фразу на дуэли. Сам факт того, что вас прервали, выглядит крайне подозрительно. В СМИ ваша речь практически не освещалась, но в интернете все же обсуждается. Многие не верят в подлость королевы. В то, что она способна отравить родного брата, но… я верю. Я была у нее всего раз, но этого оказалось достаточно. Она врала так же легко, как дышала. Можете считать это глупым доводом, но у меня предчувствие, что она виновна. И кстати, что вы тогда не договорили?
Анджеллина была довольна вниманием принца.
– Это уже четвертый вопрос, – ответил он после недолгой паузы.
– Да, конечно. На балу я, если честно, поделилась нелестными впечатлениями о вас с Александром. Он сказал, вы не виноваты в своей… странности. Значит, вы поведали ему о чем-то важном. И следующий вопрос… Все видели, как Каспар выносил тело принца с площадки. Королева, по слухам, уже находилась у лазарета. Но даже если это слух, конечно, она не оставила бы брата хотя бы для вида. И сразу после этого Каспар оказывается в тюрьме. Это не совпадение. Всем сердцем не верю. Я знаю Каспара недолго, но он хороший человек. Не мог же он убить того отвратительного…
Она умолкла, прочитав на лице Саши сожаление.
– Увы, принцесса, но он мог. Разве вы не читали утренние новости? Он признался.
– Н-но его могли заставить…
– Он подробно рассказал, как убил Адама. И про его преступное прошлое забывать нельзя. И все же попасться полиции ему помогли.
С легким стуком низких каблучков бежевых лоферов Анджеллина поставила ноги на пол и словно через силу встала.
– Получается, он убийца? – Ее вопрос можно было перевести как просьбу опровергнуть услышанное. Молчание Саши она восприняла как отказ это сделать.
– Вы хотели узнать, что я не договорил? – Он поднял голову. – Так вот, отвечаю: Делинда устроит войну, если я не отдам ей Сердце ЗНР. Оно действительно у меня, это правда. Но я не отдам его ни за что и никогда, иначе начнется бойня пострашнее той, которую она готовит. И эта бойня будет повторяться из раза в раз даже после нашей смерти.
– Значит, война неизбежна в любом случае? – В хриплом голосе угасла, казалось, сама жизнь. Новость о том, что Каспар убийца, ранила принцессу глубоко, и как бы она ни пыталась принять это, все попытки отзывались отрицанием и внутренним протестом.
Саша хлопнул себя по коленям и встал.
– Поймите, Ваше Высочество: мирная сторона человечества попала в ловушку жадных политиканов. Из нее не выбраться. Разоблачить? Я пытался на дуэли, но, увы, как вы и сказали, положение у меня с самого начала было незавидным. Доверие, с которым вы пришли сюда, питает ко мне далеко не каждый. Мало слов, мало даже доказательств того, чего на самом деле жаждет Делинда. Она была такой всегда, вынашивала этот план годами и сейчас настраивает против меня Мировой Совет. Мне приходится выбирать меньшее из зол.
Анджеллина всхлипнула.
– И вы просто будете сидеть? Просто будете ждать, когда она объявит войну? Вы должны переубедить Мировой Совет. Тогда отдайте Сердце ЗНР им.
