— Антон, я сейчас скажу один раз и больше повторять не буду. Она — моя семья. А я защищаю свою семью.
— Это предательство, Димон. Ты предал меня. Да похрен на меня! Ты предал нашего отца! ОТЦА!!!!! — переходит на крик.
Соболев, наверное, уже сто раз пожалел, что позвонил своему брату, да еще и по громкой связи. Теперь я понимаю, почему сделать один звонок Антону было такой проблемой. Кажется, тут какие-то свои серьёзные разборки.
— Мы, наверное, поедем, — шепчу Соне с Димой и порываюсь встать со стула, но Соболев останавливает меня жестом. Никита берет меня за руку под столом и тянет вниз, чтобы я снова села.
— А теперь давай поговорим о том, зачем я тебе звоню, — несмотря на ужас происходящего, Дима спокоен как слон. А вот на Соне нет лица.
— Мне больше не о чем с тобой разговаривать. Ты мне больше не брат.
— И все же, Антон, я хочу задать тебе несколько вопросов.
Антон тяжело дышит в трубку и, очевидно, сомневается, продолжать ли разговор с Димой дальше. Пока он не положил трубку, Соболев спрашивает:
— Ты знал, что я учился в одном классе с футболистом Никитой Свиридовым?
— Что?
Антон, видимо, не ожидал такую резкую смену темы разговора.
— Ты знаешь футболиста Никиту Свиридова?
— Конечно. Его все знают. Почему ты спрашиваешь?
— Ты знал, что он был моим одноклассником?
— В той школе, в которую ты перешёл с Олесей? Да, знаю. Она рассказывала.
Ага. Значит, все-таки Димин брат знал про Никиту.
— Ты говорил кому-нибудь из своих друзей о том, что твой брат знаком с Никитой Свиридовым?
Повисает долгое молчание. Наверное, Антон еще в шоке от того, что тема разговора сменилась так резко. А то бы давно положил трубку.
— Не знаю. Может быть, когда смотрели Лигу Чемпионов. Что за дурацкие вопросы ты мне задаёшь!?
Ага, очнулся. Сейчас, наверное, сбросит звонок.
— Тебе известно, что шесть лет назад девушку Никиты Свиридова жестоко избили? — наконец-то Дима задает главный вопрос.
У меня внутри аж обмирает все. Инстинктивно хватаюсь за руку Никиты. Он сжимает мою ладонь в ответ.
— Да, слышал. А что?
По позвоночнику ползут страх и холод.
— Ты знаешь, кто это сделал?
— Ну знаю. Почему ты вдруг это спрашиваешь!?
В крови происходит резкий выброс адреналина. Я вонзаю ногти в ладонь Никиты. Дима открывает рот сказать еще что-то, но Никита его перебивает:
— Антон, привет. Это Никита Свиридов. Я предлагаю тебе миллион долларов за то, что назовёшь имена исполнителей.
Глава 37. Сделка
Лиля
Повисает долгое молчание как у нас на кухне, так и в трубке у Антона. Слышно, как во дворе резвятся Влад с овчаркой. Я сижу ни жива ни мертва. Мне не послышалось? Никита на полном серьезе предложил Антону миллион долларов за имена исполнителей?
С ума сойти.
— Это розыгрыш!? — Антон отмирает первым. — Димон, это чё за прикол?
— Нет, это не розыгрыш, — отвечает Никита. — Я ищу тех, кто совершил нападение на мою девушку. Антон, я предлагаю тебе очень выгодную сделку. Назови мне имена всех исполнителей и дай их контакты, а я переведу на твой счет один миллион долларов.
— Так, стоп! — Соболев приходит в себя. — Никакого миллиона долларов. Антон назовёт имена и без денег.
— Ничего я не назову, — тут же артачится. — И за деньги десять раз подумаю, называть ли. Вы знаете, что со мной будет, если я всех сдам? Да меня тут же грохнут. А мне моя шкура дороже.
— Поэтому я предлагаю тебе деньги, Антон. С миллионом долларов ты можешь исчезнуть в любой точке мира.
— Мне все равно нужно подумать. У нас стукачей не прощают.
Господи, он что, и за миллион долларов не согласится!?!? Мне хочется упасть лицом в торт. Мы снова в тупике.
— Назови свою цену, — Никита не сдаётся.
— Мне надо подумать. Это очень серьёзное дело, тогда все на ушах стояли. И сейчас поползли слухи, что футболист Свиридов начал вынюхивать дела давно минувших дней. Тебя засекли в «Базе». Зря ты туда пошел. И Мамай понял, что ты не простой клиент был.
У меня внутри все холодеет от ужаса. Только этого не хватало — снова оказаться в опасности.
— Но ты не там ищешь, — Антон продолжает говорить. — Это не мамаевские на твою девушку напали. Это другие были.
— Кто — другие?
— Не могу сказать, иначе мне кранты.
— А никто не узнает, что это ты рассказал, — вставляет Дима.
— Да, конечно! — фыркает. — А то ты, Димон, не знаешь, как у нас все устроено.
— Антон, назови свою цену, — Никита продолжает напирать.
— Мне нужно хорошо подумать.
— Подумай. Запиши мой номер и…
— Нет, — Дима резко перебивает Свиридова. — Все ваше общение будет через меня.
— Да, лучше через Димона. Если будет пробиваться моя телефонная книга, то увидят, что я разговаривал со странным номером. А так — брату звонил.
— Хорошо, — соглашается Никита. — Сколько тебе нужно времени подумать?
— Ну сейчас прикину и перезвоню.
Мы опомниться не успеваем, как Антон сбрасывает звонок. На кухне снова воцаряется гробовое молчание. Только сейчас понимаю, насколько сильно я напряглась во время телефонного разговора. В мышце под лопаткой возникла ноющая боль.
— Миллион долларов ты зря предложил, — Дима прерывает долгую тишину.
— У меня уже башка взрывается от этого ребуса. Я готов заплатить любые деньги за информацию.
— Но не миллион же долларов! — возмущённо восклицает Соня. — Это просто космическая сумма!
— Я готов и больше заплатить тому, кто даст мне все имена.
Мы резко замолкаем, потому что хлопает дверь в дом. Детские ножки стучат по полу, отряхивая снег с ботинок.
— Мам! — громко зовет Влад.
Соня подскакивает и несётся к сыну. Через несколько минут
