закричала:
– Что вы себе позволяете?! Это просто… какая-то чудовищная провокация! Вы отдаете себе отчет в том, что говорите, или нет? Моя дочь не может быть убийцей! Она никого не могла лишить жизни, даже таракана! И никогда моя девочка не брала ничего чужого! Вы меня слышите?! Саша учится в Академии права! Она – будущий юрист! Это для вас что-то значит?
– Успокойтесь, Анастасия Аристарховна, я пришла к вам не с голословными обвинениями, а с фактами и доказательствами, – твердо сказала я. – Поэтому вам лучше всего правдиво ответить на мои вопросы. Скажите, где Александра может находиться в данный момент?
– Сейчас же уходите отсюда! – продолжала кричать Анастасия. – У вас нет никаких прав вторгаться в наш дом и говорить такие немыслимые вещи!
– Уважаемый Аристарх Тимофеевич, прошу вас, успокойте Анастасию Аристарховну, – повысив голос, сказала я, – иначе конструктивного разговора не получится, а он крайне необходим.
– Так вы и в самом деле подозреваете Александру? Подозреваете ее в этом преступлении? – Смолянинников посмотрел на меня. – Для этого вы и пришли ко мне?
– Все говорит об этом, все свидетельствует в пользу только что сказанного мною, – твердо сказала я.
– Нет, это просто… просто немыслимо, – выговорил Смолянинников, – Саша просто не способна на такое.
Но голос адвоката дрогнул, и было ясно, что Смолянинников и сам уже не до конца верил в то, что только что опроверг. Я понимала его. Действительно, очень нелегко поверить в то, что родная внучка способна совершить убийство, да еще такое изощренное. А главное – похитить драгоценности на сумму, равную целому состоянию. Кажется, настало время открыть все карты.
– Аристарх Тимофеевич, послушайте меня, – начала я, – ваша внучка Александра незадолго до этого приехала в квартиру своей подруги Маргариты. Вскоре она вышла оттуда, в ее руке был пакет черного цвета. Из дома своей подруги Александра поехала на железнодорожный вокзал. Все это время за ней велась слежка. После ее ухода я обыскала квартиру Маргариты и обнаружила алмазы Иннокентия Константиновича. Они находились в рюкзаке, который оставила Александра. Рюкзак лежал на антресолях, в рюкзаке на дне был тайник в виде кармана. Там и лежали алмазы. Сама Маргарита подтвердила, что рюкзак принадлежит Александре и что она оставила его в ее квартире. Далее. Ваша внучка в это время взяла билеты на пригородный поезд, следующий до поселка Жасминного, для того чтобы выбросить улику – пакет со статуэткой. Но вашу внучку заметили я и сотрудник полиции. На наше требование остановиться Александра не отреагировала. Она бросила пакет в лесопарковой зоне неподалеку от поселка и скрылась. Когда мы вскрыли пакет, то обнаружили в нем бронзовую статуэтку Будды. Сейчас статуэтка находится на опознании бывшей супругой Иннокентия Подхомутникова. Соответственно, эксперты проверят наличие отпечатков и идентифицируют их.
Я посмотрела на Смолянинникова: он был очень бледен. Анастасия, выслушав то, что я рассказала, снова начала кричать:
– Сейчас же уходите отсюда! ВЫ не имеете права! Это просто немыслимый поклеп! Уходите!
– Настя, подожди, – остановил дочь Смолянинников. – Татьяна Александровна, я выслушал вас. Насколько я вас понял, моей внучке ведь еще не было предъявлено обвинение?
– Да, еще не было, – подтвердила я. – Но оно будет предъявлено тотчас, когда мы найдем ее. Скажите, где сейчас может находиться Александра.
– Папа! Молчи! Я тебя умоляю! – вновь закричала Анастасия. – Неужели ты не понимаешь того, что сейчас происходит? Они же посадят Сашу! А ты собираешься им в этом помочь!
– Настя, ты сейчас не права. Ты же слышала, что обвинения более чем серьезные. С этим необходимо будет считаться. Нужно над всем этим как следует подумать. И только потом принимать соответствующее решение.
– Папа! Что ты такое говоришь? О чем тут вообще можно думать? Почему ты веришь всему, что тут было сказано? Ведь ты даже еще не выслушал Сашу!
– Ваш отец, Анастасия Аристарховна, был бы рад выслушать Александру, – обратилась я к донельзя взвинченной женщине, – но только все дело в том, кто выслушает ее первым: вы или полиция. Аристарх Тимофеевич, я надеюсь, вы прекрасно осведомлены, какие шаги предпримет полиция. Да, Александра будет объявлена в федеральный розыск. Уж поверьте, данные для этого действия более чем серьезные. Но тогда Александра лишается права на чистосердечное признание.
Смолянинников покачал головой:
– Анастасия права. Прежде всего, мне необходимо выслушать версию Саши. То, что вы только что рассказали, – это всего лишь слова. Где конкретные доказательства? Статуэтка Будды только еще ждет опознания на предмет принадлежности Подхомутникову. Кроме того, и отпечатки пальцев также еще не прошли проверку. Еще не доказано, что они принадлежат Александре. Что вы еще можете ей предъявить? Больше ничего у вас нет.
– Вы ошибаетесь, Аристарх Тимофеевич. Существует по крайней мере один свидетель, который подтвердит, что Александре удалось раздобыть ключ от квартиры на последнем этаже соседнего с Иннокентием Подхомутниковым дома. Оттуда она, воспользовавшись пожарным выходом на крышу, пробралась в квартиру вашего друга. Еще один свидетель – консьержка соседнего дома уже опознала Александру по фото, которое я сделала, когда была в Академии права. Эта женщина утверждает, что именно эта девушка как минимум два раза поднималась в квартиру на последнем этаже соседнего дома. Наконец, есть еще и жительница вашего дома, которая видела, как Александра возвращалась домой ночью, когда произошло убийство. И самое главное: рюкзак, в котором находились похищенные алмазы, в квартиру Маргариты принесла именно Александра. Вряд ли ее подруга откажется от своих показаний для того, чтобы оправдать вашу внучку. Это ли не доказательства вины Александры?
Смолянинников, выслушав меня, тяжело вздохнул.
– Наличие улик, даже самых важных и неопровержимых, еще ничего не решает. Я должен поговорить с Сашей. До тех пор, пока я не увижу свою внучку и не выясню все у нее, я ничего предпринимать не буду, – сказал он.
– Потом может быть уже поздно что-либо предпринимать, Аристарх Тимофеевич, – заметила я.
– И тем не менее мое решение будет таковым, – твердо сказал Смолянинников. – Больше мне нечего вам сказать. Покиньте мою квартиру.
– Хорошо, – ответила я. – По крайней мере, я вас предупредила.
Смолянинников молча проводил меня и захлопнул дверь. Я пошла к своей машине, размышляя по пути. Итак, мои старания разговорить Смолянинникова относительно того, где в данный момент может находиться Александра, окончились ничем. Хотя я и была предельно откровенна, выложив практически все факты относительно ее причастности к убийству Иннокентия Подхомутникова и краже его алмазов. Но, собственно, я особенно и не рассчитывала на то, что адвокат станет мне помогать в этом. Как ни ряди, а Александра – его внучка. Наверное, каждый человек на его месте поступил бы аналогично.
