Я перестала бежать и перешла на шаг. Остановившись в нескольких шагах от Александры, я предложила:
– Вам лучше сдаться. Вы же видите, другого выхода нет. Не станете же вы прыгать с десятого этажа? Аристарх Тимофеевич постарается сделать все возможное.
– Вы ничего не понимаете! – истерично закричала Александра. – Лучше смерть, чем тюрьма!
– Вы говорите, не подумав, – возразила я. – Предоставьте все Аристарху Тимофеевичу. Безвыходных ситуаций не бывает.
– А может быть, вы меня отпустите, а? – теперь в голосе Александры появились умоляющие нотки. – Клянусь, что я исчезну и никто меня не найдет!
– Я не могу на это пойти. За совершённое убийство придется отвечать по закону. Единственное, что я могу вам обещать, так это явку с повинной. Хотя в данном случае это не совсем так. Вас доставят в отделение, а это не является добровольной сдачей.
– Да идите вы куда подальше! – со злостью выкрикнула внучка адвоката и ринулась к кабелю.
– Не делайте этого, Александра! Вы можете разбиться насмерть! – крикнула я и бросилась за ней.
Но она уже перекинула ремни рюкзака через кабель, уже ухватилась за его концы и прыгнула. На что она рассчитывала? Ведь вес у нее был приличный для такого тонкого шнура. Такие трюки хорошо смотрятся только в кино. И то, если их выполняют опытные каскадеры. В жизни же такие цирковые номера заканчиваются в самом лучшем случае тяжелейшей травмой.
Кабель до упора натянулся, один его конец оторвался и свободно повис в воздухе. Рюкзак тут же улетел вниз. Александра закричала, но успела одной рукой ухватиться за кабель. Но это была ненадежная страховка. Вот она уже начала скользить вниз. Еще немного и…
Не медля ни секунды, я подбежала к краю крыши и схватила Александру за руку, а затем стала тянуть ее на крышу. Но Александра неожиданно стала сопротивляться. Вместо того чтобы помогать мне, она, наоборот, стала пытаться вырвать свою руку из моей.
– Так, сейчас же перестаньте! – прикрикнула я на нее. – Вы чего теперь добиваетесь? Быстро хватайтесь за мою руку!
Я посмотрела вниз. Там уже собрались люди. Но среди них я почему-то не увидела Георгия и других оперативников. Где же они? Но размышлять на эту тему было некогда. Необходимо было втащить наконец на крышу упрямую Александру. Да, приличный вес, да еще и глупое сопротивление могли привести к тому, что в скором времени мы уже вдвоем с ней запросто смогли бы оказаться на земле. Я продолжала тянуть Александру вверх, сделав упор свободной рукой в кирпичное ограждение. Как же, черт возьми, сломить сопротивление этой упрямой девчонки?
Вдруг я услышала, как кто-то бежит по крыше. Неужели кто-то спешит на помощь?
– Тань! Ты держишься? Держись, пожалуйста! Я сейчас! – закричал Кирьянов.
Владимир подбежал совсем близко, распластался рядом со мной и схватил руку Александры повыше моей.
– Таня, считаем! На счет «три» тянем! – скомандовал Кирьянов. – Начали! Раз! Два! Три!
Точно на счет «три» мы с Владимиром одновременно рванули вверх, и Александра почти вся показалась наверху. Теперь оставалось только откинуться назад и окончательно втащить внучку адвоката на крышу. Сделав последний рывок, Владимир вынул из кармана наручники и защелкнул их на руках Александры.
– Надеюсь, то, что говорят полицейские в таких случаях, вы знаете, – сказал Кирьянов. – Вам будет предъявлено обвинение в убийстве Подхомутникова и в краже его алмазов.
– А также я имею право хранить молчание и право на один звонок, – продолжила Александра, тяжело дыша.
– Именно так. Звонок сделаете, когда приедем в отделение, – сказал Кирьянов. – А вот молчать вам не советую.
* * *
Прошло несколько дней. Следствие собрало полную доказательную базу вины Александры Тихомировой. Были вызваны Елизавета Ремесленникова и консьержка Альбина Федоровна. Председатель клуба «Кошкин дом» опознала Александру как Мирославу, именем которой та назвалась. А консьержка подтвердила, что именно Тихомирова как минимум один раз приходила с Ремесленниковой, а также один раз – уже без нее. Кроме того, был проведен повторный опрос жителей, и выяснилось, что одна старушка, которая страдает бессонницей, в ночь убийства Иннокентия Подхомутникова видела, как Александра входила в подъезд их дома. И наконец, та женщина, с которой я столкнулась, выходя из подъезда дома Смолянинникова, узнала Александру, которая возвращалась поздно вечером после убийства владельца картинной галереи.
Комната Александры была тщательно обыскана. Был найден перочинный нож, которым внучка адвоката отрезала уши Подхомутникову. Поскольку нож использовался ранее, а убийца не догадалась его сразу выбросить, то на нем были найдены отпечатки ее пальцев и следы крови Иннокентия Константиновича. Обследование компьютера, принадлежавшего Тихомировой, тоже дало свои результаты. Оказывается, Александра неоднократно посещала сайты, в которых подробно освещались оккультные ритуалы. Кстати, история новгородского преступника и подробности совершённого им убийства, судя по учетным записям компьютера, также входили в число интересов студентки Академии права.
Адвокат Аристарх Смолянинников, конечно, изо всех сил старался вытащить внучку. Но все его усилия не увенчались успехом, уж слишком явными были улики.
Итак, мое расследование было успешно завершено. Теперь я отдыхала на полную катушку. Прежде всего я как следует выспалась. Потом добралась-таки до ванной и устроила себе пенное наслаждение. Лежа в белоснежной пене и вдыхая свой любимый аромат лаванды, я стала думать, куда бы мне отправиться на отдых. Полученный гонорар вполне позволял мне побывать на самых лучших и дорогих курортах.
Но прежде всего я встречусь со своими подругами: Светкой-парикмахершей и Ленкой-француженкой. Я давно с ними не виделась, особенно со Светкой. Сейчас закончу свои банные дела и позвоню.
Но телефонный звонок прозвучал раньше, чем я вылезла из ванны. Я прошлепала босыми ногами в прихожую и взяла трубку.
– Алло, я вас слушаю, – сказала я.
– Мне нужна Татьяна Александровна Иванова.
– Это я.
– Татьяна Александровна, у нас большое горе. Вас рекомендовали как лучшего детектива Тарасова. Помогите, пожалуйста…
