погибнуть глупо, не использовав все доступные возможности.
Всё! Времени на рефлексии больше нет! Из «Тойоты» вышли четверо вооружённых бойцов. Они были одеты в кожаные куртки и расслабленно держали в руках автоматы. Уверенный внешний вид, по два комплекта вооружения на бойца и манера держаться выдавали в них если не профессионалов, то уж совершенно точно бывалых рейдеров. То, как угрожающе водил стволами боевой дистанционный модуль, говорило о том, что в пикапе остался как минимум один рейдер.
Четвёрка подошла к дохлому лотерейщику, один присел и повернул трупу то, что осталось от головы, без малейшей тени брезгливости. Было ясно, что он разглядывает споровый мешок. Отрывистая фраза, которую я не расслышал, привела группу в движение. Пиковые напряглись и сразу рассредоточились.
Зараза! Грамотно…
Один из пиковых подошёл, не страшась, к лестнице, ведущей к дверям клуба, остановился, поднял руку, привлекая внимание, и сказал:
— Сдавайся, парень. Мы знаем, что ты засел внутри. Давай решать вопросы без стрельбы.
Чёрт! В их группе есть сенс! Как можно столько пробыть в Улье и ещё не привыкнуть к тому, что тут у неприятеля встречаются полезные Дары Улья. Так! Стоп! Так-так-так-так-так…
Мысль заметалась в поисках выхода. Конечно, Дары, верней, мой Дар управления электричеством. Если задуматься, то могу я не так уж и мало.
— Считаю до тридцати, — сообщил мне лидер группы пиковых, — После того, как закончу, мы будем штурмовать здание, и тебя по-любому возьмём. Внял?
«Да иди ты к нехорошей маме!» — мелькнула в голове мысль.
Я выдохнул и успокоил мечущиеся мысли. Я уже решил, как буду действовать, а эта суета от лукавого.
Сразу же ощутил схожее чувство с тем, как воспринимал аккумуляторные батареи в гибридных автомобилях. Почувствовал всю электронику внутри боевой мурской тачанки. Поняв, где какие узлы расположены, выяснил, куда мне нужно применить свой Дар, чтобы вывести их все из строя.
На этот раз ЭМИ-импульс от моего тела пошёл без усилий и напряжения. Невидимая, упругая и вполне осязаемая волна ударила по «Тойоте», превращая её в набор запчастей на колёсиках. Тачанка ещё пару раз чихнула движком и намертво заглохла.
Всё тело прошибло ледяной испариной, дыхание сделалось прерывистым, а конечности задрожали. На ватных ногах я поковылял в помещение кассы. До меня донёсся хриплый голос главаря:
— Не уходи, давай поговорим… Что? Что случилось?
«Да он сам сенс!» — обожгло меня мыслью.
За спиной загрохотали автоматные выстрелы. От тяжёлой деревянной двери полетели щепки. Я упал и отполз с линии огня. Разбилось окно, и в фойе влетела граната. Но было уже поздно, я успел ужом заползти в закуток кассира. Бабахнул взрыв, а я непослушными пальцами отвинтил крышку фляги с живуном и надолго к ней приложился, восстанавливая споровый баланс.
Почувствовав себя намного лучше, выглянул из небольшого оконца. Так и есть, пиковые не торопятся со штурмом. Опасаются, что у меня есть оружие. И правильно. Во-первых, оно у меня есть, а во-вторых, мне немного надо в себя прийти хотя бы.
Однако, моя догадка была верной, эта группа состояла из тёртых пиковых. Кайфовать они мне не дали, а закинули пару гранат в окно и пошли на штурм. Первая граната была обычная, осколочная, а вот вторая заволокла всё фойе дымом. Под его прикрытием они и полезли. Позиция тут была и правда хорошая, но после того, как видимость упала до ноля, утратила свою ценность. Закинул автомат за спину, в левую руку взял ТТ, в правую меч и шагнул в туманное марево.
Глава 51
В дымное марево шагнул обычный невыспавшийся человек, но, очутившись в тумане, тут же превратился в идеального бойца. Кровь свободно бежала по моим жилам, разнося по организму лучший боевой коктейль — адреналин. Да и как мне могло быть тяжело? Меня ничего в этом мире не держало. А потому я был бесстрашен. В той, прошлой, повседневной жизни я был, словно токсинами, отравлен всевозможными ежедневными страхами, от боязни переходить дорогу до осознания конечности бытия, накатывающего каждую ночь.
В этой, новой жизни не оставалось времени на сомнения. Мне было легко. Потому что вся предыдущая жизнь стала для меня подготовкой, а в Улье я ежедневно сдавал экзамен. Эти четверо думают, что они меня затравили и загнали в угол, но сейчас мы посмотрим, кто на кого напал. Я им покажу, что они не правы.
С сенсом, который вёл переговоры, мы встретились почти сразу у двери. Видимо, каким-то звериным чутьём опытный боец понял, что сейчас произойдёт, и закрылся автоматом. Но для моего нового чудо-меча это не было преградой.
С жалобным «дзынь» автомат Калашникова был разрублен на две неравных части, а лезвие разрубило голову мура. С такими повреждениями даже иммунные не выживают. Я испытал прилив злого восторга, но праздновать победу было рано. Несколькими скользящими шагами ушёл в сторону, прижавшись к стене. Как оказалось, вовремя.
В гулком фойе загрохотали выстрелы, вспышки выдали двух из трёх стрелков. Они стреляли на звук? Если да, как поняли, что их командир уже двухсотый? Но задумываться над этими вопросами мне было некогда.
Вести огонь из незнакомого пистолета, да ещё с левой руки такая себе затея. Но именно так я и поступил — произвёл по три выстрела, ориентируясь на вспышки. ТТ имел солидную отдачу, но я как минимум один раз попал, так как услышал вскрик. Отстрелявшись, бросился на пол.
Стену изрешетило выстрелами, а меня засыпало кусками штукатурки и песком. На четвереньках отполз от прежнего места, закладывая дугу, чтобы оказаться в тылу у муров. Не свезло.
Нос к носу столкнулся с тем, кого я подстрелил. Крепкий мордатый мужик затягивал на своей икре медицинский жгут, пытаясь остановить хлещущую кровь. Он удивился не меньше моего и повёл себя нелогично.
— Он зде…!
Взмах меча и… Эти слова стали последними в его жизни. Снова загрохотали выстрелы. Ориентируясь на вспышки, я нажал несколько раз на спуск и забрался под труп. Несколько пуль продырявили мёртвое тело.
А дальше началась магия Улья. Прямо передо мной возник один из муров, но выстрелить или рубануть мечом я не успел. Тощий снова исчез, и мощный удар отбросил меня к стене. Впечатавшись всем телом в штукатурку, выставил перед собой пистолет, но тот буквально разобрался у меня в руках. Оттолкнувшись от стены, я снова получил мощный удар в грудь и впечатался в то же самое место. Посыпалась штукатурка. Я бросил ТТ и выстрелил молнией перед собой, но, видимо, не попал.
Потому как тощий мур снова появился, и впечатавшийся в скулу кулак заставил мою голову мотнуться, словно мяч. Но на место вернуться она не смогла, так как удары посыпались на меня таким градом, что я не успевал реагировать. Меньше, чем за минуту, я был избит так, как и за полчаса не у каждого получится. Только физиология кваза не позволяла мне вырубиться.
Как остановить клокстопера? Только продержаться до тех пор, пока у него «не сядет батарейка». И шанс представился. Я взмахнул мечом и… Он перехватил руку за запястье и нанёс мне кулаком свободной руки поставленный удар в челюсть. Я, что называется, поплыл. Из разбитых бровей кровь заливала мне глаза, а нос, кажется, был сломан.
— Хорош, Пыся…
— Да он Кулака и Темя грохнул! — ответил тощий.
— Уймись, сказал, — припечатал скрывавшийся в дыму мур, — Мальвине он живой нужен.
— Попробуешь соскочить ещё раз, — посипел мне на ухо Пыся, — Ноги повыдергаю и спички вставлю…
После этого он отпустил меня, и я осел. Руки быстро и профессионально скрутили пластиковыми путами за спиной, после чего толкнули между лопаток, заставляя меня ещё раз растянуться.
— Пошёл…
Возле пикапа мне сделали инъекцию в шею, которая не вырубила меня, но превратила в созерцательный овощ без эмоций, не способный обратиться к своему Дару.
Какое-то время муры решали как им добраться обратно, ведь машину-то их я качественно вывел из строя. Связывались с кем-то по рации. Суть переговоров уловил с трудом. Вроде вызвали кого-то на помощь.
Под медикаментом, который мне ввели, было сложно ориентироваться во времени. Но через какое-то время приехал автобус и несколько машин. Все затюнингованные в стиле «Безумного Макса». Всё это время мне пришлось валяться на асфальте лицом вниз.
Громогласно матерясь, муры подцепили свою обесточенную тачанку к другой машине и пинками загнали меня внутрь автобуса. Внутри, похоже, только я и понимал, что происходит,
