духа надавить сильнее!
— Леди! — звонкий голос Лиоки заставляет вздрогнуть, заострённое лезвие, словно само, вдавливается в мякоть ладони, и кровь я чувствую раньше, чем боль. Сую нож в карман.
— Лиока! — кричу в ответ. — Я порезалась! Сбегай к Сантиме…
Лиока тут же возникает на пороге, бестолково охает и мечется вокруг меня в поисках платка.
— Да стой же ты! Сбегай к гойде Сантиме за заживляющей мазью!
Служанка уносится прочь, как резвый оленёнок, а я иду в ванную и лью на ладонь воду из кувшина. Возникшее головокружение с ранкой никак не связано, просто я, кажется, опять проигрываю себе самой. Отослав Лиоку едва ли не силой и убедив её, что я всё хочу сделать сама, выжидаю пять минут и почти бегом поднимаюсь на четвёртый этаж.
Лорд Авертер открывает мне почти сразу.
— Не сомневался, что это снова вы! — криво улыбается он. — Я никогда от вас не избавлюсь? Ну, что опять? Чем вам так глянулась эта комн…
— Это вам, — выпаливаю я. — Намажьте эти свои раны, сейчас же, и… это всё такие глупости, эти наказания. Из детей, которых наказывали слишком строго, редко вырастает что-то путное.
— Вы так в этом уверены?
— Пожалуйста, или я сама вас намажу.
— Серьёзная угроза, — он снова улыбается, на этот раз — как-то мягче, словно против воли, а я быстро поднимаюсь на цыпочки и целую его в щёку. Вталкиваю в руку баночку со снадобьем и убегаю прочь, чувствуя себя в этот момент не человеком даже — лисицей, несущейся по весеннему лесу, пропитанному солнцем и запахом талого снега. Птицей, летящей по небу. Словом, кем-нибудь таким, кого никогда не сдержала бы разница в происхождении или условности магического контракта.
* * *
Далеко улететь мне, разумеется, не дают.
— А вот и ты, змейка. Вовремя.
Глава 33
Надо было не ходить никуда. Надо было спрятаться, затаиться, просить о помощи, и не так, как я просила, а пока не ответят, как мне нужно, пока не добьюсь своего. Почему я такая беспомощная, слабая, глупая? Знала же. Знала, что идти к лорду Авертеру именно сейчас — не надо. Знала! Знала, что надо спрятаться, знала, знала! А значит, и винить некого, кроме себя самой.
Мысли путались, толкались в голове.
Охваченная каким-то странным эйфорическим воодушевлением, я прибежала к лорду Авертеру с лечебной мазью, а потом не сдержалась и поцеловала. И это невесомое, невинное прикосновение отчего-то заставило меня потерять разум куда больше, чем в любую из бурных ночей с другими за предшествующие пять лет, за время которых я, казалось бы, изучила до мельчайших подробностей все нюансы интимной жизни. Как оказалось, всё дело — с кем. Потеряла разум — и попалась.
Лорд Мизерт перехватил меня на лестнице, как раз в тот момент, когда я, в сотый раз прокручивая в голове этот немудрёный почти сестринский поцелуй, миновала третий этаж. Как я не раз уже отмечала, несмотря на худобу и возраст, далёко уже не юный, он был необыкновенно силён, так что протащить меня по коридору к двери собственной спальни для брата леди Асгаи не составило особых проблем. Поначалу я и не сопротивлялась, но перед самой дверью неожиданно упёрлась.
— Нет.
Лорд Мизерт, кажется, даже меня не услышал.
— Сегодня тебе точно понравится. А даже если и нет…
Дверь открылась, будто сама собой, а я замотала головой, ухватилась рукой за косяк двери:
— Нет. Я не пойду.
— Что ты сказала? — почти ласково переспросил лорд Мизерт. Вообще-то он и в самом деле мог меня не услышать: мой голос напоминал скорее шелест травы.
— Я не пойду. Я не хочу. В моём контракте речь идёт только о мужчинах семьи Бэкхейм.
И невольно сжалась, ожидая удара. Лорд Мизерт стоял рядом со мной, расслабленный, невыразимо светский, в нарядном светлом брючном костюме. В его руке дымилась сигара, и весь его облик холёного надменного аристократа с этакой ленцой никак не вязался с тем, что он мог делать за закрытыми дверями собственной спальни. И с этой самой ленцой он вдруг вжал горящую сигару мне в ладонь, втолкнул в спальню, и, размахнувшись, ударил кулаком в лицо.
— Ни одна шлюха никогда не будет говорить мне «нет», запомни, — он развернул меня, с силой отвёл прижатые к лицу руки, заглядывая в глаза. — Не может быть никаких «нет». Никогда. Поняла? Отвечай.
— Д-да, — я даже и боли почти не почувствовала, только расползающееся по лицу онемение с каким-то металлическим привкусом и запахом. Впрочем, обожжёная рука болела.
— Вот же сука какая, испачкала мне костюм, — пожаловался вслух лорд Мизерт, разглядывая брызги крови на рукаве. — Если…
В дверь постучали, и у меня внутри всколыхнулась надежда, полудохлая, полусгнившая, но ещё трепещущая, ещё живая. Кто угодно. Лорд Ликор, его жена, Лавтур… Слуги. Кто угодно! Я зажала сломанный нос рукой, стараясь, чтобы кровь больше не капала на пол. Дверь открылась и в комнату один за другим прошли двое незнакомых мне мужчин.
* * *
— Это и есть твоя девка, Мизерт? Почему она в таком виде? — вошедший поинтересовался недовольно, так, словно мой вид был предварительно оговорён между ними до мельчайших деталей, и вот теперь лорд Мизерт предательски нарушал договорённости. — Что у неё с лицом?
— Непослушная девочка, прости, погорячился. Зато всё остальное — выше всяких похвал.
— Твой характер однажды доведёт тебя до Хорренхайской Темени. Кстати, кого у вас тут убили?
— А слухи расходятся быстро, верно? Отца мужа Асги, то ли сам подох, пытаясь приударить за этой лялькой в свои-то годы, то ли слуга отравил, соблазнился одной дорогой побрякушкой.
— Всё зло от баб, — почти меланхолично заметил второй мужчина. Я не видела их лиц, но голоса спутать было невозможно. — Отдай мне девку первому, я спешу.
— Он спешит! — фыркнул первый. — Луз, тебе мамка не говорила, поспешишь — людей насмешишь? Уступи девку первому хозяину банкета.
— Что я там не видел? — лорд Мизерт легонько пнул меня в бок мыском сапога. Зацепил, видимо, тростью подол платья и потянул, обнажая ноги и ягодицы. — Как писал великий Слэтворт: "Не похоть мной руководит — мне созерцание отрада…'
— Всегда знал, что ты старый извращенец, — со смехом проговорил первый. — Ты уже брал свою девку сзади? Боюсь, её лицо испортит мне всё удовольствие.
— Как хочешь, так и бери, она будет смирной, ей не привыкать. А лицо ей подлатают позже, она у меня многоразовая. Как насчёт небольшой партии в тарк, господа? Победитель воспользуется девкой первым.
— Ты это специально? — пробурчал второй. — Ты же
