ли я до него, потому и продолжала стоять. Светлые тем временем скучковались, остановившись передо мной.
– Да что с ней разговаривать! – сказал кто-то. – А ну пошла прочь, Темная!
Этот маг выступил вперед и толкнул меня. Точнее, попытался.
Я не успела ничего сделать, даже рук от перил оторвать, как его отбросило и сквозь толпу соратников выкинуло на лестницу.
– Это нападение на императорского чиновника! – заверещал кто-то истошным голосом. – Арестовать ее именем императора и Светлого Ковена!
И на меня бросились еще несколько магов из свиты.
Но тут я уже немного пришла в себя и как гаркнула, больше со страха:
– Стоять!
И все замерли. Те, кто стоял, стоя. А те, кто все-таки решил напасть, – лежа на ступеньках.
– Ну, Карина, ты и даешь! – сзади ко мне подошла целительница. – Ты чем их так приложила?
– Янина, это не я! То есть, может и я, только не знаю, как так получилось, – принялась оправдываться я. А потом махнула на это рукой. Они первые напали, так что поделом. – Что там с девочкой?
– Нормально, парни с ней, потом в целительское крыло перенесем. Давай хоть одного расколдуй, будем вместе переговоры вести. Вас, Темных, без присмотра лучше не оставлять.
Глава 36. Гостей все больше
Заклятие мы снимали долго и безуспешно. Пока не прибыла делегация Темных.
Они от души веселились и предлагали расставить Светлых по разным местам Академии, чтобы освежить интерьер. Успокоились только, когда я сказала, что их вообще-то тоже сюда не звала и время на них тратить не собираюсь. И ласково попросила покинуть мою территорию и больше никогда тут не появляться.
Извинились и помогли снять чары с одного Светлого. “Оживший” маг поведал, что у них в этот раз приказ изъять несколько детей и оставить тут других провинившихся “на передержку”. И что они планируют замок превратить в режимный объект по типу тюрьмы для тех, чья магия отклоняется от высоких стандартов Светлых.
Сказала, что никого забрать не позволю и что указ Светлого императора мне без разницы, поскольку они самовольно захватили мои земли. И потребовала компенсацию. Я не сама, конечно, до всего этого додумалась, Ниримаске шептал, что говорить. А еще Темные ни на секунду не усомнились, что я наследница Форз и охотно включились в переговоры. Вот у этих людей аппетиты, скажу я вам!
Светлый утирал пот и говорил, что он ничего не решает. Пришлось “оживлять” главного в делегации и начинать заново объясняться с ним. Но он не верил, орал и требовал немедленного исполнения приказа.
– Боги, пошлите мне терпения, а моим гостям – разума, – пробормотала я, устав от споров и возмущенных воплей.
На беду, в этот миг Светлый как раз набирал воздух в грудь, чтобы пойти на новый виток претензий, и мои слова услышали все. К тому времени в “переговорной”, под которую мы определили ближайшую свободную аудиторию, собрались все Темные, мои студенты-активисты, магистры и пара Светлых магов.
Они все и увидели, как в углах сгущаются тени и замогильный голос оттуда вещает:
– Твоя просьба принята к исполнению. Чем ты готова оплатить ее?
Я была уверена, что это Хранитель хочет произвести впечатление, потому решила поддержать его игру:
– Светлых магов в услужение примете?
Тут одна тень соткалась в подобие человеческой фигуры, только сильно закутанной во тьму на манер балахона и заявила:
– Готовы принять двадцать лет твоего служения на выбранном посту.
Я от наглости Ниримаске оторопела на миг.
– Шутите? Я не могу двадцать лет!
– Почему это? – Хранитель явно развлекался, хоть голос и был какой-то безликий, но нотки сарказма там явно присутствовали.
– В декрет хочу! – заявила я юмористу.
А что? Я снова на ногах, еще и хозяйка целого замка. Вот разберусь с претензиями Светлых и начну себе мужа искать. Не сразу, конечно, но лет через пять-десять я вполне к этому буду готова.
– Готова, значит, детишек родить. И от кого же? Признавайся! – грозным голосом продолжал валять дурака Ниримаске.
И одернуть бы его, но при посторонних неудобно. Но разозлил он меня порядком.
– От ректора нашей Академии, лорда Реойта Готье! – ляпнула я.
Тут же зажала рот рукой и перевела негодующий взгляд на фигуру. Не собиралась ведь говорить этого! Ну, Ниримаске, ну погоди! Поговорим мы с тобой.
– Просьба принята! Цена та же – двадцать лет служения на посту заместителя ректора Объединенной Академии Светлых земель. Согласна?
“Соглашайся” – шепнул рядом невидимый Хранитель, и я растерянно кивнула:
– Хорошо.
– Да будет так! – провозгласила фигура. – На всех присутствующих возлагается обязательство донести волю Богов до правителей и остальных причастных.
А потом от фигуры отделились светящиеся шары и один из них ударил меня прямо в лоб. Такой подлости от Хранителя я никак не ожидала! Как и того, что меня просто вырубит этой странной магией.
***
Снился мне Борис Сергеевич, мой начальник в училище. Только был он немного странный, как будто бы он и не он. Черты лица не разглядеть, а глаза все время меняли цвет – то карие, то вдруг голубыми станут, то фиолетовыми. И так они меня заворожили, что я обо всем остальном забыла.
– Что же вы, Карина Евгеньевна, в себе сомневаетесь? – выговаривал мне шеф. – Разве мало проверок мы с вами прошли?
– Много, – соглашалась я, потому как спорить с начальством вообще не привыкла.
– И кто лучше вас все знает? Разве не вы все программы изучили?
– Я, – снова поддакнула, с обожанием глядя на мужчину. Борис Сергеевич никогда во мне не сомневался, за что я ему была очень благодарна. Не то, что некоторые, которые во всем меня подозревают!
При мысли о Реойте Готье сердце тоской захлестнуло. Как бы я хотела, чтобы он тоже в меня поверил!
– Пора доказать делом, Карина, что лучше вас никто с это задачей не справиться. Вы же понимаете, что эти дети никому не нужны?
Кивнула снова. Ни эти дети, ни те, они не нужны даже самим себе. Во всяком случае, они так думают. И общество их в этом охотно поддерживает, окружающие постоянно твердят, что они неудачники, у которых нет ни ума, ни
