повышающуюся градацию с увеличением силы и возможностей. Но военная доктрина уже была открыта — на третьем уровне развития города гражданские специалисты получали военную специализацию при сборе народного ополчения для защиты от внешней угрозы.
Военную доктрину сейчас плотно изучать не стал, это уже дела будущих дней, сейчас с волнующимся на площади народом надо разобраться. Поэтому спустились с Эрикой вниз и организовав место для собеседования на корнях-скамьях у дальней стены, начали вызывать жителей для беседы. Изначально я хотел всех на третий этаж звать, чтобы от рабочего места не отходить, но Эрика подсказала — подаренное мне эльфийским старцем улучшение браслета могло открывать управленческое интерактивное меню в любом месте поселения.
Первым на собеседование вызвали коренастого эльфа Розенкранца, я попросил его кратко рассказать о себе. Услышал, что последние несколько лет Рози был водителем на скорой помощи, но в молодости отработал военно-корпоративный контракт, чтобы на квартиру заработать. Сослуживцев и пересечений не нашли — он в Африке фестивалил, а я в Тихоокеанском регионе, но примерно на общей волне оказались.
За проведенные здесь после перерождения неполные сутки Рози нашел несколько близких по духу эльфов — та самая четверка, которая помогала ему выносить уважаемого посла, так что без лишних раздумий я предложил ему стать командиром моей личной гвардии. Розенкранц без лишних раздумий согласился и пятеро эльфов-реинкарнантов стали моей личной дружиной.
С остальной четверкой я решил побеседовать после, отправив их пока наверх выбрать себе оружие из трофейной кучи, спасибо Здравомыслову хоть за это. После того как личная гвардия вооружилась, вызовы на собеседования взял на себя уже Розенкранц вместе с обеспечивающими порядок на входе бойцами, Эрика только давала ему уточняющие указания.
Когда пошел вереницей народ, сразу наступило время открытий чудных. Механика перерождения была организована и структурирована, в Кодексе уже появилась нужная статья. Души «покинувших Землю» людей накапливались, появляясь единоразово во всех семи реалмах утром в первый день недели. Но этим понедельником было третье мая, когда связь через метаверс оказалась разорвана после диверсии, так что появились реинкарнанты в городе во вторник утром, проведя здесь неполные сутки. И очень многие до сих пор не верили в происходящее. А кто-то наоборот — уже на второе собеседование пришел вдумчивый эльф Филавандрель, общающийся тягучим велеречивым стилем и категорически отказывающийся сообщать кем был в прошлой жизни, идентифицируя себя исключительно как ночного эльфа. Идеальное «дитя леса», вы приняты.
На фоне Филавандреля максимально контрастно смотрелся следующий собеседник — эльф Какаш Какашонок. Это был схватившийся за высоковольтные провода двадцатилетний зацепер, после вспышки света воспринявший предложение выбрать мир как прикол и до сих пор отказывающийся понимать, что в общем-то умер. Уходил он с горькими слезами, только лишь сейчас полностью осознав, что происходящее совершенно не шутка. После десятка следующих собеседований я сам погрустнел, после третьего десятка уже поймал дзен, безразлично фиксируя для себя информацию.
Кроме таких находящихся на разных полюсах кадров как Филавандрель и Какашонок встречались самые разные случаи. Много было не нашедших себя в жизни интровертов с печальным взором, в основном девушки не от мира сего; свободные художницы, как я выделил эту группу, большинство из которых сразу пополняли ряды детей леса. На контрасте с ними смотрелись «мужики» — из первой двадцатки собеседований таких было сразу пятеро. Силовики, люди труда, да и просто суровые мужчины — после смерти решившие отрастить острые уши и ловить форель руками в серебряных ручьях. Это не мое впечатление, это прямая речь одного из таких реинкарнантов, осознанно воспринявших возможность перерождения.
Некоторых из собеседников отправляли на вакансии сразу же, в основном принимая решения о детях леса, охотниках и собирателях. Если кандидата сразу не распределяли, вместе с Эрикой делали пометки, чтобы принять решение о будущей профессии после. На четвертом десятке, прямо как когтем по сердцу, запомнилась погибшая в глупом несчастном случае молоденькая девушка-фельдшер Арина. Она настолько горько восприняла случившееся, что обнимая ее Эрика не выдержала и сама расплакалась. Вообще слез было много — больше сотни переродившихся человек и пусть каждая история особенная, но это все были истории смерти.
Обратил внимание, что среди реинкарнантов преобладала молодежь и люди в расцвете лет и сил. Убийства, болезни, трагедии, несчастные случаи — умерших естественной смертью в старости не было пока ни одного. Возможно, как предположила Эрика, это связано с возрастным ухудшением когнитивных функций.
Из пожилых реинкарнантов в поселение оказалось всего несколько человек. Особо запомнилась Наина Геннадиевна, восьмидесятисемилетняя преподавательница музыкальной школы — и не подумаешь об этой ее прошлой ипостаси никак, глядя на совсем юную эльфийку в простой белой тунике. В отличие от большинства она лучилась счастьем, радуясь второму шансу — сказала, что двадцать седьмого апреля легла спать и все, дальше создание аватара для второй жизни. Больше недели, получается, Наина Геннадиевна провела между жизнью и смертью, прежде чем здесь переродилась.
Еще из запомнившихся пожилых людей был Сергей Андреевич — преставившийся на семьдесят третьем году жизни начальник транспортного цеха, записавшийся в новой жизни как Луций Варрон. Жена Сергея Андреевича давным-давно умерла от какого-то коронавируса, дети-внуки разъехались по стране и почти не навещали, так что трехэтажный дом в Ростовской области стоял пустой. Не найдя себя в хобби, Сергей Андреевич постепенно пустился во все тяжкие.
Неделю назад он пригласил сразу трех проституток, закинувшись горстью таблеток на потенцию и удлинение времени полового акта. Бурная ночь, сильная боль в груди под утро и личная комната метаверса с настройкой реалма и аватара, откуда вышел уже Луций Варрон. В общем, красиво ушел бывший начальник транспортного цеха, которого я почти без раздумий поставил главным жрецом Алдариона. Попросил только оргии больше не устраивать, сказав, что нас ждут великие дела.
Через несколько человек после Варрона на беседу был приглашен Вадим — бывший соратник Эрики по арене, который не поддержал прямо ни одного из претендентов на верховную власть. Новоназначенная хранительница смотрела на бородатого эльфа с холодным прищуром, прекрасно запомнив его поступок, который сочла предательством. Я же разговаривал с Вадимом без всякой предвзятости, показался мне довольно грамотным техническим специалистом. Понятно, что в голове наложено лозунгов за все хорошее, но такое прекрасно лечит упорный труд. В вариантах или терять его в оппозиции, в перспективе получив грамотного и сложного соперника, или дать шанс. Выбрал я второе и Вадим, к заметному недовольству Эрики, отправился
