Сидевший в крытом брезентом кузове грузовика Микола Яценюк, выглянув наружу, увидел, как в домах по обе стороны улицы начал зажигаться свет, а на дорогу высыпали полуодетые люди с автоматами и карабинами в руках.
Глава пятнадцатая
«Опель» мчался на предельной скорости, сворачивая то в одну улочку, то в другую. Создавалось впечатление, что Зеленчук, который сидел за рулем, отлично знал город — настолько уверенно он вел генеральский автомобиль. На самом же деле разведчики ехали вслепую. Единственным ориентиром для лейтенанта сейчас было направление — ехать надо было только вперед, на восток, не останавливаясь и не снижая скорости.
— Он там живой? — с беспокойством оглянулся назад Шубин. — Не сильно ты его приложил, Виталий?
— Живой, что ему сделается, — ответил Энтин. — Связать его, что ли, пока тихо лежит?
— Только руки. Михаил, ты в порядке? — вопрос на этот раз был адресован Одинцову.
— Нормально. Пару царапин успел получить, а так все отлично, — отозвался тот.
На заднем сиденье послышалась возня.
— Тяжелый попался генерал. Отъелся чертов фриц на русских харчах. Тяжелый, как двухлетний боров! — посетовал Энтин.
— Ничего, тебе ведь не на себе его тащить, — успокоил его Одинцов. — Пока до наших доберемся, он пару килограммов скинет.
— С чего бы ему скидывать? С комфортом ведь везем.
— Это пока везем, — заметил Шубин. — Но скоро он на своих двоих километры отмеривать начнет. Вот и сбросит лишний вес. Нам бы только до леса доехать.
Его слова словно были услышаны немцами — позади машины вдруг раздалась стрельба. Оглянувшись, Одинцов и Энтин стали смотреть в заднее окно.
— Молодец, Малкин, не отстает. А эти гады быстро сообразили, что к чему. Вот — за нами уже мотоциклисты в погоню увязались, — констатировал Энтин. — А ну как пробьют колеса грузовику и отрежут его от нас? — с тревогой в голосе заметил он. — Беда будет!
— Нам бы только за город успеть выехать, — повторил следом за Шубиным Зеленчук. — А уж там мы как дома!
И они выехали, с налету проскочив мимо патруля на дороге, затем — мимо охранного поста, обогнув шлагбаум и сбив выскочившего им навстречу из будки охранника. Промчался следом за ними мимо поста на въезде в город и грузовик, снеся по ходу закрытый шлагбаум и кренясь на один бок.
Пробитое автоматчиками заднее правое колесо немного замедляло движение и грозило перевернуть машину, но, несмотря на это, Малкин гнал грузовик так, словно его преследовала рота чертей. По большому счету так оно и было. К тому времени, как они выехали за город, за ними гнались уже не три мотоцикла, как было в самом начале, а целых семь. Правда, слишком близко к грузовику они подъезжать опасались, держались на расстоянии. Из грузовика в них летели гранаты, которые скидывал на них Микола. В тех же, кто пытался объехать грузовик с одной из сторон, стрелял (и очень даже метко) из автомата Жуляба, что сильно затрудняло погоню. Подобраться близко к генеральской машине немцы пока что никак не могли, но самих преследователей с каждой минутой становилось все больше.
Уже за городом немцам все-таки удалось подобраться к грузовику ближе и прострелить еще одно колесо. Машина завиляла и снизила скорость. Это заметили из генеральской машины.
— Надо остановиться и забрать ребят, — сказал Энтин.
Шубин молчал. Он думал.
— Товарищ старший лейтенант, товарищ капитан! — еще раз обратился Энтин уже к обоим командирам. — Там ведь Микола и рация! — использовал он последний аргумент.
И Глеб решился.
— Останавливай машину! — приказал он Зеленчуку.
Тот не сразу, но остановился.
— Оставайтесь в машине, — приказал Глеб, — и ждите, когда я вернусь с ребятами. Если что, — он многозначительно посмотрел на Зеленчука, — доставите генерала по назначению. Задание должно быть выполнено любой ценой. Вы поняли?
Не дожидаясь ответа, он принял из рук Энтина автомат и выскочил из автомобиля. За ним, немного погодя, последовал и Виталий. Мотоциклисты, которые, выехав за пределы города, теперь легко могли маневрировать, почти окружили остановившийся на дороге грузовик. Малкин, Жуляба и Яценюк вышли из него и, прижавшись друг к другу спинами, отстреливались от врага. Им на помощь поспешили Шубин и Энтин.
— Отходите по дороге к автомобилю! — заглушая стрекот автоматов, крикнул Шубин. — Микола, рация с тобой?!
— Ни, яйе в кузови залышыв, щоб незаважала.
Шубин кивнул и, не останавливаясь и не прекращая отстреливаться короткими очередями, приблизился к грузовику и прижался к борту спиной.
— Виталя, прикрой меня, я заберу рацию! — крикнул он Энтину и, подтянувшись, стремительным рывком рухнул в кузов грузовика. Тотчас же поднялся, накинул рацию на спину и так же спешно спрыгнул обратно. — Все, отходим! — приказал он и двинулся по дороге в сторону генеральского автомобиля.
К тому времени, когда разведчики впятером добрались до машины, у немцев на ходу оставалось только два мотоцикла. Остальные были или полностью уничтожены, или выведены из строя. Напрямую по генеральскому автомобилю фашисты бить опасались, чтобы нечаянно вместе с партизанами (как они думали) не убить и генерала, которого они все еще надеялись освободить.
Надежда на благополучное избавление из плена заместителя командующего 13-м пехотным корпусом генерала Золенберга у них все еще оставалась. По дороге на помощь им из города уже спешили два грузовика с солдатами, а на передовые позиции, которых было во множестве вокруг Бродов, было сообщено о похищении.
Кольцо немцев вокруг «шубинцев» могло сжаться в любой момент, поэтому Глеб, как только все разведчики оказались возле автомобиля, приказал:
— Бегом садимся и едем до леса напрямик. Дальше нас по этой дороге вряд ли пустят. Попытаемся уйти под прикрытием деревьев.
— Мы не знаем, заминировано ли поле, — напомнил ему Жуляба.
— Придется рискнуть. Судя по тому, как лихо мотоциклы двигались по бездорожью, пытаясь нас окружить, немцы не успели заминировать все подходы к городу или по каким-то причинам не стали этого пока делать, — ответил Шубин, запрыгивая в салон автомобиля, но дверцу за собой не закрыл.
Мотоциклисты, заметив приближение помощи, снова начали наседать и приблизились к машине, пытаясь стрелять по колесам. Приходилось отстреливаться, чтобы не подпускать их близко. Двигатель натужно взревел, и машина, дернувшись, тяжело стала съезжать с дороги.
— Игорь, выжми из этой развалюхи все, что только можно! — крикнул Глеб, захлопывая дверцу.
«Опель», еще пару раз дернувшись, рыкнул и помчался по полю, стремясь как можно быстрее добраться до леса. В салоне было так тесно и душно, что окна пришлось выбить прикладами. Фары на автомобиле не были включены, и Зеленчуку приходилось двигаться по полю наугад, виляя то влево, то вправо. Машина всякий раз то тяжело заваливалась на бок, грозя перевернуться, попав колесами в невидимые
