— Вы ничего о нас не знаете, так? — спросила Санея. — Просто слышали об Ордене, как о какой–то частной компании, каких много, но о сути даже не подозревали, и, возможно, у вас есть словесные описания или даже магические портреты нескольких людей, в том числе и мой… И увидев меня, решили воспользоваться случаем. Что ж, я не против поговорить начистоту, если вы первый ответите на один вопрос.
— Теперь, выходит, ты манипулируешь? — спросил Своблуг, поморщившись. — Что за вопрос?
— То, что я видела, свидетельствует, что вы решили поучаствовать в выборах не просто для того, чтобы прославиться. Вы, очевидно, действительно хотите стать губернатором. Шансов немного, но вы этого хотите. Зачем?
Своблуг долго молчал, потом заговорил, и Санея чувствовала, что слова не придумываются на ходу, а идут из глубины. Возможно, это была просто отрепетированная речь для избирателей, но все–таки…
— Кто–нибудь из вас бывал в Ариане? — спросил он, обводя всех взглядом. — Нет? Так вот, мне довелось. И не раз. Знаете, что это такое, когда сотни тысяч людей наблюдают за поединком двоих, стремящихся во что бы то ни стало убить друг друга? Может быть, и знаете, если были хоть раз на арене. А вы знаете, что такое, когда сотни тысяч людей наблюдают за поединком в полном молчании? Когда даже на верхних ярусах слышно хриплое дыхание, скрежет ударов? И каждый из присутствующих знает, за что и по какой причине дерутся эти двое. А знаете, когда на Арианской арене звучат аплодисменты? Когда распорядитель во всеуслышание объявляет: «Сегодня на арене дерутся свободные». И так бывает перед началом каждого дня боев. Свобода, а не смерть. Вот о чем я мечтаю. О том, чтобы аплодисменты вызывало рождение нового, лучшего человека. Который будет драться тогда, когда нужно драться, а не когда приходится.
Он договорил. Санея, чувствуя на себе его взгляд, произнесла:
— Думаю, вы встретитесь с нашим главным, — сказала она.
— С Тельвингом? — спросил Китин. — О нем ходят удивительные слухи.
— Все увидите, — поневоле улыбнулась Санея.
Своблуг сказал, что ему нужно вернуться в зал: хозяину не следует отлучаться надолго.
— Когда вы сможете выехать в Сенат? — спросила она, выходя вместе с ним.
— Когда доведу дело с Нимецем до конца, — ответил он чуть слышно. Сквозь мелодию вальса пробились лишь отдельные звуки. Смысл Санея поняла, читая по губам. — Я несколько лет пытался загнать его в угол. И он очень интересные вещи рассказывает на допросах. Пришлось, правда, пообещать его отпустить…
— Отпустить?! — поразилась Санея.
— С судебным клеймом, — уточнил Своблуг. — Но да, отпустить. Тут в чем дело, сам Нимец — не слишком большая проблема. Он, конечно, мерзавец, но таких в Тароме на сто лет припасено. Главная беда в магах. Тех, что создают призмы радости. И Нимец согласился сдать того, что не просто создает призмы, а придумывает новые: призмы грусти, страха — все это ведь очень недавние изобретения. И маг, который их придумал, — он здесь, в Комиссе. Нимец сказал, что его зовут Лока…
— Как?! — крикнула Санея, резко замерев. Несколько человек уставилось на нее — кто с раздражением, кто, наоборот, с интересом.
— Лока. Так его Нимец назвал, — ответил Своблуг недоуменно.
— Сан, что случилось? — подбежала к ней Ильса.
Санея смотрела на Своблуга широко раскрытыми глазами. Неужели опять? Неужели все повторяется? Ее брат никогда не стал бы заниматься подобными вещами, значит, это тот… другой. Но он ведь должен был умереть! Захлебнуться в реке!
— Вы уверены? — слабым голосом переспросила она.
— Уверен. Тебе знакомо это имя?
— Знакомо…
— Ну, это ведь ничего не значит, правильно? Имя короткое, простое, мало ли сколько людей может так называться.
Санея нервно хихикнула. А что? Может, она действительно с этим «Локой» не знакома? Может, это новый? Она представила в уме десяток жилистых молодых парней с каре–зелеными глазами, каждый из которых чуточку отличался от собрата: один с рабским клеймом на плече, второй в мантии мага, с беспощадным лицом, третий с повязкой на голове и крюком вместо кисти, четвертый… Санея хихикнула еще раз.
— Да что случилось? — допытывалась Ильса.
Санея начала было объяснять, но вдруг замолчала. Люди в зале двигались все так же: разговаривали, смеялись, танцевали, выпивали. Часть приглашенных отдавалась празднику полностью, другие же… Сначала ей не показалось это странным…
— Вы знаете этого человека? — резко спросил Лем у Своблуга.
— Этого? — кандидат в губернаторы чуть повернулся, прищурился. — Это… Кажется, это кто–то из нашего правления… Мне его на прошлой неделе представляли…
— А этого? — указала Санея на одного из магов. Всего она видела на празднике троих или четверых.
— Родственник Плегина. Из Ипсария, кажется…
— А сам Плегин?
— Вон. Шампанское пьет. Веселится, как все.
— Господин Своблуг, а что это за история с покушением? — спросил Лем, оглядываясь вокруг.
— Да полная ерунда, — усмехнулся Своблуг. — Не было никакого покушения. Нас какой–то идиот с ржавым ножиком ограбить пытался. Один раз в зубы получил и успокоился сразу. А слухи потом раздули. Китин этого мужика даже проверял потом.
— Понятно… — протянул Лем, выхватывая откуда–то из–под одежды длинный кинжал.
— Плишка, ко мне! — крикнула истошно Санея. Прямо на нее, оставляя на паркете прожженную черную полосу, летел огненный шар. Целились, скорей всего, в Своблуга, но девушка стояла всего в метре от него, так что особой разницы не было. Она инстинктивно прикрылась руками…
Не долетев нескольких метров, заклятье рассыпалось тысячей искр. Оберег работы Кравена у нее на шее едва заметно потеплел.
— Бежим! — Ильса уже тянула ее за руку. У рыжей над головой висело с полдюжины небольших шаровых молний, чуть слышно потрескивающих. Щелкнула арбалетная тетива, и один из трескучих клубочков метнулся болту наперерез — стрелка упала на пол куском оплавленного железа.
— Сюда! — они забежали в библиотеку. Ильса за пару метров до выхода оставила у себя за спиной какое–то заклятье — воздух в этом месте подернулся рябью. Двое в масках, кинувшихся за ними в погоню, налетели на него на всем ходу — раздался хлопок, и обоих отбросило далеко назад. Ильса с Санеей закрыли створки. Своблуг с Китином, поднатужившись, уронили на дверь шкаф. Спустя секунду шальной огненный шар превратил верхнюю часть баррикады в пепел, но прохода не открыл.
— А как же Джастис с Лемом? — опомнился Своблуг. — И ваш Плишка?
— Они о себе позаботятся, — торопливо уверила Санея, хотя у самой внутри все замерло от нехорошего предчувствия. Конечно, лучше бы им держаться вместе…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
