— Человек с Марса твой клиент? И ты можешь его предъявить?
— Только мистеру Дугласу. Ты же, Бекки, знаешь, как это бывает, мэр — свой парень, любит детей и собачек, но только где ему знать, что там творят его легавые. Особенно если легавые эти повинтят человека и оттащат его в звукоизолированную комнату.
— Копы! — Бекки почти выплюнула это слово.
— Вот мне и нужно перекинуться с мистером Дугласом парой слов и побыстрее, пока меня не повинтили.
— Только поговорить, и больше ничего?
— Да. Запиши мой номер. Я буду сидеть тут и ждать звонка, пока не заявятся легавые. Если вдруг у тебя получится… но в любом случае — огромное спасибо. Я же знаю — ты сделаешь все, что возможно.
— Не отключайся!
— Что?
— Оставайся, док, на проводе. Если повезет, соединимся через мой телефон, сэкономим время. Сиди и жди. — И Бекки исчезла с экрана.
Мадам Везант позвонила супруге Генерального секретаря. Предрешенные звездами события развиваются точно по графику. Наступил тот самый критический момент, когда Агнес должна направить руку своего мужа, ей нужно мобилизовать всю свою женскую мудрость и изобретательность, чтобы убедить мистера Дугласа действовать решительно, разумно и без промедлений.
— Дорогая Агнес, подобная конфигурация не повторится и через тысячу лет — Марс, Венера и Меркурий образовали совершенную триаду, причем Венера переходит меридиан, что делает ее доминантной. Тебе самой понятно…
— Элли, а что я должна сделать? Что велят мне звезды? Я не очень сильна в Науке.
И слава богу, действительная конфигурация планет даже отдаленно не напоминала описанную, не имея времени на составление гороскопа, мадам Везант отдалась свободному полету фантазии, причем без каких-либо сомнений и угрызений — как и всегда, она сообщала «высшую истину», давала разумные советы, помогала друзьям. Возможность помочь двоим друзьям одновременно приводила Бекки Визи в полный восторг.
— Милая, ты прекрасно все понимаешь, у тебя же прирожденный талант. С Венерой все, как и обычно, это — ты; значение Марса увеличивается, сейчас это не только твой муж, но и — на время кризиса — этот молодой человек, Смит. Меркурий представляет доктора Харшоу. Чтобы преодолеть неравновесие, вызванное усилением Марса, Венера должна — опять же на время кризиса — поддержать Меркурия. Но у тебя очень мало времени — Венера приближается к меридиану, ее влияние возрастает, но уже через семь минут оно начнет падать. Действуй без промедления.
— Нужно было раньше мне сказать.
— Дорогая, я целый день сижу у телефона, и вот только сейчас настал момент действовать. Звезды раскрывают нам природу каждого события, но никогда не дают подробностей. Но ты не бойся, еще не поздно. Доктор Харшоу у меня на телефоне, так что остается только свести их лицом к лицу — прежде чем Венера перейдет меридиан.
— Н-ну… хорошо, Элли. У Джозефа какое-то там дурацкое совещание, придется его вытащить. Скажи мне телефон этого доктора Харшоу или можно соединиться прямо через тебя?
— Я могу переключить доктора на вас, ты только найди мистера Дугласа.
— Обязательно.
Когда экран погас, Бекки перешла к третьему аппарату; при такой профессии приходится иметь сложную и весьма дорогую телефонную сеть. Благодушно мурлыкая под нос, она набрала номер своего брокера.
17
Когда Бекки исчезла с экрана, Джубал откинулся на спинку кресла и скомандовал:
— К ноге.
— Готова, начальник, — отозвалась Мириам.
— Это для передачи «Полной жизнью». Отметь, что у рассказчицы сочное, чувственное контральто.
— Может, мне попробовать?
— Не настолько чувственное. Для псевдонима вытащи полученный из Бюро по народонаселению список самых распространенных, нейтральных фамилий и прицепи какое-нибудь такое простенькое, невинное женское имя. С окончанием на «а» — это всегда вызывает представление о лифчике четвертого размера.
— Во-во. А ни одна из нас, здесь присутствующих, не кончается на «а». Паскуда ты, и больше никто.
— Ну чего ты так расстраиваешься? Ну, плоскогрудые вы, ну и что? Плоскостопие куда хуже. Анджела. Ее звать Анджела. Заголовок: «Замужем за марсианином». Начинаем. Мне всегда хотелось стать астронавтом. Абзац. В детстве меня часто принимали за мальчика; худенькая и конопатая, я старалась ни в чем не отставать от своих братьев и горько плакала, что мама не разрешает спать в шлеме «космического юнги». Это были счастливые беззаботные дни, и разве можно было тогда представить, какую странную — горькую, но в то же время и счастливую — судьбу пророчит мне детское мое увлечение.
— Начальник!
— Да, Доркас?
— Опять летят, две штуки.
— Тогда прервемся. Мириам, к телефону.
Подойдя к окну, Джубал увидел две, почти уже приземлившиеся машины.
— Ларри, запри эту дверь. Энн, балахон. Джилл, не отходи от Майка. Майк, делай все, как скажет Джилл.
— Да, Джубал. Я буду делать все, как она скажет.
— Джилл, не спускай его с поводка, только — по крайней необходимости. Да и тогда лучше бы он выкидывал оружие, а не людей.
— Хорошо, Джубал.
— А то ведь так скоро придется занести полицейского в Красную Книгу.
— Начальник, телефон.
— Не лезьте в поле зрения аппарата. Мириам, еще один заголовок. «Замужем за человеком».
Джубал опустился в кресло и нажал кнопку.
— Да?
На него смотрело абсолютно невзрачное лицо.
— Доктор Харшоу?
— Да.
— С вами будет говорить Генеральный секретарь.
— О'кей.
На экране появился Его Превосходительство Достопочтеннейший Джозеф Эджертон Дуглас, Генеральный секретарь Всемирной Федерации Свободных Наций, в довольно-таки встрепанном виде.
— Доктор Харшоу? Насколько я понял, вам нужно со мной поговорить.
— Нет, сэр.
— A?
— Скажем лучше по-другому. Это вам, мистер Секретарь, нужно поговорить со мной.
Дуглас ошарашенно потряс головой, но тут же улыбнулся, почти доброжелательно.
— Даю вам десять секунд на доказательство.
— Прекрасно, сэр. Я представляю интересы Человека с Марса.
Дуглас весь подобрался и даже — странным образом — перестал выглядеть встрепанным.
— Повторите, пожалуйста.
— Я — доверенное лицо Валентайна Майкла Смита. Для простоты можете считать меня de facto послом Марса. В духе ларкинского решения.
— Вы с ума сошли!
— Даже если и так, все равно я представляю интересы Смита. И он готов вести переговоры.
— Человек с Марса в Эквадоре.
— Не надо, мистер Секретарь, не надо. Смит — настоящий Валентайн Майкл Смит, а не тот человек, которого демонстрировали по телевидению, — в прошлый четверг бежал из Бетесдинского медицинского центра, при содействии медсестры Джиллиан Бордман. Он сумел сохранить свою свободу и надеется сохранять впредь. Если у вас иные сведения, значит, кто-либо из ваших подчиненных лжет.
Дуглас задумался, затем повернул голову к кому-то, находящемуся за пределами экрана и некоторое время слушал.
— Но даже если все это соответствует действительности, — заговорил он наконец, — все равно вы, доктор, не имеете права выступать от имени Смита. Он находится под опекой правительства.
— Совершенно невозможно, — покачал головой Джубал. — Ларкинское решение.
— Но послушайте, я, как юрист, могу вас заверить…
— А я, как юрист, обязан действовать, исходя из собственного мнения и не забывать об интересах своего клиента.
— Вы юрист? Мне казалось, что вы объявили себя просто доверенным лицом Смита, а не его адвокатом.
— И то и другое. Я адвокат, имеющий право выступать в верховном суде.
Откуда-то снизу донесся глухой удар; Джубал вопросительно посмотрел на свою притихшую команду.
— Вроде бы, главная дверь, — прошептал Ларри. — Сходить, что ли, посмотреть?
Джубал отрицательно помотал головой.
— Мистер Секретарь, время на исходе. Ваши люди — ваши бандиты из СС — вламываются в мой дом. Уймите их, пожалуйста, в такой обстановке просто невозможно разговаривать. Или вы предпочитаете рассмотрение дела в Верховном суде, вой в прессе и перетряхивание грязного белья?
Генеральный секретарь переговорил с кем-то, невидимым Джубалу.
— Доктор, если Спешел Сервис действительно собирается вас арестовать, для меня это полная новость. Я…
— Прислушайтесь немного и вы услышите, как они топочут по лестнице. Майк! Энн! Идите сюда. — Джубал отодвинулся, чтобы пустить их в поле зрения камеры. — Мистер Генеральный секретарь, — представил он Дугласа Майклу. — Человек с Марса.
Энн не нуждалась в представлении, о чем ясно свидетельствовала мантия.
Дуглас впился глазами в Смита; Смит взглянул на него и неловко отвернулся.
