– Вот как? – изрек Антонио в лице Джорди Клавера. – А мне сказали, что вас вместе видели в монастыре Барбера.
И полицейский, и его переводчик уставились на мою персону изучающими взглядами.
Я чуть не поперхнулся, однако успел сглотнуть, ничем не выдав своего состояния, и широко улыбнулся:
– И о чем это говорит?
Антонио Вердагер пожал жирными плечами, сильно обтянутыми форменной рубашкой, когда Джорди перевел ему мои слова и что-то сказал.
– О том, что вы вместе с ним и еще несколькими людьми, побывавшими с вами в пещере Аделита, зачем-то ездили в Барберу.
– Как зачем?! – разыграл я изумление. – Разумеется, посмотреть знаменитый монастырь. Мы все приехали в Каталонию почти в одно и то же время, и почти в одно и то же время уезжаем домой, живем в одном отеле. Конечно же, каждый из нас хочет посмотреть как можно больше достопримечательностей. Так что нет ничего удивительного в том, что наши туристические маршруты иной раз совпадают и мы вместе оказываемся на некоторых экскурсиях.
– Может быть, может быть, – с задумчивым видом сказал на каталонском языке полицейский, а переведший его слова Джорди Клавер произнес их с откровенной насмешкой.
Разговор принимал для меня неприятный оборот, и потому я постарался быстрее его закончить.
– Извините, сеньоры! – обратился я одновременно к полицейскому и его переводчику. – Но если у вас больше нет вопросов, то мне хотелось бы привести себя в порядок, – и потер свою щеку, заросшую щетиной, намекая на то, что мне не мешало бы побриться. – И я бы хотел, если сеньоры опять-таки не возражают, сходить на завтрак.
Услышав на родном языке от Джорди мою просьбу расстаться с гостями, полицейский энергично закивал, что можно было расценивать как согласие прекратить нашу «дружескую» беседу, и бросил несколько слов, которые тут же подхватил Джорди Клавер и донес их до меня в русском переводе:
– Разумеется, сеньор Гладышев. Сеньор Вердагер не против, чтобы вы занялись своими делами. Желаем приятного отдыха.
Они оба поднялись и двинулись к выходу из номера. Однако у двери вдруг задержались, и Джорди, достав из кармана визитную карточку, протянул ее мне и официальным тоном проговорил:
– Сеньор Гладышев! От имени полиции Каталонии прошу вас, если вам станет что-либо известно о гибели вашего соотечественника Николая Сильвестрова или вы что-то вспомните, что может способствовать раскрытию тайны его смерти, сообщить вот по этому номеру телефона мне, а я уж сам свяжусь с сеньором Вердагером.
– Непременно, – проговорил я, чувствуя облегчение от скорой разлуки со своими ранними гостями, и взял визитку.
– Адеу! – пожимая мою руку, попрощался со мной Антонио Вардагер.
– Адеу! – ответил я на его родном языке.
Полицейский еще что-то произнес, а Джорди Клавер, пожимая мне на прощанье руку, перевел:
– Кстати, сеньор Гладышев, Антонио Вердагер говорит, что в крови Николая Сильвестрова были обнаружены компоненты, входящие в усыпляющий газ.
Если бы меня сейчас вдруг провозгласили королем Каталонии, я бы, наверное, удивился меньше, чем этому известию. Челюсть у меня сама собой отвалилась, и я ошарашенно уставился на полицейского. Тот, в свою очередь, уставился на меня. Переводчик же с удивлением смотрел то на меня, то на Антонио Вардагера.
Наконец он негромко произнес, обращаясь ко мне:
– Что-то не так, сеньор Гладышев?
Я захлопнул челюсть, сглотнул и с натянутым выражением лица ответил:
– Все в порядке, сеньор Клавер! Не беспокойтесь. – Закрыв перед носом полицейского и переводчика дверь, я привалился спиной к стене, переводя дух.
Ничего себе, концерт по заявкам телезрителей! Мало меня потрясло сообщение полицейского о том, что потолок в пещере обрушился не из-за зажженного Константином Коронелем фаера, а из-за заложенного в расщелине потолка взрывного устройства, так еще Антонио Вердагер напоследок добил меня известием о том, что в крови Сильвестрова обнаружены компоненты усыпляющего газа! И что все это значит? Я сполз по стене и сел на пол. Минут пять сидел так, прикидывая услышанное полицейским в переводе Джорди Клавера, и кое-что в произошедшем и происходившем начало проясняться, однако оставалось много неясностей – требовалась информация, которую нужно было срочно добыть. Во мне, как обычно в подобных случаях, когда я находился на пороге разгадки тайны, проснулся азарт, и меня обуяла жажда деятельности.
Я встал с пола, отправился в ванную, наспех побрился, умылся и привел себя в порядок. Затем оделся и отправился в ресторан. Несмотря на желание поскорее заняться делами, аппетит у меня был волчий, и я плотно позавтракал. Выходя из ресторана, столкнулся в дверях с Сашей Смольниковой.
– В чем дело, Игорь? – спросила она меня обиженным тоном. – Почему ты стал меня избегать?
– С чего ты взяла? – сделал я вид, будто страшно удивился.
– Ну, как с чего? – еще больше надула губки Смольникова. – Со вчерашнего утра, как приехали из монастыря Барбера, так ни разу со мной наедине не оставался. И эту ночь мы в разных номерах спали.
По правде говоря, мне было не до секса – тут люди гибнут по ночам, а Смольниковой все бы траха… ладно, не будем об этом, у каждого свой темперамент, в конце концов, – кому-то больше, кому-то меньше нужно…
Я отступил в сторону, давая возможность пройти входившей в ресторан пожилой чете, и, пуская в ход все свое обаяние – зачем ссориться с подругой, которая, чего скрывать, и тебе доставляет удовольствие, – обволакивающим голосом произнес:
– Обещаю, солнышко, сегодня ночью мы с тобой будем вместе.
– А днем ты куда? – не унималась Саша.
– Дела, зайчик! Я же обещал всем вам найти драгоценности и отвести подозрения в воровстве. Обещания нужно выполнять!
Я чмокнул подругу в щечку и, не дав ей сказать ни слова в ответ, развернулся и быстро двинулся к лифту.
Поднявшись из полуподвального помещения ресторана на первый этаж, отправился в фойе и засел за столик с компьютером, к которому был подключен платный интернет. Мало, конечно, шансов найти во Всемирной паутине что-нибудь стоящее по интересующему меня вопросу (интересовали меня биографии моих новых друзей, а они не такие уж знаменитости, чтобы в интернете о них информацию выкладывать), но попробовать стоит, мало ли что…
Я просидел за компьютером целых три часа, потратил кучу монеток, изучил гору материалов, но мои труды не были напрасными. Кажется, я понял, что произошло, догадался, где драгоценности, и сообразил, каким образом в кровь Сильвестрова попали компоненты усыпляющего газа. Не хватало еще нескольких мазков для завершения общей картины задуманного грандиозного преступления, в котором и я сыграл свою роль. Нужны еще и кое-какие доказательства вины преступника, но я постараюсь их добыть, причем в ближайшее время.
