окружающие потихоньку начинают меня сторониться, – не думай об этом, лучше иди и займи себе хорошее место, чтобы посмотреть, как я разберусь с этим сопляком.
Предварительно убедившись, что нас никто не слышит Керг, убрал ненужный формализм и произнес:
– Тео, боюсь, меня к трибунам даже не подпустят. Меня и сюда то пускать не хотели, повезло, что появился второй служка и предупредил первого о том, что вы меня ждете. Он меня сюда и привел. А этот, – Керг скривился, словно съел целый лимон, – всю дорогу шел следом и бубнил на ухо о том, что мне сюда нельзя.
– И снова плевать, – равнодушно пожал я плечами, – просто иди и займи место. Держу пари никто и слова не скажет. Этикет не позволит.
– Хорошо, но я должен сказать кое-что еще, – еще понизил голос Керг.
– Говори, – нахмурил я брови и оглянулся, проверяя, не топчется ли кто-нибудь поблизости.
– Мне кажется, ваш соперник настроен на убийство.
– На дуэли до первой крови? – Иронично изогнул я брови. – Ты представляешь, какой шум поднимется, если что-то подобное произойдет на императорском балу? Даже Веун будет непросто отмыться от такого позора. Нарушить слово Императора. Просто так им этого не оставят.
– И все же, – пожал плечами Керг, – судя по тому, что говорили в комнате для слуг, так оно и есть.
– Час от часу не легче, – вздохнул я, наблюдая за тем, как начавшие собираться дворяне занимают предназначенные для них места на трибунах.
Протянув руку, я взял из рук Керга клинок и сразу ощутил прилив небывалой ранее уверенности. Моя катана, выкованная по специальному заказу с добавлением крови убитого воплощенного Гнева. Меч, ни разу не подводивший меня в самых сложных ситуациях. Чтобы выковать ее, мне пришлось потратить целое состояние и уйму времени на поиски кузнеца, который бы согласился взяться за столь безумный заказ. Лезвие катаны, принявшее в себя кровь хаула гнева приобрело невиданную доселе прочность, на заточку лезвия после ковки пришлось потратить с десяток точильных камней. Образовавшаяся в результате заточки заостренная кромка при определенной сноровке и правильном ударе рассекала не только доспехи, но и прочную броню воплощенных.
Уперевшись большим пальцем в цубу, я слегка выдвинул клинок из ножен, чтобы полюбоваться на открывшееся нашему взору черное матовое лезвие. Недолго полюбовавшись на открывшуюся полоску стали я задвинул клинок обратно и направился к арене – тридцатиметровому кругу, засыпанному песком и очерченному веревками по окружности. К уже собравшимся и жаждущим зрелища и крови аристократам. К заждавшемуся меня юнцу Веун, уже стоявшем в круге со своим секундантом и судьей.
Выйдя в круг, дополнительно освещенный артефактами и магически созданными светляками, сейчас парившими в пяти метрах над землей, я повел плечами и усмехнулся. Это не я поддался на провокацию и оказался в западне.
Глава 7. Дуэль
В то время как Керг направился на трибуны, я отошел к краю очерченного веревками дуэльного круга. Сейчас меня от трибун отделяло всего лишь несколько метров. Разглядывая их, я невольно отметил, как много дворян изъявило желание посмотреть на эту необычную дуэль. Внезапно, моего полностью раскрытого дара коснулось какое-то неуловимое, но оттого не менее знакомое чувство. Буквально на мгновение, мне показалось, что среди присутствующих притаился Хаул. Ощущение шло с противоположного края арены, от дальних трибун. Поэтому обернувшись и стараясь ничем не выдать свою настороженность я неспешно начал двигаться по краю круга. Не то чтобы я сильно верил в то, что посреди императорского дворца, наполненного магами и Хаул’дир, может притаиться одержимый, но полностью такую вероятность не исключал.
Я почти успел перейти на противоположную сторону, когда терзавшее меня ощущение присутствия одержимого исчезло. Остановившись, я бросил короткий, но внимательный взгляд на трибуны и почти сразу наткнулся на сидящего практически в самом центре учителя. Наши взгляды пересеклись всего на миг, но я успел уловить едва заметный намек на покачивание головой. Учитель явно не был доволен происходящим. Также незаметно, едва обозначив движение плечами я продемонстрировал свое отношение. Виноват, чего уж греха таить. Уже начав разворачиваться обратно, я вдруг краем глаза ощутил мелькнувшую на трибунах тень.
Хаул? Нет. Я даже головой для верности встряхнул. Не может этого быть. Ощущения слишком неоднозначные. Да и… Неважно! С этим есть кому разобраться. Мое же дело сейчас – победить.
– Уважаемый Теодор Ас Амани, прошу подойдите, – громко прозвучал голос судьи, стоящего в середине арены рядом с ухмыляющимся Веун.
Дождавшись пока я подойду он продолжил:
– Несмотря на то, что я был свидетелем вашего конфликта и понимаю, что дуэль неизбежна, предпочту придерживаться кодекса и от того спросить, не желаете ли отбросить разногласия и пожать руки в знак примирения?
– Нет, – качнул я головой, поудобнее перехватывая ножны левой рукой.
– Нет, – слегка надменно ответил Анзар, положив правую руку на рукоять своего одноручного меча.
– Так тому и быть, – равнодушно сказал судья и продолжил, – займите отведенные места, они отмечены на песке. Сражение можете начать сразу после сигнала. Дуэль ведется до сдачи противника, или невозможности продолжать бой. Вопросы? Возражения?
– Нет, – я был краток.
– Нет, – Веун тоже не стал рассусоливать.
Судья развернулся и неспешно двинулся к границе очерченной
