Читаем без скачивания По ту сторону огня - Василий Головачев

– Молодец, полковник, – похвалил друга Кузьма, чувствуя прилив сил. – Соображаешь. Я считал, полковники безопасности такими вещами не интересуются.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил Хасид.

– Кузя! – строго сказала Катя.

– Что?

– Не обижай Ходю! Что бы ты без него делал?

– Без штанов бы бегал, – проворчал Кузьма. – Он не обижается.

– Иногда от вашего общения меня в дрожь бросает.

– Хорошо, больше не буду, – пообещал Ромашин. – Дэв, пока мы погружались в Юпитер, ты записывал картинку?

– Разумеется.

– Покажи.

Перед пассажирами солнцехода возникло изображение пушистой облачной стены, в которую солнцеход вонзился, как невидимая пуля.

«Каракатицы» некоторое время сопровождали его, но не стреляли, а потом исчезли в облачных струях. Зато вместо них появились какие-то летающие твари, похожие на змей с крыльями, тоже исчезли. Метановые облака ушли вверх, солнцеход повис на несколько секунд в сумеречном нигде без определённых ориентиров, пробил брешь в сетчатом сооружении, а может быть, в растительном монстре Юпитера, напоминающем ажурный гриб величиной с Марс, и ухнул в глубокий водородный океан гигантской планеты, которая на самом деле представляла собой колоссальную каплю из разных фракций водорода – газообразной, жидкой и твердой. Ядро Юпитера состояло из водородного льда, сжатого до твёрдости железа. Хотя, по расчетам астрофизиков, температура внутри этого ядра достигала таких величин, что там вполне могли идти ядерные реакции.

К концу двадцать четвертого века «родной» Юпитер Кузьмы Ромашина был исследован достаточно хорошо. На «дно» его атмосферы опускались десятки экспедиций, многие из которых бурили скважины на «материках» или ныряли в океан. Однако биологическая жизнь планеты ограничивалась микроорганизмами, живущими в облаках. А разумная жизнь обнаружена не была. Как и её следы.

«Местный» Юпитер явно жил более активно. Хотя, кто был его хозяином, раса каких существ его населяла, осталось тайной. Какие-то «насекомые», если верить информации древнейшего представителя палеоразума в Солнечной системе, похожего на хоккейный шлем. Но их пассажиры солнцехода во время спуска в Юпитер так и не увидели.

– На какой мы сейчас глубине? – спросил Кузьма.

– Триста километров.

– Дай обзор.

Рубку «крота» заполнил мрак, сменившийся ровным синим свечением: Дэв раздвинул диапазоны видеосистемы до инфракрасного рубежа. В пределах трёх километров – радиус сферы прямого видения аппаратуры – водородный океан планеты был абсолютно однороден и чист.

– Поворочай лучом, – попросил Хасид.

Дэв послушно обшарил окрестности лучом локатора, способного обнаружить теннисный мячик на расстоянии до тысячи километров.

Несколько раз в поголубевшем окне дальновидения мелькали какие-то тени, паутинки, искры, луч возвращался назад, но анализ показывал, что это всё – сгущения в океане либо затонувшие метановые льдины. Видимо, жизнь в глубинах юпитерианского океана отсутствовала напрочь.

– Наши действия? – спросил Хасид, ни к кому особенно не обращаясь.

– План не меняется, – отрезал Кузьма. – Проходим сквозь Юпитер, ищем завод и пробиваем его снизу. Потом бежим к Солнцу.

– А если нас встретят «каракатицы»?

– Всё равно другого пути нет.

– Мы здесь уже почти месяц… – грустно проговорила Катя.

Мужчины замолчали.

– Ты это к чему? – не дождался продолжения Кузьма.

– Надоело… домой хочу…

– Все хотят.

– Отдохните, – посоветовал Хасид. – Оба. Я подежурю, пока «крот» будет идти сквозь Юпитер.

– Дело не в отдыхе.

– В самом деле, надо отвлечься, – делано бодрым голосом проговорил Кузьма, освободился от захватов кресла. – Пошли, выпьем вина, послушаем хорошую музыку, посмотрим какой-нибудь фильм, поиграем в лав-лав.

– Не хочу, – отказалась Катя. – У меня предчувствие, что мы уже никогда не вернёмся обратно, в своё время, так и будем жить здесь, в прошлом, пока нас не уничтожат эти твари.

– Ну что ты! – запротестовал Кузьма. – Мы живы, у нас классная машина…

– Внимание! – заговорил вдруг Дэв. – Вижу приближающиеся объекты!

Кузьма, собиравшийся вытащить подругу из кресла, метнулся к своему кокону.

В голубом окне радара появились чёрные точки.

– Раз, два, три… десять, – насчитал Хасид. – Что это за семечки?

– Сфероидальные тела, диаметр под триста метров, движутся к нам со скоростью двухсот метров в секунду.

– Сферы? Может, это хронозеркала?! – воскликнула Катя.

– Они поглощают почти сто процентов излучения радаров.

– Как же ты их видишь?

– По возмущению в жидком водороде.

– Точно, это хронозеркала!

– Неужели их запустили за нами?

– За кем ещё? Мы хотели устроить партизанскую войну? Мы её получили. Теперь за нами будут охотиться не только сторожа, но и разведчики местной цивилизации, и контрразведчики, и вся остальная хрень!

– Скорость уж больно мала, – засомневался Хасид. – Мы легко оторвёмся от них.

– Вижу ещё такие же объекты! – тут же сообщил Дэв. – Левее и ближе. Двенадцать штук. Диаметр, скорость – те же. Направляются к нам.

Кузьма и Хасид замолчали.

– Как они нас нашли? – растерялась Катя.

– Чёрт их знает! Уходим!

– Куда? – усмехнулся Хасид. – Они со всех сторон.

– Справа – двадцать, над нами семнадцать, – начал считать Дэв. – Впереди пятнадцать…

– А под нами?

Пауза.

– Пока никого не вижу.

– Вниз! Уходим к ядру Юпитера! Посмотрим, побегут ли эти шарики за нами.

В рубке ничего не изменилось, в том числе и направление и сила тяжести (инк поддерживал для пассажиров комфортные условия существования), но солнцеход уже не стоял на месте, он погружался в океан Юпитера с возрастающей скоростью. О том, что он движется, можно было судить лишь по череде сменяющихся цифр перед глазами каждого, указывающих на рост давления и температуры.

Чёрные точки, символизирующие сферозеркала, отстали.

Однако дойти до твёрдого ядра Юпитера солнцеход не смог. Локаторы «крота» зафиксировали прямо по курсу сеть новых чёрных точек. И тогда стало окончательно ясно, что за «партизанами» действительно началась безжалостная охота с применением самых необычных технических средств, какие только можно было придумать. Этими средствами были управляемыесферические хронозеркала.

– Левее, ниже нас на три километра, вижу щель между шарами, – сказал Дэв.

– Маневрируй сам, – отозвался Кузьма. – Продолжаем идти к ядру Юпитера.

– Слушаюсь!

Солнцеход устремился в разрыв между струями чёрных точек и успел прорваться, прежде чем они завершили окружение. Точки сдвинулись назад, теряясь на фоне уплотняющегося с каждой минутой водородного льда. Пока что скорость их движения была на порядок ниже скорости «крота», что вселяло в души водителей слабую надежду на благополучный исход событий.

– Оторвались? – робко спросила Катя.

– На какое-то время, – мрачно ответил Кузьма. – У них этих шаров немерено.

– Но ведь это просто хронозеркала…

– И что?

– Каждое зеркало – петля времени. Если даже мы протараним его, ничего не случится. Вернемся через пару минут… или пару часов, может быть.

– Если бы это были простые хронозеркала, их бы не бросили за нами в таком количестве. Скорее всего это «мертвяки». Был бы у нас «паньтао»…

– Правее девять градусов… – начал Дэв.

– Видим, – перебил его Хасид. – Они идут широким фронтом не только за нами, но и высылают шары навстречу.

– С той стороны Юпитера?

– Там как раз и торчит завод зеркал. Нам перекрывают все пути отхода.

– По законам волчьего гона, – фыркнул Кузьма. – Ставят красные флажки. Причем флажки движущиеся.

– Соображения есть?

– Есть.

Катя и Хасид посмотрели на Ромашина сквозь прозрачные лепестки своих коконов.

– Продолжай, – не выдержала девушка.

– У нас есть оружие.

– Какое?! «Универсалы», что ли?

– Бур. По сути это мощный аннигилятор, хотя и близкодействующий. Предлагаю маневрировать и идти к противоположному краю Юпитера до тех пор, пока нам окончательно не перекроют дорогу. Тогда наметим шар и протараним его лучом бура. Не может быть, чтобы это не подействовало на структуру хронопетли.

В рубке установилась тишина.

Спутники Кузьмы обдумывали его слова.

Дэв очередной раз изменил курс солнцехода, уходя от встречной струи хронозеркал.

– Насколько мне известно, во время наших попыток остановить «огнетушитель» в Солнечной системе, – сказал Хасид, – на него не подействовал ни один аннигилятор.

– Диаметр «огнетушителя» был больше диаметра Земли. Эти шарики помельче, их размеры – от трёхсот до пятисот метров. Луч бура накроет любой из них целиком.

Хасид снова замолчал.

Впереди в сине-фиолетовой искрящейся среде появились очередные точки, сетью перекрывшие путь солнцеходу.