Просторное помещение забито до отказа, многие пришли с женами, кое-кто – с детьми. Было шумно, но не так, как обычно: почти все мужчины увлеченно смотрели бейсбол на плоских телевизорах, подвешенных в разных концах зала. Но Адамс был равнодушен к бейсболу. Отставной майор любил только стрельбу, метание ножей, когда-то давно – бег и рукопашный бой. Насытившись, он удовлетворенно откинулся на спинку стула. Элизабет тут же, не доверив официанту, сама принесла вишневый пирог и кофе, а убирая посуду, будто невзначай, коснулась его руки. Это никак не вязалось с соблюдаемой ими конспирацией, но Генри только снисходительно улыбнулся краешками губ.
Майор не был большим гурманом. Ему приходилось есть сырое мясо, змей, лягушек, лесных мышей, корни растений. А уж консервы и однообразный сухой паек и вовсе являлись привычным повседневным питанием. Раньше ему качество еды было почти безразлично. Сейчас вкусы стали меняться. Пирог был очень вкусный, а кофе – крепкий и ароматный, впрочем, как и все, что он получал из рук Элизабет. Генри собирался заказать еще одну порцию, но тут бейсбол закончился и начался экстренный выпуск новостей.
– Чрезвычайные, страшные и необъяснимые события потрясли город Хантсвилль, в штате Техас, – тревожной скороговоркой начал молодой худощавый репортер с микрофоном наизготовку.
На экране появилась опрокинутая на спину туша слона с нелепо торчащими вверх ногами. Потом камера показала раскинувшиеся тела шерифов, стоящие рядом полицейские машины, бурлящую вокруг толпу полицейских, военных и гражданских, многие были в строгих костюмах с галстуками, выдающих федеральных агентов.
В «Макдоналдсе» стало тихо, около сотни глаз впились в телевизоры, только кое-где еще звякали о тарелки вилки и ножи.
– По первоначальной версии, сбежавший из городского зоопарка слон стал жертвой браконьеров, охотников за слоновой костью, а подоспевшие полицейские не смогли остановить злодеев и тоже были убиты, – прежним тоном продолжал нагнетать обстановку молодой человек. Он действительно выглядел взволнованным, даже аккуратно расчесанные на пробор черные волосы рассыпались по обе стороны узкого лица.
– Однако запись видеокамер полицейских машин полностью опровергла эту довольно правдоподобную версию, но, вместе с тем, только добавила загадок в этой невероятной истории…
На экране появилось шоссе, вдали стоял слон, вдруг он пошатнулся, повалился на бок, выкатившись на обочину и замерев на спине, столбообразные ноги несколько раз дернулись и застыли. Камера приблизилась, теперь мертвый слон был совсем рядом, в кадре появилась спина шерифа, потом второго. Они осматривали тушу, потом один шериф, глядя под ноги, отошел на десяток метров и вдруг извлек из кобуры пистолет. Тут же из его спины выскочил окровавленный наконечник огромного копья, он опрокинулся навзничь, и чудовищное острие вошло в землю, удерживая тело в неестественном, полусидячем положении.
Зал ахнул. В наступившей тишине можно было услышать полет мухи, но и шуршание крохотных крыльев не отвлекало зрителей: то ли мухи здесь не водились, то ли они тоже были увлечены сенсационной передачей.
Второй шериф тоже выхватил оружие и открыл огонь, хотя никакого врага перед ним не было, и никто не мог понять – в кого он стреляет. Но продолжалось это всего несколько секунд: форменная рубаха, натянутая на широкой спине, вздулась посередине кружком огня, обуглилась вокруг, и бездыханный полицейский повалился на землю. И тут же рядом с трупами появился… Генри Адамс, собственной персоной! Полевая форма, полосы камуфляжной краски на лице, оружие и снаряжение…
Сам Генри узнал себя сразу, тем более, что он выглядел точь-в-точь, как в записи нападения на базу номер семь. Кровь ударила ему в голову. Господи, да что же это такое?! Он представил, что начнется через минуту, когда до всех присутствующих дойдет, кто скрывается под боевым комбинезоном и полосами маскировочной краски!
– Судя по всему, именно этот человек столь страшно и необычно расправился с шерифом Симпсоном и его помощником Гросманом! – снова появился в кадре худощавый репортер. – Но как ему удалось оставаться незаметным? Откуда он появился на месте преступления и куда делся потом?!
Генри Адамс на экране телевизора действительно исчез. Невидимая рука выдернула копье из тела несчастного Симпсона, и оно приняло более естественную позу для убитого человека – легло на заросшую травой землю обочины.
Зато Генри Адамс в «Макдоналдсе» стал превращаться в объект всеобщего внимания: его постепенно узнавали, к нему поворачивались головы, на него показывали пальцы, о нем шептались пораженные и напуганные жители Делавара. На него удивленно смотрела Элизабет, сжав перед грудью побелевшие руки.
Худощавый репортер демонстрировал другие странности происшествия: необычные следы в траве, понюхав которые, собака-ищейка заскулила и села на задние лапы, а шерсть у нее поднялась дыбом; одну-единственную щелевидную рану во лбу убитого слона, гладкую поверхность спиленного бивня, прожженное насквозь тело помощника шерифа…
Но телевизор уже никого не интересовал: посетители быстро расплачивались и уходили, старательно обходя героя только что увиденного репортажа. Через несколько минут зал опустел. Лишь Генри Адамс сидел на своем месте. И то только потому, что не знал, как теперь поступать. Похоже, приятный вечер у Элизабет накрылся медным тазом. Однако и возвращаться к себе тоже не хотелось, тем более начинало смеркаться, а сумерки – не лучшее время для поездок по горной дороге. И потом, надо же, наконец, выяснить, что за чертовщина творится вокруг него! Но как это сделать?
На экране черноволосый репортер, выставив свой микрофон, бродил среди работающих на месте происшествия сыщиков, криминалистов и военных, задавая всем один и тот же вопрос:
– Расскажите телезрителям – кто вы, какое ведомство представляете, какие задачи решаете и какие у вас есть версии случившегося?
В основном, опрашиваемые отмалчивались и поворачивались к нему спиной, некоторые произносили нечто такое, что передавать в эфир было нельзя, и слова заменялись звуками «бип-бип-бип», кое-кто раздраженно отвечал:
– Без комментариев!
И только высокий крепкий мужчина в черном костюме вежливо дал полный и развернутый ответ:
– Меня зовут Джозеф Полански. Я представляю ветеринарное ведомство. В настоящее время я решаю очень сложную задачу: как в полевых условиях отделить голову несчастного животного от тела и каким образом доставить ее в лабораторию для препарирования…
Генри Адамс встрепенулся. Вежливого мужчину он знал. У него было грубое решительное лицо с красным шрамом на подбородке, мало располагающее к обстоятельным и искренним ответам. И не так давно он представлялся именем Джек Болдуин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
