Но показался Господь
славнее ей славы отцов.
В англосаксонских хрониках упоминается явление, которое летом и осенью 678 года наблюдали жители Британии.
«В августе появилась звезда, называемая кометой; три месяца она появлялась каждое утро и похожа была на солнечный луч».
В древности появление кометы, солнечное затмение и другие необычные небесные явления считались дурным предзнаменованием. А тем более такое – три месяца подряд, до наступления зимних холодов, на небе над древней Британией появлялся знак, напоминающий своими очертаниями огненный жезл.
Но христианами он мог восприниматься иначе – как зримое напоминание о Том, Кто на самом деле правит миром, погрязшем в войнах, и стоит выше всех королей.
Взирает Царевич с небес высокихНа основанья земли и моря.От взгляда Его ничто не укроется,Капли дождя Многомудрым исчислены —Не падет безведанно да не единая —Отмерил время до дня и часа,Сколько стоять чертогу земному.
(«Христос и сатана». Пер. В. Заславского)
Так пел, подыгрывая себе на арфе, англосаксонский поэт – возможно, пастух-импровизатор Кэдмон Уитбийский.
И, наверное, так думала настоятельница монастыря в Эли Этельдреда, бывшая королева Нортумбрийская…
Все предки Этельдреды были завоевателями из германского племени англов. Примерно за два столетия до ее рождения они приплыли с материка, чтобы захватить Британские острова.
Это для римлян, выросших под солнцем Италии, далекий Альбион (от слова – «белый», такими они увидели берега Британии из светлого известняка) казался холодным, неприветливым краем света. В книгах древних римлян часто встречается ворчанье на промозглые дожди, туманы, непривычные морозы и замерзающие реки в самой северной их провинции.
А вот в глазах вождей северных германских племен Британия всегда была «прекраснейшим из островов», примерно такой, как ее описывает средневековый писатель Гальфрид Монмутский:
«Обильная всякого рода металлами, она обладает широко раскинувшимися полями, а также холмами, пригодными для богатого урожаями земледелия, на которых благодаря щедро родящей почве в подобающее им время вызревают всевозможные земные плоды».
Но до начала V века и плодородные земли, и леса, и пастбища, где растут «травы и цветы различной окраски», и богатые рыбой озера находились под охраной римлян.
В 410 году из Британии были отозваны два последних римских легиона – войска срочно понадобились для защиты Италии от варваров. И когда всем стало ясно, что назад они уже не вернутся, на остров лавиной хлынули германские племена – саксы, англы, юты, фризы, швабы.
Примерно на два столетия Британия превратилась в одно большое поле битвы.
По подсчетам современных историков, на остров переправилось не менее двухсот тысяч германцев, и примерно за сто лет, начиная с 430 года, коренное население частично было истреблено, частично слилось с захватчиками.
Отголоски тех нескончаемых сражений сохранились в легендах о короле Артуре, отважном вожде племени бриттов.
В хронике «История бриттов», которую в начале IX века написал валлийский монах Ненний, говорится, что героический король Артур одержал 12 побед над саксами!
Впрочем, современные историки сомневаются в существовании такой исторической личности, как король Артур, и считают его неким собирательным образом героя-защитника тех времен, когда по всей Британии «из скрещивавшихся в единоборстве мечей сыпались искры, и их сверкание порождало громовые раскаты» (Гальфрид Монмутский. «История королей Британии»).
Средневековые романы о благородном короле Артуре, рыцарях Круглого стола и их прекрасных дамах не имеют ничего общего с тем, что сообщается в англосаксонских хрониках о том времени.
«Стены всех городов были подвержены ударам таранов, их обитатели вместе с предстоятелями Церкви, священники вместе с народом повергались наземь, в то время как повсюду сверкали мечи и сверкало пламя. Печальное зрелище! Повсюду на улицах, среди камней поверженных башен, стен и святых алтарей лежали тела, покрытые запекшейся красной кровью, словно их раздавил некий чудовищный пресс, и не было для них иных гробниц, кроме развалин домов или внутренностей диких зверей и птиц небесных… Иные из оставшихся несчастных были загнаны в горы и безжалостно зарезаны. Другие, изможденные голодом, вышли и покорились врагу, готовые принять вечное рабство за кусок хлеба, если только их не убивали на месте», – пишет очевидец тех событий – бриттский монах и писатель VI века Гильдас Мудрый в сочинении «О погибели Британии».
В VII веке, когда родилась Этельдреда, на территории Британии существовало уже семь англосаксонских независимых королевств, так называемая англосаксонская гептархия (семицарствие).
В северной части острова – Нортумбрия, в центральной – Мерсия, в крайней южной части – Кент (юты), на юге и юго-западе – Уэссекс (западные саксы), Суссекс (южные саксы) и Эссекс (восточные саксы), на востоке – Восточная Англия.
Королевства бесконечно воевали друг с другом, или, как с английской сдержанностью пишет средневековый английский автор Вильям Мальмсберийский, «согласно превратности времен – ныне один, а затем другой могли расширять собственные границы через свою отвагу или же терять их по своей лености» («Хроника королей Англии»).
Этельдреда была дочерью короля восточных англов Анны, у которого был сын-наследник Иурмин и пять дочерей: Сексбурга, Этельбурга, Сестрит, Этельдреда и Витбурга. Самой известной из его детей, несомненно, стала принцесса Этельдреда, или Этельтрит, чье имя значит «благородная сила». В историю она вошла под именем Одри Элийская.
Считается, что Этельдреда была пятым ребенком в королевской семье и родилась примерно в 630 (или 636) году в Экснинге, на территории современного графства Саффолк.
О жизни этой девушки немного рассказывает в «Церковной истории народа англов» крупнейший англосаксонский историк и духовный писатель VII–VIII веков Беда Достопочтенный.
Также сохранилось «Житие святой Этельдруд, девственницы», написанное в X веке бенедиктинцем Эльфриком Грамматиком.
Этельдреда выросла в королевском дворце и с детских лет была воспитана в христианской традиции: ее крестил епископ Феликс, которого называют апостолом земель восточных англов.
Наверное, история древних англов могла бы состоять из сплошной череды захватнических войн, где «каждый хватал для себя жадной лапой все, что доставили ему удача и смелость», если бы не важнейшее событие конца VI века.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
