над полянкой слышны были лишь звуки соударения металла с деревом и испуганные вздохи особо впечатлительных зрителей. Лорд Коннери запыхался и, тяжело дыша, отскочил в сторону от ректора. Горгорон дышал спокойно. Ирлин, пытаясь выиграть себе время для передышки, вновь заговорил:
– Есть еще один вопрос, ректор. Думаю, он многих волнует. Если возле Академии живет дракон, значит, он может спокойно ходить где-то среди нас в человеческом обличии. И никто об этом не догадывается. Вы думали об этом, ректор?
Ирлин прыгнул вперед с занесенным клинком. Гор принял удар обломком посоха, и меч Ирлина срезал с него внушительный кусок. Горгорон отбросил в сторону ставший бесполезным обрубок, и перехватил оставшееся у него оружие в правую руку.
– Это должен быть очень сильный чародей, с обостренным чутьем природного мага.
Лана вздрогнула. Она понимала, к чему клонит Ирлин, и Гор это тоже понимал, потому перестал отвечать на словесные выпады аристократа, молча отбивая удары меча.
Ирлин продолжал:
– Он выглядит молодо, но при этом никто не знает его точного возраста. Сколько вам лет, магистр Горгорон? – Ирлин смотрел на Гора со смесью торжества и презрения. – А еще, я знаю, что у драконов были ярко-зеленые глаза…
– Довольно! – Горгорон потерял терпение и атаковал всерьез.
И Ирлину сразу стало не до разговоров, он едва успевал отбиваться от ректора, хоть в руке у того был всего лишь обломок палки. Горгорон перехватил инициативу боя, лорд Коннери не успевал реагировать на его молниеносные атаки. Ирлин был бледен, он прекрасно понимал, что несмотря на слепоту ректора, уступает ему в искусности. В какой-то момент Гор провел захват и просто вытащил меч из руки лорда Коннери, оставив того безоружным.
– Тебе трудно, потому что ты не видишь взгляда противника, не можешь предугадать, куда я нанесу удар, – Гор поучал Ирлина, точно на уроке. – А я чувствую твой Поток в мельчайших подробностях. Ты же не привык, настолько полагаться на магическое чутье, как я.
– Верно, вы ориентируетесь по нашим эмоциям, – Ирлин осторожно отступал в сторону. – Ну, так я устрою среди этих эмоций небольшую путаницу…
В два прыжка Ирлин подскочил к Лане – она даже не успела отшатнуться от него – обхватил ее обеими руками за плечи и крепко поцеловал в губы. В первый момент девушка рванулась, попытавшись освободиться, но поцелуй Ирлина, горячий и требовательный, оказался так неожиданно приятен, что она замерла и, приоткрыв рот, пропустила его внутрь себя. Лана стала забывать уже, каким жарким может быть поцелуй мужчины. Она обняла Ирлина за шею и в тот же момент ощутила, словно внутри нее что-то оборвалось, словно лопнула туго натянутая струна.
Девушка оттолкнула аристократа от себя – она чувствовала не свою горькую ревность и обиду, она чувствовала эмоции Горгорона. Он стоял посреди поляны, низко наклонив голову и судорожно сжимая в ладони рукоять трофейного меча. Затем размахнулся и в сердцах бросил его в сторону.
Ирлину не нужно было предлагать дважды. Он тут же кинулся поднимать свой клинок. Бой возобновился, вот только расстановка сил стала иной. Ирлин нападал, Горгорон нехотя защищался. Довольно быстро он потерял второй обломок посоха и теперь остался против Ирлина с голыми руками.
На поляну с запозданием прибежали преподаватели: Сандел и Аэлар – и замерли, не зная, как поступить. Прервать поединок, признав, что ректор слаб перед студентом, или дать двоим бойцам разобраться друг с другом самостоятельно. Лана стояла, судорожно сжав кулаки. Она боялась того, что могла увидеть на своей правой ладони после поцелуя Ирлина.
И действительно, Горгорон, словно разом утратил чутье и способность ориентироваться. Он стоял, потерянный, посреди поляны, а Ирлин ходил вокруг него, поигрывая мечом.
– Такой баланс сил мне больше по душе, – с этими словами аристократ полоснул ректора по спине, оставив на ней кровавую полосу.
Гор прыгнул вперед и сразу же повернулся к атакующему, но Ирлина уже не было в том месте. Он заходил ректору с боку. Замах – и еще один ярко-алый росчерк остался на плече Горгорона. Он дернулся, но не стал поворачиваться, очевидно, понимая, что потерял контроль над боем.
Каждая нанесенная Ирлином рана сопровождалась испуганным вздохом толпы, но никто не смел остановить поединок, даже преподаватели. Лорд Коннери подошел к ректору со спины и наотмашь рубанул его под коленями, перерубая связки. Гор зашипел и упал на четвереньки.
Лана стояла, прикрыв ладонями рот от страха. Вновь она невольно стала причиной того, что Горгорону грозила беда. Она закрыла глаза, чтобы не видеть этого ужаса, и непроизвольно попыталась нащупать магический Поток ректора. И она очень быстро нашла его, и потянулась к мыслям Гора.
«Ты можешь отталкивать меня, сколько захочешь, – ее мысли были твердыми, как и ее намерения, – но сейчас тебе нужна моя помощь. Я буду твоими глазами в этом поединке. Смотри!»
И Лана широко распахнула глаза. Она чувствовала, как руки ее обдувает теплым ласковым ветерком, она ощущала совсем рядом с собой кого-то близкого и родного… Даже не рядом, ближе… Она чувствовала его внутри себя, внутри своего сердца…
Ректор встал на ноги и обернулся к Ирлину:
– Бой еще не закончен, лорд Коннери.
Казалось, Ирлин был удивлен, но удивлялся он не долго. Поединок возобновился, и вновь ведущим в нем был Горгорон. Он двигался с нечеловеческой скоростью, словно играя с непослушным ребенком, которого нужно как следует проучить.
Миг – выпад – и клинок Ирлина отлетел далеко в сторону. Еще удар – и сам лорд Коннери оказался у ног Горгорона, приложившись лицом о брусчатку.
– А теперь – закончен. Приведите себя в порядок и зайдите в ректорскую.
Горгорон повернулся, пытаясь отыскать Лану в толпе. И в этот момент Лана почувствовала сильную слабость и головокружение. Она нахмурилась, пытаясь сфокусировать взгляд на ректоре, но тут же потеряла сознание, упав прямо в руки вовремя подоспевшего Ларса.
***
Лана открыла глаза. Ей было мягко и уютно. Она лежала на спине в удобной кровати. Вокруг было довольно темно, но глаза постепенно привыкали к скудному освещению, и девушка принялась осматриваться. Лана находилась не в своей комнате: судя по высокому потолку, теряющемуся во мраке, и сопящей на соседней кровати Рыси, она попала в лазарет.
Девушка заворочалась, устраиваясь удобнее, и повернулась на бок. Высунула из-под одеяла сжатую в кулак правую руку. Даже в темноте ей было страшно смотреть на свою ладонь. Она читала, что при появлении метки истинной пары возможны недомогания и даже потеря сознания – это сильная встряска для магического Потока. И сейчас Лана с замиранием сердца думала о том, что ее истинной парой мог оказаться Ирлин, ведь в обморок она упала как раз после его поцелуя – до этого Лана настойчиво избегала прикасаться к чародею. Ирлин, конечно, тоже
