Чёрт, скучаю по Лизе. Она была конченной и всегда затягивала меня во всякие авантюры, когда мне хотелось просто сидеть и играть в комп, но сейчас мне не достаёт этих приключений. Мы всегда занимались какой-то асоциальной хернёй, вроде вандализма или пранков, но нам всё сходило с рук. Хоть Лиза и была инициатором таких затей, в глубине она оставалась хорошей девочкой, которой просто не хотелось одиночества. Я же наоборот привык к нему и смирился. Но сейчас?
Хотелось бы, чтобы за этим столом сидело больше одного человека. Лиза была бы рада собраться всей семьей, а мама, наконец, отдохнуть от бесконечной работы и расслабиться в хорошем ресторане. Я мог бы их накормить при помощи практически бесконечного запаса денег, если считать мерками родного мира. Но сестра и мама остались на Земле, а я сидел здесь один, как сыч с имиджбордов.
И нахрена я решил отделиться от своей группы? Не прошло и несколько часов, а вон какие мысли уже полезли в голову. Такое ощущение, что мне попросту противопоказано расставаться со своим трио. Надо было наоборот позвать их с собой. Впрочем, ещё не поздно. Можно сходить с ними сюда завтра. Чем не семья? Вообще, все члены моей группы хорошо подходили на эту роль. Этери — капризный ребенок, который вечно творит какие-то шалости, Аркаша — подросток в своей стадии «восстания против родителей», всегда делающий всё по-своему, и Флюра, пытающаяся этих детей удержать, совсем как…
Я не успел довести мысль до конца — услышал крики со стороны входа. Два амбала избивали какого-то худощавого паренька, который вопил и пытался прикрыться тонкими руками от огромных кулаков, каждый размером с его голову. Однако я мог различить слова:
— П-Простите! Я… — удар под живот выбил воздух из его лёгких, он согнулся и закашлялся, но всё же договорил — н-не знал…
— Какой ужас, — услышал я шёпот сладкой парочки за соседним столиком. — Этот поганый лунный что, совсем слепой?
Я встал из-за стола, игнорируя подошедшего с подносами официанта, после чего приблизился к драке.
— Что за хуйню вы устроили?!
Мужики даже не взглянули на меня и продолжили превращать парня в кровавое месиво. Вблизи открылись новые детали — вошедший был никем иным, как эльфом, об этом говорили острые уши, что виднелись из-за рыжих волос. Я ещё раз повторил свой вопрос, но не добился результата. Это меня разозлило. Во-первых, из-за того, что выглядел крайне по-идиотски из-за всеобщего игнорирования, а, во-вторых, потому что ненавидел, когда меня игнорировали.
— Гравиконтроль! — разогнутый палец указал цель. Затронутый мужик по инерции совершил ещё один удар, теперь попавший только в воздух, и взметнулся на метр ввысь. До того, как он понял, что произошло, я обхватил свободной рукой его ногу, раскрутил вокруг себя полегчавшее тело и со всего маха метнул во второго вышибалу. Прямо перед столкновением гравиконтроль нужно было отключить. Вес летящего мешка с дерьмом вернулся к нему, а потому бросок получился крайне мощным. Тела голых придурков влетели в ту часть стены, что была деревянной, с треском пробили её и вывалились на улицу.
Ваша сила выросла!
Гравиконтроль: владение повышено!
Человек, знакомый с моими зпклиниями мог бы возразить: «Но ты же способен просто поднять их обоих в воздух, чтобы они остыли и объяснились». Способен. Но знаете, что я отвечу? Мне похуй.
— Парень, ты в порядке? — спросил я отхаркивающего кровь эльфа.
— Н-Нет, нет, вообще не в порядке, — выдавил он, — в-вытащи м-меня отсюда…
Я без размышлений взял его на руки, пинком открыл дверь и вышел на улицу. В голове на секунду мелькнул вопрос: почему я помогаю эльфу, но врежу людям, но тратить на это мысленные ресурсы того не стоило. Я отвёл паренька подальше от ресторана, после чего усадил его на свободную скамейку. Короткий осмотр привёл меня к выводу: единственная кровавая рана была на лбу, но там, как известно, просто было много сосудов, а потому она могла быть не опасной. Судя по всему, переломов у парня тоже не имелось. Короче, он не собирался откидываться в ближайшее время, и можно было вздохнуть с облегчением. Однако же я решил посидеть с эльфом ещё какое-то время. Пришедшие в себя вышибали стояли у входа в ресторан и неодобрительно на нас поглядывали, да и на лицах прохожих сочеталась смесь презрения и страха.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— За что они тебя? — спросил я.
Ему уже заметно полегчало и он смог объясняться нормально:
— Да ограничения эти, пепел их дери… — он протёр лицо от крови, смахнул её на тротуар и продолжил. — Так устроена жизнь во многих городах Заподлесья. Эльфам запрещено соваться в места, предназначенным людям. Города как бы устроены… Раздельно.
— В смысле? Что за бред?
Парень пожал плечами:
— Ну, например, разные таверны для эльфов и людей. Разные школы. Эльфу никогда не продадут дом в людском районе, даже если он сказочно богат… Хотя, конечно, бывали случаи, когда какие-то эльфы «удостаивались» ранга человека… Ну и чушь.
Юноша рассмеялся, и мне вдруг показалось, что я где-то его уже видел. Он объяснился:
— Казалось бы, если кто-то из моего народа доказал, что и среди нас могут быть великие деятели и умы, то следует считать, что раса эльфов достойна нормального отношения в целом, да? Но нет, они просто причислят выделившегося к своим рядам, назовут человеком, даже если он чистокровный лунный.
Мой взгляд задержался на его лице, затем на волосах… И я всё понял.
— Дима?! Какого хрена ты здесь забыл, говнокодер ты недоделанный?!
Эльф заткнулся и посмотрел на меня немигающим взглядом.
— Телепортировался.
— В СМЫСЛЕ ТЕЛЕПОРТИРОВАЛСЯ?! — моя степень удивления была настолько велика, что я спрыгнул со скамейки. — ТЫ ЖИЛ СЕБЕ НОРМАЛЬНОЙ ЖИЗНЬЮ В КОКТАУНЕ, ТЕБЕ НИКТО НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ, А ТУТ ТЫ ТЕЛЕПОРТИРОВАЛСЯ НА ПИЗДЮЛИ И РАССКАЗЫВАЕШЬ, КАК ТЯЖЕЛО ЖИВЁТСЯ ТВОЕМУ НАРОДУ?!
Дима отвёл взгляд в сторону и приставил кулак к подбородку. Почему-то этот жест меня взбесил, но я даже не знал, как отреагировать. Лишь спросил:
— Почему ты вообще попал именно сюда, когда я был именно здесь? Почему не в любое другое место мира в любое другое время?
Тут эльф всё-таки ответил:
— Понимаю, понимаю. Но, видите ли, шанс в одну миллиардную процента — условность. Реальная жизнь, может, и поддаётся теории вероятностей, но следовать ей бездумно — всё равно что быть безумным фанатиком. События будут происходить вне зависимости от того, как низок на это шанс, и нам остаётся с этим только смириться.
Этот поток идиотизма меня обескуражил, поэтому я решил сменить тему:
— Ладно. Так может ты объяснишь мне одну вещь — почему если в Заподлесье есть города вроде Коктауна, где эльфы могут жить нормально, твои идиоты-сородичи живут в сегрегации в Таднессе?
Эльф невозмутимо почесал нос и ответил:
— Потому что они стали жертвой реакционерских законов. У них уже были дома, семьи, работы, но жизнь постепенно становилась всё тяжелее и тяжелее, а в какой-то момент эльфы поняли, что уже не могут покинуть родные города ради перспектив свободной жизни. Слишком многое удерживает их на месте.
Это звучало несколько… понятнее, но у меня всё ещё оставались вопросы. Я вернулся на скамейку.
— Вы же живёте кучу лет. Для вас адаптационный процесс переселения займёт очень маленькую часть жизни.
Теперь пришло время удивляться Диме. Его уши встали дыбом, а глаза полезли из орбит:
— Куча?! Крайний срок лунному — сорок лет! Такими нас задумал демиург!
Шаблон порвался, как рвётся жопа порноактёра, перепутавшего павильоны для съёмок. Теперь мы оба сидели, словно молнией поражённые и пытались хоть как-то понять друг друга:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Эм… Эльфы живут сорок лет?!
— Конечно! Идеальная внешность до тридцати пяти и резкое старение в последние годы жизни! Почему вы это не знаете?
Моё сердце ёкнуло:
— А полукровки?!
Дима ненадолго закрыл глаза, видимо, для подсчёта, после чего поделился результатами:
