Девушка замахнулась, всего лишь в пол силы, потому что у меня получилось отразить атаку. Тем не менее, вес инерции прошёлся по моим обоим рукам и исчез только в бицепсах. Драки без использования заклинаний всегда заканчивались усталостью. Как там с гравиконтролем и ресайзом? Выстави палец и удерживай, чтобы работало. Убери палец — заклинание перестанет действовать. Тут всё просто и интуитивно, а «тупое махание мечом» включало в себе огромное количество техник и правил.
— У тебя возникает к этому пrедrасположенность, если ты всю жизнь деrешься, — она подула на чёлку, чтобы та не попадала в глаза. — К тому же, меня учил отец. Совсем так, как я учу тебя.
— Через пиздюли? Эффективно…
Я сделал шаг назад, чтобы отдышаться. Этери сидела рядом и рисовала мангу, лишь краем уха слушая разговор. Если бы кто-то из нас оказался ранен, она могла бы помочь, но наверное полубогиня просто решила побыть с нами за компанию. Я был не против. Наличие поблизости друзей тушило пожар тревоги. Впрочем, он разгорался вновь, стоило мне вспомнить о Флюре. Она сейчас сидит одна, и чёрт знает, сколько просидит ещё.
— Ну, учил как умел. Эй, rаботай ногами, не стой на месте, словно истукан, — несмотря на содержимое её приказов, она не кричала и говорила вполне спокойно. После очередного столкновения девушка попала палкой мне по пальцам, от чего я вскрикнул. Больно, твою мать. — Он постоянно был со мной. Мы могли так дни напrолёт заниматься, особенно когда выходили на сушу.
Когда я пришёл в себя, мы продолжили фехтовать. Не могу сказать, что за время тренировок достиг уровня престижного мечника, но явно не был тем тюфяком, который попал сюда пару месяцев назад. Тело слушалось лучше, координация выросла, даже появился какой-то азарт — хотелось стать лучше. Аркаша мне с этим помогала, а потому я был ей благодарен.
— У тебя случаем наши драки не вызывают неприятные воспоминания? — на всякий случай спросил я.
— Не-а, — пожала плечами пиратка. — Пrосто по пrичине того, что папа опrеделённо жив. Он сошёл с коrабля за несколько дней до нападения гигантской селёдки. Не объяснил, зачем, но, по кrайней мере, это помогло ему спастись. Где он тепеrь — не знаю.
Моё тело тут же наполнилось ужасом. Я замер, лицо побледнело. Ладони затряслись.
— Твой отец — селёдка-оборотень. Он убил всех, кого ты знала.
Похоже, пришло время телу Аркаши наполняться ужасом. Она замерла, лицо побледнело. Ладони затряслись.
— ТЫ ЛЖЕЦ!
Она побежала на меня, размахивая палкой, с лицом наполненным гневом в сотни раз превышавшим тот, на который была способна Флюра. Пиратка настолько перестала быть похожей на человека, что, казалось, сейчас выбросит оружие и напрыгнет на меня, как дикий зверь. Страх пронзил меня с головы до ног, поэтому мне не оставалось ничего, кроме как защищаться. Удар наотмашь пришёлся прямо в щёку девушки. К моему дикому удивлению, это не просто её остановило, а побудило сделать несколько нестойких шагов вбок и рухнуть на траву. Я был готов к тому, что она сейчас вскочит на ноги, но это не происходило. И не происходило долго.
— Эй… Ты в порядке?
Определённо нет, потому что Аркаша начала подтягивать к животу ноги и сворачиваться в позу эмбриона.
— Да что с тобой?! Я не так сильно ударил!
Меня это заставляло серьёзно нервничать. Этери заметила смену в обстановке и побежала к нам.
— Это не от удаrа, — простонала девушка и откашляла немного крови на траву. Мои глаза поползли на лоб.
— Аркадия не врёт, — сказала Этери и села рядом с раненой, после чего возложила на неё ладони. — Малое исцеление! Вам уже лучше?
Сразу же после этих слов изо рта девушки потекло столько крови, что сомневаться в ужасности происходящего не было причин.
— Что с ней происходит?! — в панике затрясся я. Казалось бы, мне плевать на кровь, но не тогда когда она вытекает из дорогих мне людей.
— Я-Я… Не п-понимаю… — лепетала Этери. Она попробовала повторить заклинание, но лучше не стало.
— К чёрту! Тащим её в поместье!
Я взял умирающую на руки и ещё раз посмотрел на Аркашу. Она стала терять меньше крови, но заметно побледнела, а на лице проявились голубые прожилки. С чего бы венам становиться такими явными? Плевать, не до этого! Я без раздумий побежал вперёд и увидел, как Кармия и Зарес Летренас, одетые так, словно шли на бал, вышли из поместья и направились к воротам. Если они не знали, как помочь Аркаше, то не знал никто. Когда я догнал супругов, они уже стояли перед забором и… пускали внутрь гостей. Гостей, одетых в чёрные камзолы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 23
Мне явно нельзя было вставать, как вкопанный, но разум уже не мог перечить телу. Я замер, словно парализованный, пока мои глаза в ужасе наблюдали за тем, как усатый мужчина в шляпе и камзоле перебирал обоими тростями и шёл навстречу к чете Летренас. Страх тут же уменьшился, как только волшебники и дон мафии встали в приветственную Т-позу и поклонились друг другу. Но это был обманчивый идиотизм — рядом со мной находились, пожалуй, самые опасные люди во всём Таднессе.
— Рада видеть вас в добром здравии, Гон, — проговорила Кармия, тепло улыбаясь мужчине. Так же тепло она улыбалась мне в нашу первую встречу.
— Несомненно, — дон поправил воротник рубашки, — мне тоже приятно видеть себя в добром здравии.
После этих слов мужчина медленно повернул голову на меня. Я постарался тут же перестать о чём-либо думать, скорее, инстинктивно, чем намеренно. Даже не представляю, что могу слить ему… Погодите, зачем он сюда вообще приехал?!
— Ну, — протянул Гон, не отрывая от меня проницательных чёрных глаз. — Негоже оставлять будущего зятя на пороге.
— Конечно, пройдёмте же скорее в поместье, — кивнула Кармия и дёрнула мужа за руку, после чего сделала шаг в сторону с дорожки, что позволило бы дону и его картежу направиться к дому. Позволило бы, если бы я не выкрикнул:
— Какой нахуй зять?!
Впервые мне удалось привлечь к себе внимание всех собравшихся. На мне собрались взгляды четы Летренас, Гона, около пары десятков простых мафиози, что пересекли ворота, и ещё трёх странных придурков с разноцветными волосами.
— Как же вы так меня не предупредили, — улыбнулся дон и засунул руку в карман, после чего извлёк оттуда около восьми защитных амулетов, после чего стал методично надевать их на себя. Один на шею, по штуке на руки, уши и ноги, а последний принялся раскручивать на пальце. — Что один из ваших гостей умирает от голубой чумы?
У меня перехватило дыхание, тело похолодело. Вместе с моим лицом побледнело и лицо Кармии:
— М-Мы… Мы не знали! Простите, Гон, я тут же прикажу им убраться…
— Нет, — выставил мужчина руку. — Вы знаете, что это не те условия, на которые я соглашался. И, пока я здесь, вам лучше бы делать то, чего желаю я.
А… Аркаша заражена? Но… Как это могло выйти? Почему? Она же не дралась с хасками, не входила в карантинную зону, у неё не было причин зара…
В голове всплыла картинка. Мы на шпиле и дерёмся с Новомиром. Аркаша защищает меня, чтобы я отрубил щупальце монстра и он рухнул на острый выступ. В следующую секунду на неё напрыгивают хаски и начинают поедать заживо.
Дон улыбнулся. В моём горле застыл ком. Я опустил голову и посмотрел на Аркашу. Теперь голубые вены, проступившие на её лице, стали знакомы. Такие же были у Вемира, брата Флюры. Но… Погодите.
В шпиле находилась не только Аркаша. В нём были мы все. Волна чумы захлестнула нас троих, а Новомир ещё и покусал меня перед смертью… Мы обречены?..
— Наденьте амулеты, — мягко сказал дон как прислуге, так и Летренас. — Позвольте им продолжить жить здесь. Сами подумайте, разве существует зрелище приятнее, чем отчаяние, что поглощает разум всё сильнее с каждым кашлем, криком и новым симптомом?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В отличие от улыбки дона, эмоции леди Летренас были явно менее искренними:
— Д-Да, конечно, Гон… Так и есть.
Наконец-то урод перестал пялиться на меня и взглянул на Кармию. Тут же на его лице вспыхнуло удивление:
