Сознание потеряла, но не отступила. Похоже, я своим вмешательством что-то внутри нее переделал, перестроил, дал ей какой-то иммунитет к моим приказам.
– Обалдеть! – уперевшись на подоконник смотрел на грифельную волчицу, свернувшуюся клубочком на земле. – И что теперь?
– Хрен знает, – больше сказать нечего. – Она не дает Татьяне обернуться. Заставить я ее не могу. Силу применять не хочу.
– Может, голодом морить? Есть захочет – пойдет на попятный. А как обернется, надо будет Таню обвешать амулетами, чтобы больше такого не повторялось.
– Уже готовы, – кивнул в сторону резного ларца на столе.
Замолчали, рассматривая виновницу проблем – непокорную волчицу, отказавшуюся принять мою волю.
– Мд-а, – протянул Кирилл, – вам не позавидуешь.
Ответить было нечего. Тут не только не позавидуешь, тут сочувствовать и соболезновать надо.
Решение я принял не раздумывая.
Запретил приносить ей воду и еду под страхом изгнания из стаи. Неприятные меры, но другого пути заставить ее обернуться я не видел. Ничего, поголодает, подумает и отступит. Мне главное Таню высвободить, а дальше уже будем смотреть по ситуации.
Волк внутри сердито зарычал, защищая свою пару, несмотря на то, что она отказалась от этого статуса. Черт, как бы самому не пришлось амулетами обвешаться, чтобы сдержать его! Ведь стоило мне только отдать распоряжение, чтобы Таню не кормили, как он тут же вознамерился бежать на охоту, чтобы принести ей добычу.
Это было бы смешно, если бы не было так грустно.
Глава 13
Руслан
За ночь ничего не изменилось. Едва забрезжил рассвет, я выскочил на балкон, чтобы убедиться – волчица на месте, спит, вытянувшись на земле, и, похоже, даже не парится по этому поводу, и уж тем более не собирается перекидываться обратно в человека.
Поганка!
Вызвал к себе смотрителя усадьбы, сообщив ему о том, что сегодня он смотритель и за моей волчицей. Пусть ходит, проверяет, если надо – разговаривает с ней. У меня сегодня сложный день, надо готовиться к встрече делегации Загорского. Соседний клан, с которым долгое время находились в состоянии холодной войны, наконец, пошёл навстречу, и сегодня нам предстояло заключить мирный договор. Парламентеры должны приехать ближе к полудню, и оставшееся в нашем распоряжении время мы провели с бетой и другими приближенными волками в обсуждении стратегии переговоров. Кое-как собрался мыслями, заставив себя погрузиться в работу, не отвлекаясь каждые три минуты на свою волчицу. Дела стаи важнее, чем личные переживания. Хотя…
* * *
Гости появились в строго заявленное время. Три черные тонированные хонды плавно повернули с лесной дороги к усадьбе. Кирилл встречал их на улице. Спокойно, уверенно, с улыбкой на губах. Обменявшись рукопожатиями и стандартными фразами, гости в сопровождении беты направились к дому. Кир развлекал их беседами о местных красотах, делая вид, что ничего важнее этого не существует, а гости делали вид, что прониклись до мозга костей его речами. Он провел их по тенистой аллее мимо ухоженных клумб, мимо загона, в котором на цепи сидела Таня. Правда, она предпочла забиться в угол за сарай, чтобы укрыться от любопытных въедливых взглядов чужаков.
Я делегацию встречал уже в доме. Как радушный хозяин, с распростертыми объятиями. Мы все сделали вид, что безумно рады встрече и прошли в большой рабочий кабинет на первом этаже. С каждой стороны было по десять представителей. Сам Загорский Константин Николаевич – матерый оборотень с ледяным взглядом и сединой на висках. Его бета – смуглый брюнет с бычьей шеей, увешанной золотыми цепями. Следующий по старшинству, гамма – на удивление молодой парень. Улыбчивый, ясноглазый. Но меня этим не проведешь, не за улыбки дают положение в стае. Волки признавали силу, ум, выносливость, сноровку, так что парень не так прост, как хотел казаться. Остальные волки – ниже рангом, и интереса у меня не вызвали…
Переговоры подошли к концу, только когда небо обагрили лучи закатного солнца. Мы добились соглашения по всем важным вопросам, разделили сферы влияния, подписали договор о сотрудничестве. Нервы гудели от напряжения. Все-таки Загорский – старый шельмец, опытный, пронырливый, с ним ухо надо держать востро, иначе вмиг все вывернет в свою пользу.
Виктор – молодой гамма чужого клана, под конец совсем перестал участвовать в обсуждении, лишь смотрел растерянно в окно, погружаясь в свои мысли. Загорский несколько раз сурово глянул на него из-под кустистых бровей, но его взгляды эффекта не имели. Парень мыслями был в другом месте. Нам же проще, потому что вначале он задавал каверзные и неудобные вопросы, и приходилось лавировать, чтобы не сказать лишнего. У меня даже возникло стойкое желание вывести его в коридор и доходчиво объяснить, чтобы не высовывался. Так что его молчание пришлось весьма кстати.
Тогда я не обратил внимания на эти внезапные изменения…
Когда, наконец, были подписаны все бумаги, пожаты руки, гости стали собираться. Из кабинета мы с Константином вышли последними, ведя светскую беседу о машинах, домах и прочих атрибутах власти. Его волки ждали своего альфу в гостиной у выхода, осматриваясь по сторонам со скрытым интересом. Лишь усмехнулся, прекрасно зная, как реагируют на усадьбу люди, впервые попавшие в это место. Наш клан может себе это позволить, а вы смотрите, щелкайте зубами от зависти.
Мои люди тоже паслись неподалеку, прикрываясь дружелюбными улыбками, но каждый из них был готов горло порвать чужакам при возникновении малейшей угрозы с их стороны. Несмотря на то, что все старательно удерживали на лицах дружелюбные маски и старательно играли роли преданных друзей, в воздухе витало напряжение.
Встретился взглядом с Кириллом. Он повел бровью, дескать, гнать их отсюда надо, осточертели. И я был с ним согласен, поэтому громко произнес:
– Я очень рад, что наша долгожданная встреча состоялась, и мы смогли прийти к соглашению по важным для обеих сторон вопросам.
Загорский ухмыльнулся, поняв, что я их выпроваживаю, но противиться не стал – самому явно некомфортно на чужой территории. Еще раз распрощались и направились к двери, которую уже тактично распахнул Кирилл, чуть не приплясывая от желания поскорее избавиться от гостей. Я, проявляя несвойственную для себя вежливость, пропустил вперед чужого вожака, а следом за ним и всех остальных членов его стаи, и когда последний из них переступил порог моего дома, облегченно выдохнул. Пусть проваливают, переговоры окончены! Чужакам на моей территории не место!
Выйдя на крыльцо, первым делом не удержался и посмотрел в сторону Тани. В течение встречи я запрещал себе думать о ней, концентрируясь на деле, но сейчас взгляд сам метнулся в ее сторону. И от
