начинаю краснеть. Кристофер Аш смотрел серьёзно и внимательно, отчего стало стыдно за свои капризы, за бездарность и неуместную глупость.
— Я думала, что хочу помогать людям, как мэтр Эст, — голос у меня совсем сел. — Мечтала о работе в ИКТС. Но я всегда была посредственной ученицей, а теперь я и вовсе не знаю, на что способна.
— Главное, чтобы рядом с вами был хороший учитель, — он дёрнул уголком губ, а его глаза смеялись.
— А вы очень скромны, мэтр Аш.
— Мне говорили.
Если бы мне неделю назад сообщили, что мы будет вот так стоять друг напротив друга, а моё сердце будет стучать сильнее, чем во время пробежки, я бы ни за что не поверила.
— Должен напомнить, что вас ещё ждёт отработка у мадам Отто.
Отчаянно захотелось пнуть его по коленке. Ну, чтобы наверняка, и больно было. Я не удержалась и рассмеялась от этих мыслей, и заработала полный недоумения взгляд. Точно решит, что я чокнутая. В ответ лишь покачала головой, развернулась и пошла в сторону корпуса.
Может в лабораториях старой ведьмы банши найдётся какое нибудь отворотное или антилюбовное зелье? Такое, интересно, вообще существует? Мне бы пригодилось. Иначе каждая встреча с мэтром Ашем, будет настоящим испытанием, в дополнение к тем, которые уже подготовила для меня жизнь.
Глава 15
То утро, как и предыдущие пять до него, после заступления императорской гвардии на пост охраны академии, выдалось богатым на рутину.
В день прибытия гвардейцев, пришлось собрать срочное совещание с преподавателями и штатными сотрудниками. Всем адептам о временном осадном положении сообщили по громкой связи, и настойчиво попросили не покидать стен академии без веской надобности.
Начитавшись газет и информационных лент в сети, коллеги и студенты смотрели на Кристофера с благоговением, недоверием, некоторые даже с опасением. Аш старался не обращать внимания, и избегать возможных расспросов, поэтому большую часть времени проводил в своём кабинете, решая текущие накопившиеся дела, и занимаясь по вечерам с подопечными студентами. Успехи мальчишек пироманов его радовали, а вот достижения Лидии не вызывали ничего кроме досады.
Задача развить её стихию провалилась с треском. Теперь он должен был сделать всё возможное и не возможное, чтобы она выжила во враждебном диком мире, куда им предстоит отправиться очень скоро.
Боги Павшие, Проклятые и Забытые! Ему требовалось намного больше выдержки, чем имелась в его распоряжении. Видеть в её глазах искреннее восхищение, смущение и замешательство, граничащие с безотчётной первой влюблённостью — оказалось превыше его сил.
Лидия занимала мысли Криса с того самого вечера, как он увидел её в парке. Растрёпанную, немного неуклюжую, и раздосадованную из-за проваленного задания. Дерзкую, одновременно растерянную и смущённую посторонним присутствием. В ней не было ничего экстраординарного, но именно эта простота и привлекала. Рядом с Лидией, он вспомнил о том, каково это, когда есть о ком заботиться. Есть, за кем спрятать полную безответственность и безразличие к собственному существованию.
Слишком долго эти чувства спали внутри. Так долго, что феникс и не надеялся, что кому-то удастся их вновь пробудить.
Впервые он пожертвовал жизнью, чтобы разгадать тайный замысел Талбота, когда тот перешёл последнюю черту и похитил кузину Константина Александру. Там, в мире духов, не будучи теургом, и даже не имея представления о некромантских фокусах, Кристоферу пришлось с избытком отдать сил и вторую жизнь, в уплату за сведения, знать которые живым не полагалось. Так они нашли логово бывшего наставника и друга, и успели очень вовремя, не позволив ему завершить страшный ритуал.
Талбота он убил. Не размениваясь на сантименты и долгие разговоры, просто обхватил его голову руками и выжег глаза, а после, под несмолкаемые вопли боли и гнева, насквозь прожог грудную клетку, превращая кости, лёгкие и сердце в окровавленную чёрную золу. Останки уничтожили позднее, в крематории ИКТС.
Спасли Александру и ещё одну девушку, которую ван Мор похитил немногим раньше. Но несчастная скончалась в больнице через несколько дней, так и не приходя в сознание. Княжна же, проведя в плену два не полных дня, изменилась навсегда. Она никогда не говорила о том, что там с ней произошло. С Александрой работали лучшие специалисты: маги, лекарки и знахари со всех уголков Империи (попадались среди них и откровенные шарлатаны), психологи и доктора. Все заявляли, что девушка здорова. Физически она и не пострадала, но дух её был сломлен.
Она не делилась своей болью и с Кристофером, хоть и без памяти любила его. Чувства феникса тоже были взаимны. Он старался делать всё для её благополучия. Они поженились вскоре после того кошмара. Одно время Крису казалось, что она полностью оправилась. Но спустя три года Саша всё чаще стала рассуждать о смерти, и как-то раз заявила, что точно уйдёт из жизни раньше, ведь ей не даровано бессмертие. Ей даже удалось взять с него обещание, что он не станет пытаться вернуть её.
Александра покончила с собой. Вскрыла себе вены. Кристофер нашёл её в ванне, в уже остывшей воде и крови. В чёрном шёлковом платье, застёгнутом на все пуговицы под горло. Разметавшиеся длинные тёмные волосы, белая фарфоровая кожа, отливавшая мертвенно-бледной синевой. Она выглядела, как красивая сломанная кукла, починить которую было в его власти.
Когда Кристофер перенёс остывшее тело в спальню, и уже собирался вернуть её к жизни, нашёл записку на прикроватном столике. В ней Саша говорила, что не сможет жить без него, что не простит этой жертвы, и что никто не помешает ей вновь умереть. Княжна заклинала подарить ей покой, и напоминала об обещании, данном не столь давно. Она искала забвения, обрести которое надеялась лишь в посмертии.
Константин не простил своего лучшего друга. Пенял на его слабость, умолял забыть все обещания и использовать силу. Поддержал тогда только Романов. Кристофер ушёл в работу с головой, а через пару лет отправился в Элсмир, где прочно обосновался до недавнего времени.
Феникс успел сотню раз пожалеть, что поддался на уговоры Эста и вернулся. Ещё
