— Да, корабельные зомби очень впечатляли. Фразы «мёртвая тишина» и «безжизненный космос», прям, заиграли новыми красками. Как бы сказать, расцвели яркими призраками морских обитателей, ползающих по обшивке. Зашевелились нежитью экипажа.
— Не, это же надо так нейридж использовать, — продолжал буянить навигатор.
А княжич вскинул брови. Михаила, оказывается, беспокоил совсем не летучий голландец.
— Не, ты видел?! Хвост! Обычный хвост!
— И чего тебе не нравится? Гибкий шланг с парой синтетических мускулов, — протянул капитан, который наблюдал со стороны и сейчас не был занят физическим трудом, затем выругался: — Режь чище, там утолщение.
— Да блин, Петрович, хвост и нейридж, это как раскладывать пасьянс на топовом игровом компе!
— Откуда ты знаешь, вдруг она его не в разъём нейриджа, а в другое место воткнула?
Княжич хохотнул, представив картинку, особенно на способе управления хвостом, пневматический он или приводится в движение мышцами этого самого места. А навигатор совсем уж нецензурно выругался.
— Успокойся, киборг, мля, боевой. — Капитан и смахнул со скафандра несколько больших капель металла, отлетевших от резака в его сторону. — Ну, нравится ей спускать деньги на ерунду, так это же не твои деньги.
— Да всё равно обидно.
Навигатор уже хотел добавить новые эпитеты, но его перебил искин.
— Я очень извиняюсь. Может, я не вовремя, но рядом с нами вышло из гипера судно без опознавательных сигнатур.
Навигатор поджал губы и сосредоточился на работе. Ему очень не понравилась фраза «без сигнатур».
— Пираты, — проронил он.
— Пираты, — согласился с ним Петрович и тут же стал быстро отдавать распоряжения: — Княже, дай ножницы. Домчи до «Птицы», возьми кабели питания концентратора. Тяни сюда. Времени в обрез. Птиц, что пираты сейчас сделают?!
— Не надо кричать, я и так слышу, — обиженно прошептал искин.
— Птиц! — пришёл в ярость Петрович. — Сейчас не время для дискуссий! Что делают пираты?!
— Пришли в движение. Если принять голландца за точку отсчёта, то пираты на девять часов вокруг продольной оси, и одиннадцать по вертикальной. Огибают нас по кругу.
— Ясно. Княже, не верти головой, ты их всё равно не увидишь. Они наверняка в очень далеко. Птиц, сколько до них? — едва сдерживая эмоции, прорычал Петрович.
— Двадцать километров. Это точно добром не кончится, — проплакал искин. — Уволюсь. Уйду на пенсию.
— Заткнись! — прокричал капитан. — Да! Не кончится! Сейчас точно не кончится! Но без паники! У нас есть время, пока они выйдут в нужную точку!
— А что они хотят? — спросил княжич, уже добравшись до звездолёта.
— Хотят посмотреть, что делаем. «Птица» загораживает им обзор. Поэтому они идут в зенит.
— А где кабели?
— В атмосфернике! Птиц, загермить шлюз на кор! По готовности открыть аппарель! Воздух не жалеть, пусть выходит! Заодно мыши полопаются!
Навигатор вздохнул. Вот уж где теория относительности в действии. Резак плавил и выдувал металл чертовски медленно, а время побежало ну очень быстро. По лбу, словно в душной бане, побежал обильный пот.
Тем часом капитан поманил богиньку пальцем. Та подплыла ближе, и Петрович схватил её руками за голову и посильнее прижал щекой к стеклу гермошлем, чтоб корабельная фея могла его услышать.
— По моей команде делаешь прыжок в сторону Проциона! — громко и почти по слогам отдал приказ капитан, навигатор аж поморщился, так сильно резанул по ушам звук из динамиков. — Нулька, не слышу ответа!
Богинька быстро закивала и почти сразу же исчезла, но на «Синюю птицу» отправилась не в один прыжок, а в два: сперва выскочила из пустоты снаружи, заглянула в иллюминатор кают-компании, и только тогда поднырнула внутрь.
Навигатор коротко проводил богиньку взглядом и облизал пересохшие от волнения губы. Сейчас он завидовал корабельной фее, способной быть и там и сям одновременно. Время замедлилось настолько, что хотелось плакать. Он не успевал. Обшивка — только полдела. А надо ещё подсоединить кабели.
— Пираты сдвинулись на пятнадцать градусов относительно нас. Приблизились на три километра, — отчитался искин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Пили́, не отвлекайся, — прикрикнул капитан и отдал приказ: — Птиц, выведи данные о пиратах на наши шлемы.
— Исполняю.
На стёклах сразу же возникла стрелочка, упёршаяся в край поля зрения. Рядом со стрелочкой — угол в градусах, направление в градусах и дистанция в километрах. Навигатор не стал поворачиваться — некогда. Зато княжич, зажимающий в руках конец силового кабеля, начал крутиться. Оказавшись перпендикулярно Михаилу, вытянул перед собой свободную руку, указывая на далёкую точку.
— Вон они. Двигаются. Нет. Остановились.
Судя по метке, пираты зависли прямо над макушкой Михаила.
— Что они делают? — торопливо спросил княжич, на что Петрович легонько выругался, помянув пиратскую мать, тысячу космических чертей и половую ориентацию разбойников.
— Наблюдают, — наконец-то выдал он что-то приличное.
Навигатор слышал тяжёлое дыхание всей троицы, доносящееся из наушников. Искры летели в разные стороны, некоторые прилипали к скафандру, оставляя тёмные пятна, но Михаил старался не обращать на них внимания. Шанс того, что скаф прогорит, минимален, а вот чужой звездолёт, повисший в двух десятках километров — реально громадная проблема.
— Они подходят ближе, — торопливо известил капитан.
— Вижу. Я дорезал, дай ломик.
Подцепив к поясу плазмотрон, навигатор схватил монтировку и поддел край обшивки. Та на пошла удивление очень легко, и вскоре осталось только отбросить в сторону кусок металла, словно клок шкуры трофейного зверя. На внутренней поверхности показались обрывки проводов и трубок. Как у зверя кровь, в разные стороны хлынула быстро закипающая в вакууме жидкость системы терморегуляции, хотя, казалось бы, должна была давно вытечь. Наверное, локальные аварийные клапаны удерживали всё то время, что мёртвый звездолёт дрейфовал в великой пустоте.
Внутренняя обшивка далась значительно быстрее. Плазма, вырывающаяся из резака, испаряла по линии реза изолятор и пластик вместе с тонкой алюминиевой прослойкой.
— Зависли! Пятнадцать километр! — прокричал капитан.
Навигатор быстро отбросил резак, вцепился руками в острый край.
— Почему мы дверь не режем? — совсем не вовремя спросил Иван.
— Блин, княже! — громко возмутился капитан. — Патамушта! Тебя устроит такой ответ?! Потому что пиратов в расчётах изначально не было!
— Добром точно не кончится, — проканючил молчавший до этого искин.
— Что ты заладил, как попугай?! — закричал Петрович. — Не кончится! Не кончится! Попка — дурак! Попка — дурак! — Передразнил он искусственного пилота. — Заткнись, а то накаркаешь!
Навигатор, который уже отшвырнул второй слой обшивки и сунулся внутрь летучего голландца, застыл в проёме и тихо выругался, помянув нехорошим словом обоих спутников.
— Попали, — произнёс Михаил. Он уже видел большой диск концентратора, расположенные на противоположной стене тесноватого технического отсека. Буквально рукой подать. Даже щиток с клеммами виден.
— Княже, дай провод!
Схватив толстый змеистый кабель, навигатор принялся боком протискиваться в дыру. Внутри быстро огляделся и, не заметив никакой твари, поплыл дальше.
— Не кончится, — уныло повторил искин и добавил: — Кабеля не хватает.
— Ну так подплыви ближе! — заорал навигатор, который и так уже понял, что не дотянется, когда кабель натянулся, и даже уперевшись ногами в края проёма, не получалось протянуть дальше.
— Ближе, твою мать! Я что, Геракл, что ли, чтоб два корабля друг к другу стянуть?
— Теоретически… — начал искин, но его оборвали все трое.
— Заткнись и пододвигай!
Навигатор извернулся и оттолкнулся, удерживая в одной руке конец кабеля, а другой дотянулся до щитка, отщёлкнув крышку, и сразу же выругался, так как от кабеля до разъёма осталось всего полметра:
— Блин! Что так медленно?! Давай живее!
