По лестнице медленно спускалась Анастасия. Ее алое платье ярким пятном светилось в полумраке гостиной. Стройная, гибкая, потрясающе красивая. Я поднялся ей навстречу.
— Хотите что-то выпить?
— Можно какой-нибудь сок.
— А коктейль?
— На сегодня хватит, — отрицательно качнула она головой.
Я налил виноградный сок, протянул высокий бокал Насте. Она взяла его и задумчиво улыбнулась. Как же она хороша!
— Я очень сожалею, что в моем доме на вас напал этот мерзавец.
— Ничего страшного не произошло. Пусть ваш отец скажет, сколько мне надо заплатить за вазу. Просто больше ничего под руку не попалось. Пришлось применить ее.
— Ничего вам платить не надо. Я сам с этим разберусь.
— Спасибо. А то я подозреваю, что эта ваза очень дорогая.
— Не думайте о ней.
— Забыла вам сказать. Я уже просмотрела бумаги по усадьбе и передала их Виталию Викторовичу. Сегодня утром он отзвонился мне. Если все будет делаться согласно проекту, у нас возражений не будет.
— Я рад, — меньше всего сегодня меня интересовала судьба какого-то поместья.
Она опустилась на диван. Я сел рядом.
— Хороший сегодня получился праздник. Макс такой довольный. И Маша тоже, — заметила она.
— Да, хороший, если не считать скандала с Робертом. Впрочем, похоже, моя бывшая теща решила взяться за ум. Надеюсь, она больше не повторит подобных ошибок. Но мне очень жаль, что смог потанцевать с вами всего один раз. Не возражаете, если мы это исправим прямо сейчас?
Она не удивилась. Словно ждала чего-то подобного.
— Я не против, — ее губы тронула легкая улыбка. — И музыка подходящая.
Конечно, подходящая. Я же ее подбирал не просто так.
Я отставил свой бокал, забрал сок у Насти и тоже поставил его на подоконник.
— Что ж, позвольте пригласить вас на танец, — протянул ей руку.
Ее узкие ладони легли мне на плечи. Тонкие пальчики вздрогнули. Девушка была напряжена. Почему? Мне безумно хотелось обнять ее, прижать к себе, зацеловать. Я тихонько притянул девушку ближе, погладил спину. Настя не возражала.
— Замечательное завершение вечера, — шепнул я ей.
— Да, — эхом ответила она.
— Можно вас поцеловать? — почему-то спросил я.
— Разве об этом спрашивают? — тихо рассмеялась она.
Когда-то этот вопрос задал ей я.
— Помнится, кто-то запретил делать это без разрешения, — усмехнулся я и коснулся ее губ. Она ответила робко, неуверенно. В любой момент Ася могла передумать. Я боялся спугнуть девушку.
Она положила руки мне на грудь, улыбнулась:
— Тогда все было по-другому.
— Да, но все поменялось, — я снова поцеловал ее. Теперь она ответила жадно, страстно.
Тихая музыка наполняла комнату. Но мы уже не танцевали. Просто стояли обнявшись и целовались.
— Ты необыкновенная, — прошептал я. — Очень красивая. Очень добрая. И очень нежная. Я таких не встречал.
— Просто искал не там, — рассмеялась Настя. — Похоже, сок действует сильнее, чем коньяк. Голова туманится. Но так приятно.
— Может, дело в чем-то другом? — я коснулся губами ее шеи. Она запрокинула голову и обняла меня. Крепко. Как у дома Фридолина, когда нас едва не завалило обломками крыши.
— В чем? — прошептала она.
— Не знаю…
— И я не знаю… Но мне сейчас хорошо. Просто хорошо, и все. Только не торопи меня, ладно? Я сама не знаю, чего хочу. Завтра мне будет стыдно…
— Почему?
— Потому что повела себя как… оторва, — рассмеялась Настя. — Я не такая, правда.
— Знаю, что не такая, — я снова поцеловал ее. — Ты — удивительная девушка. Откуда у тебя такие словечки?
— От бабушки, — теперь Настя поцеловала меня. Очень нежно.
Ее губы едва коснулись моих. Как крылья бабочки. Снова и снова. Ася такая необыкновенная, удивительная… На ее губах остался привкус винограда. Он пьянил, обещал блаженство, завораживал.
Никогда не получал столько удовольствия от простых поцелуев. Если только в ранней юности.
Мы сели на диван. Я держал девушку за руку. Безумно хотелось подхватить ее на руки, закружить по комнате. Потом подняться в свою спальню. Бросить ее на постель.
Отогнал навязчивые мысли. Сегодня Ася готова к безумствам. А потом? Уже завтра утром она замкнется. А то и вовсе убежит от меня. Нет, я не буду торопить ее, раз она меня попросила.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Давай завтра сходим в клуб, — предложил я. — С детьми посидит Елена Павловна. Я ее уговорю.
— С удовольствием, — кивнула Настя. — Спасибо тебе.
— Пока не за что, — усмехнулся я.
— Что не торопишь меня.
— Я же обещал. Буду ждать, сколько потребуется. Но хочу, чтобы ты знала. Ты мне очень нравишься, — почему я не могу сказать, что влюбился в нее? Уже давно. Даже себе признался в этом только что. Что за странная мужская манера избегать разговоров о любви. Чего мы боимся? Ответственности? Или так страшно потерять мнимую свободу?
— Ты мне тоже нравишься. Только я сама не знаю, чего хочу. Звучит глупо. Но я уже один раз обожглась.
— Я все понимаю, — я-то ведь тоже обжегся. А как было бы хорошо, встреть я тогда не Жанну, а Анастасию.
Но это было невозможно. Мы жили в разных мирах. И на тот момент она была еще подростком. Зачем я так поспешил жениться? Молодой был, неопытный, как глупый щенок. Увидел красивую девушку и потерял голову. Даже не подумал, что под яркой оберткой скрывается пустышка.
Тут нужно винить только себя. Я гнался за красотой, и меня тогда совсем не интересовал характер моей будущей жены. Вот и получил, чего хотел.
— Мужчины странные существа, — признался я. — Так много хочу тебе сказать, а слов найти не могу. Я уже давно…
На лестнице что-то загремело и поскакало по ступенькам. На середину гостиной выкатилась чашка.
Ася вздрогнула и отдернула руку. Наверху стояла сонная Маша.
— Я проснулась и захотела пить. А вода в чашке кончилась… И она у меня вырвалась из рук…
— Все хорошо, Маша, она не разбилась, — я подобрал чашку. — Идем, я сделаю тебе какао. Хочешь?
— Нет, я спать хочу, — зевнула дочь. — Дай мне просто воды.
Она развернулась и пошла к себе. Я мысленно вздохнул. Хорошо, что Маша не проснулась раньше. А то что бы она про нас подумала? Отец целует ее няню. Да еще так страстно!
В такой ситуации я еще не был. Какая может быть личная жизнь, когда в доме маленькие дети? Только в спальне и только при запертых дверях. Об этом забывать нельзя.
Ася виновато посмотрела вслед Маше. Я пошел на кухню за водой, девушка последовала за мной.
— Хорошо, что Маша нас не застала, — виновато произнесла она.
— Мы ничего плохого не делали.
— Все равно было бы неловко.
— Да, — я сполоснул чашку и налил в нее воды.
— Я отнесу, — забрала у меня ее Настя. — Нам тоже пора спать, поздно уже, — она на мгновение замерла. Потом подошла ко мне и поцеловала. — Спокойной ночи, Стас!
Анастасия ушла, а у меня на губах остался привкус ее поцелуя. Такого нежного. И такого горячего.
Глава 35. Анастасия
Стас рассказал детям, что мы с ним поедем отдыхать. Правильно. Чтобы потом вопросов не возникло, где носило их отца и няню до поздней ночи. Куда именно — он уточнять не стал, а дети не стали спрашивать. Маша играла с новой куклой, которую ей купил отец, а Макс разбирался с рыболовными принадлежностями. Им было не до нас.
Воскресным вечером Стас повез меня в клуб. Сказал, что перенес планерку с понедельника на вторник и одобрил себе отгул. Хорошо, когда отпрашиваться с работы надо только у самого себя.
Этот клуб совсем не походил на те клубы, куда я ходила с Ником. С улицы и не догадаешься, что там, за глухим забором из дикого камня. Большое двухэтажное здание располагалось в центре города, но в глубине квартала. Двор небольшой, плотно заставлен дорогущими иномарками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Интересный ландшафтный дизайн с альпийскими горками и можжевельниками всех сортов и размеров. Розовые кусты усыпаны яркими цветами.
Молодой человек расторопно распахнул перед нами высокую стеклянную дверь. Музыка оглушила. Мы прошли через холл и оказались в большом зале. Разноцветные прожектора пронзали тьму.
