поможет мне избавиться от печати?
– Вы должны будете помочь ему провести ритуал для возвращения человеческого облика. Он договорился с Инквизиторами и Рауль поддержал его. Темных магов больше не будут преследовать так строго, как раньше.
Нинелль уселась перед ним, поджав под себя ноги.
– Я предпочту мучиться, но я не могу предать свои убеждения, – пробурчал он, но уже не так уверенно.
– Высшие Инквизиторы вас кинули, Кристоф. Они заявили Ботрелу, что он может делать с вами, все что ему угодно.
Нинелль посмотрела на него выжидающе, но он молчал. Неужели ему недостаточно? Она бы уже давно послала к демонам предателей и перешла на службу к темному колдуну.
– Что с вами? – раздраженно спросила она. – Такое ощущение, что вам не дорога жизнь. Вы не хотите счастья, свободы? Вам нравится бесконечно маяться угрызениями совести, самобичеванием, болью, внутренним разладом?
Она встала на ноги и подошла к нему. Схватив за подбородок, подняла ему голову и заглянула в глаза.
– Разозлитесь же уже!
– Вы не понимаете и никогда не поймете, что значит потерять честь и... себя, – почти выплюнул он.
У Нинелль же уже кончилось терпение.
Она наклонилась к нему и впилась поцелуем в рот.
Она целовала его грубо, терзая и кусая губы, и он ответил.
– Освободи мне руки, – прошептал он ей хрипло.
Нинелль рискнула. Она знала заклятие – подслушала, когда Ботрел заговаривал кандалы. Освободила его и зажмурилась. Что он сделает? Убежит? Или вначале ее прикончит?
Но он остался. И накинулся на нее с жадностью. Ткань платья затрещала под его пальцами, открывая смуглое теплое тело.
Они боролись, катаясь по земле, срывая друг с друга одежду, кусаясь и тут же зализывая раны. Нинелль стремилась оседлать его, но он не давался, подминал ее под себя, раздражал ласками, проникая пальцами, пока окончательно не усмирил.
И только тогда Кристоф, наконец, овладел Нинелль.
Она еще долго лежала, обхватив его тело ногами, успокаивая дыхание. И не могла отпустить. Ей казалось, что он уйдет, с отвращением от нее отвернется. И она сильнее сжимала ноги, но он не противился и убегать не стремился.
– Что вы надумали? – наконец произнесла она.
– Я хочу жить, – ответил Кристоф, улыбнувшись.
Нинелль дотронулась до ямочки у него на щеке. Кажется, он улыбнулся всего второй раз за все время их знакомства.
– Вы меня всю покусали и синяки оставили. Что скажет матушка?
– А вы меня исцарапали, – ответил он. – Я читал, что ведьмы так знают.
– Сожгите уже эти ваши дурацкие книжки! – крикнула ему Нинелль возмущенно.
В ту ночь Ботрел провел ритуал. Подземелья раулева замка прекрасно подошли для этой цели. Там было полно и зеркал, и пыли, и пауков по углам, и много чего другого, что надобно для некромантских обрядов. Он привлек и Нинелль с Клариссой. Ему нужны были лишние силы, а ведьмы оказались весьма мощны. Ботрел даже немного удивился. И надо же – скрывали такие таланты, растрачивая их на придворные дрязги.
В ту ночь Кристоф окончательно перешел на сторону Темных, признал свою сущность и дал клятву верности Ботрелу.
Замок уже спал, когда они наконец поднялись наверх и вышли в парк. Воздух в подземельях оказался слишком уж спертый.
А Ботрел смотрелся красавцем, все таким же черноволосым и с густыми бровями, но живым и теплым на ощупь. Кларисса уже проверила, слегка дотронувшись до его руки. Остальное она опробует позже, подумала Нинелль и усмехнулась.
– Поезжайте со мной в Кохунто, вы оба, – предложил Ботрел. – Кларисса едет со мной.
– Матушка? А как же королевский двор? – спросила Нинелль.
– У нас в Кохунто тоже есть на что посмотреть, поверьте.
Он привлек к себе Клариссу и поцеловал в висок. Странно было видеть матушку такой счастливой и не под влиянием табака.
Нинелль смутилась. А хочет ли Кристоф продолжать с ней знакомство?
– Вам нужно еще многое постигнуть, Нинелль, – продолжил Ботрел. – Исидора тоже поедет с нами и вы сможете начать у нее учиться. Вы ведь мечтали об этом.
Нинелль кивнула. Безусловно. Кохунто. Она сама мечтала об этой стране, но все равно было страшно.
– А вы, Кристоф? Поедете?
– Да, – бывший Инквизитор отвечал уверенно. – Сейчас, без печати, я чувствую себя странно. Ощущаю безмерные силы, но и боюсь их. Вы нужны мне, Ботрел.
– А вы мне, – Ботрел усмехнулся и довольный блеск мелькнул в его темных глазах. – Я договорился с Инквизиторами. Нам ничего не грозит. Более того, мне помогут восстановить Кохунто.
Ботрел снова поцеловал Клариссу в висок и радостно добавил:
– И еще. Сын Рауля, его прямой наследник – Темный. Так что Инквизиторам пришлось пойти на попятный. Любая попытка скрыть ребенка может привести к большому скандалу. Я обещал позаботиться об этом лично. – Ботрел подмигнул. – Так что, держитесь, Кристоф, многим вашим надеждам суждено сбыться. Мы вместе реорганизуем замшелую Инквизицию и введем в нее Темных магов. Вас, кстати, лишили священно сана, но это не помешает вам сделать карьеру.
– Сын Рауля? – воскликнула Нинелль.
– У этого развратника есть сын? – Кларисса подняла брови. – Я так и знала. Возможно даже и не один, а целая армия маленьких раулей по всему королевству!
– Он пока не появился на свет. Но месяцев через девять Лили родит.
– Вот ловкая морковка, – прошипела Кларисса.
Нинелль еле дождалась, когда матушка с Ботрелом уйдут испытывать его новое тело. Ей не терпелось поговорить с Кристофом.
Когда они остались наедине, она взяла его за руку и повела под сень дуба.
– Вы больше не господин Инквизитор, – с грустью произнесла она.
– И не преподобный, – усмехнулся он. – Но это не беда. Мне безумно интересно, что там в Кохунто... Ботрел предоставляет мне огромные возможности, которых не было бы здесь в Амберии.
– Я рада за вас. И за себя. Ведь я наконец-то смогу учиться.
– Вы больше не мечтаете о ребенке от Инквизитора? – насмешливо спросил он.
Нинелль вздрогнула.
– Я была глупой, Кристоф. Но нет, я не хочу ребенка. Не сейчас и не от Инквизитора. Я хочу учиться.
Повисло неловкое молчание и Кристоф, взяв ее тонкую руку, нежно поцеловал ладонь.
– Выходите за меня замуж, Нинелль.
Она рассмеялась.
– Совсем забыла, что имею дело с положительнейшим и честнейшим
