Но потом… Дилвиш был уверен, что всему виной его глаза, наполненные слезами из-за блеска вражеского клинка… все вокруг задрожало и на мгновение пошло волнами. Леденящее ощущение… Он отразил удар, и гримаса появилась на потном лице шамана. В этот миг он ясно увидел своего противника.
Дилвиш снова рискнул.
Еще удар. Пылающая арка ответного удара протянулась к его груди.
Отодвинувшись, Дилвиш взмахнул клинком: по часовой стрелке, по кругу и вверх. Конец пылающего кинжала задел рукав его куртки у правого плеча. Резко повернувшись, воин вогнал конец меча в грудь колдуна. Потеряв равновесие, Дилвиш полетел вперед, навалившись всем телом на клинок. Его меч пронзил шамана. На мгновение он почувствовал прикосновение раскаленного клинка к своему правому бедру.
Потом мир вокруг снова пошел волнами.
Дилвиш подался назад, высвобождая клинок. Цвета — коричневый, зеленый, ярко-красный — размазались. Горящий клинок замерцал, потускнел и исчез. Там, где он упал, осталась лужа грязи. В той стороне, где находился Блэк, звуки схватки тоже стихли.
Дилвиш встал, держа меч наготове. Но больше никто не появлялся.
С края поля, от алтаря, где лежала мертвая жрица, донесся женский, чуть резковатый голос. Дилвиш посмотрел туда и немедленно отвел переполненные слезами глаза. Свет.
— Я слышала гимн в свою честь, Освободитель, — доносились слова, — когда я посмотрела, то увидела, что могу тебе доверять. Древнюю ошибку нельзя исправить, но я давно жаждала отмщения, очищения!
Над собой, словно через покрытое морозным рисунком стекло, Дилвиш увидел многих из тех, с кем он только что сражался. Они покачивались, контуры их тел расплывались, когда Дилвиш пытался получше рассмотреть их. Один из них, как казалось, беззвучно подошел слева…
Голос стал мягче.
— …Ты… ты позаботился об этом месте… если быть краткой… мои благодарности…
Человек был теперь, казалось, совсем рядом. Клинок Дилвиша высоко поднялся, медленно покачиваясь из стороны в сторону. Остальные фигуры превратились в сверкающие пятна, а тот, кто приблизился, неожиданно изменился, когда Дилвиш взмахнул мечом…
* * *
Цветы опали.
Дилвиш вытянул руку вперед и, не найдя опоры, использовал клинок как трость.
Он услышал какой-то звук, потом наступила тишина. Полуденный солнечный свет. Срезанные и растоптанные цветы тут и там. Те, которые покачивались, отвернулись от алтаря.
— Блэк?
— Да.
Дилвиш повернулся. Конь потряс головой.
— Странное видение… — начал он.
— Нет, не видение, — перебил конь, и Дилвиш почувствовал, как заныла его рука. Кровь сочилась из многочисленных мелких ран и порезов.
* * *
Когда Дилвиш верхом возвращался к холмам, Блэк заметил:
— Мне понравилось, как ты дерешься. Интересно, смог бы я изучить колдовство, которое опять сделало бы меня человеком?
— Ты отлично сражался, — сказал Дилвиш, когда они въехали в удлинившиеся тени холмов. — Отлично…
— Теперь можно сказать караванщикам, что путь свободен.
— Да. Ты тоже слышал ее слова?
Блэк некоторое время молчал, потом ответил:
— Цветы не кричат.
У них за спиной туман затянул небо. Заканчивался день.
Дилвиш Проклятый
Миновало три дня, как Дилвиш выехал из Голгринна, где две недели трудился на восстановлении крепостной стены, пострадавшей после неудачной осады города шайкой бандитов. Работа была тяжелой и грязной, но рабочим хорошо платили, так что Дилвиш заработал достаточно денег, чтобы набить кошелек, в особенности после того, как за карточным столом в одной из таверн почти удвоил свой заработок.
Снарядившись в дорогу, солнечным полуднем Дилвиш направлялся через холмистую, поросшую лесом местность на юг, к хребту Каннай. Его путь теперь лежал прямо на хребет, поскольку около месяца назад слепой бард и провидец Ольгрик поведал ему, что там он найдет то, что искал. В старом замке, который звали Бессмертным… Предавшийся раздумьям Дилвиш заметил, как путь ему внезапно преградил вооруженный человек.
— Путник, брось вожжи! — выкрикнул он. — Давай сюда кошелек!
Дилвиш быстро окинул взглядом тропинку. Похоже, что больше нападавших не было.
— Попробуй взять сам! — ответил он и выхватил из ножен меч.
Огромный черный жеребец Дилвиша несся прямо на разбойника, не замедляя поступи. Когда взгляд незнакомца упал на Блэка, он отскочил в сторону, пытаясь задеть мечом проезжавшего Дилвиша.
Воин отбил удар, но сам бить не стал.
— Любитель. Поехали дальше, — сообщил Дилвиш Блэку. — Пусть потратит свою кровь на другого. Мужчина бросил оружие на землю.
— Проклятье! — выкрикнул он. — Почему ты не ударил?
— Блэк, погоди, — скомандовал Дилвиш. Жеребец остановился, и Дилвиш оборотился назад.
— Прошу прощения, ты возбудил мое любопытство, — промолвил он. — Ты хотел, чтобы я ударил тебя?
— Всякий обычный путешественник снес бы мне голову!
Дилвиш качнул головой.
— Похоже, ты нуждаешься в небольшом наставлении о принципах вооруженного грабежа, — заметил Дилвиш. — Смысл в том, чтобы обогатиться за чужой счет, при этом не пострадав. Всякий наносимый ущерб следует относить за счет иной стороны.
— Разве? — спросил грабитель, и в глазах его заблистали хитрые искорки. Наклонившись, он подхватил оружие и устремился навстречу воину.
Дилвиш ждал, не вынимая меча из ножен. Когда разбойник нанес удар, воин с силой отвел удар в сторону. Меч вылетел из рук нападавшего и упал в нескольких шагах от тропинки.
Спрыгнув с коня, Дилвиш быстро подбежал к мечу и наступил на него раньше, чем разбойник сумел дотянуться.
— Ты снова так сделал! Проклятье! Ты снова так сделал! — Он едва не плакал. — Почему ты не ударил в ответ?
Бросившись вперед, незнакомец попытался напороться на меч.
Дилвиш убрал клинок в сторону и схватил грабителя за плечо. В его руках оказался невысокого роста мужчина с черной бородкой клинышком и темными глазами. В ухе поблескивала серебряная серьга. Вблизи разбойник казался куда старше, чем с первого взгляда, а под его глазами виднелись морщины.
— Если тебе нужно несколько монет или немного хлеба, — заметил Дилвиш, — я дам их тебе. Мне не нравится видеть такое отчаяние по такому нелепому поводу.
— Меня это не интересует! — крикнул разбойник, пытаясь вырваться, так что Дилвишу пришлось усилить хватку.
— Тогда какого черта тебе нужно?
— Я хочу, чтобы ты убил меня! Дилвиш вздохнул:
— Извини, но я не могу взять это на себя. Я не убиваю людей без разбора, и мне не нравится, когда это навязывают силой.
