Сам же процесс конъюгации, или спаривания у инфузорий, происходит не хаотично, а в соответствии с определенными правилами. Так, в качестве половых партнеров они выбирают лишь тех особей своего вида, которые относятся к своей разновидности, или, как говорят зоологи, «вариетету».
Кроме того, инфузории имеют так называемые «типы спаривания», число которых у разных видов в пределах вариетета может колебаться от 2 до 15. В соответствии с «правилами» участвовать в «половом акте» могут лишь те особи, которые относятся к разным типам спаривания.
Случается, что, например, инфузория «А», не нашедшая для спаривания соответствующего типа, пытается даже конъюгировать с мертвой особью любого другого типа, но полностью игнорирует в качестве полового партнера индивидуума «А».
В ходе наблюдений за этими крохотными существами было установлено, что при выборе партнера инфузория пользуется особым химическим чувством. Так, когда в капле жидкости одновременно находились инфузории нескольких типов спаривания, то в первый момент все они, ринувшись навстречу друг другу, вскоре сбивались в плотный комок. Однако спустя некоторое время из этой густой массы начинали выплывать конъюгирующие парочки.
Таким образом, можно предположить, что у некоторых видов инфузорий имеется. 15 разных полов. Впрочем, на этот счет у специалистов мнения не совпадают.
Не менее любопытным примером самых странных сексуальных отношений можно назвать жизненный цикл паразитического простейшего трихонимфы, каплевидное тело которого покрыто бахромой длинных жгутиков, часть которых на заостренном переднем конце топорщится наподобие пышных усов.
Так вот, эта трихонимфа в огромном количестве населяет кишечник древесных тараканов криптоцеркус и занимается тем, что переводит в усваиваемое состояние клетчатку, составляющую основу древесины, которой питаются тараканы.
Обычно это простейшее размножается простым делением. Однако в тот период, когда у таракана, приютившего этих миниатюрных созданий, начинается линька, все трихонимфы в одно время замирают, «одеваются» в плотные оболочки-цисты, внутри которых и делятся.
В ходе этого процесса внутри цист появляются две особи, различающиеся между собой как по размерам, так и по цвету. И когда после линьки таракана цисты лопаются, становится хорошо заметно, что эти две клетки представляют собой женскую и мужскую гаметы.
Оказавшись внутри тараканьего кишечника, более мелкие и темные гаметы начинают атаковать более крупных, которые к тому же еще и более светлого тона. И когда преследователю удается настигнуть женскую гамету-трихонимфу, он тотчас начинает буравить своим острым «носиком» ее овальную заднюю часть. И «трудится» он до тех пор, пока в конце концов целиком не заберется в тело своего партнера.
Оказавшись в нужном месте, клеточная оболочка мужской особи-гаметы растворяется, ее ядро направляется к ядру женской гаметы, где и объединяется с ним в одно целое. То есть происходит процесс, похожий на тот, который наблюдается в половых путях самок млекопитающих, когда сперматозоид оплодотворяет яйцеклетку.
Но среди инфузорий известны не только свободноплавающие в воде виды, но и такие, которые ведут неподвижный образ жизни, поскольку у них отсутствуют реснички. Называются эти простейшие сукториями, или сосущими инфузориями. Одни из этих организмов сидят на субстрате на более или менее длинных стебельках, у других стебельки и вовсе отсутствуют, а у третьих тело ветвится, словно стебель растения.
Питаются эти инфузории тоже весьма оригинально. Они имеют особые щупальцевидные придатки, с помощью которых животное сначала ловит добычу, а затем высасывает ее внутренности.
Но самым удивительным у этих микроскопических организмов является их размножение. У некоторых видов наблюдается очень своеобразный способ «внутреннего почкования». При этом способе внутри материнского тела образуется полость, в которой формируется почка-бродяжка. Наружу она выходит через специальное отверстие, сквозь которое «протискивается» с немалым трудом.
В продолжение разговора об интимной стороне жизни простейших хочется обратить внимание на один любопытный факт, связанный с размножением амеб. Оказывается, что если амебы не в силах сами справиться с размножением, то призывают на помощь «акушерку».
Так вот, когда амеба приступает к размножению, которое осуществляется простым делением, она первым делом удваивает свои носители наследственной информации, то есть хромосомы, и формирует второе ядро. И только после этого она, можно сказать, по-настоящему приступает к размножению: посередине амебной клетки образуется перетяжка, которая постепенно делит ее на две дочерние клетки.
С каждым мгновением эта нить, словно пуповиной соединяющая два организма, становится все тоньше, пока ее в конце концов не разрывают две новорожденные амебы, ползущие в разные стороны. Когда эта связка лопается, простейшие обретают право на самостоятельную жизнь.
Однако иногда у амебы появляются проблемы. Ее дочерние клетки, как ни упираются, а самостоятельно разорвать связку не могут. И порой, не выдержав столь напряженной работы, опять сливаются в одну клетку с двумя ядрами.
Вот в этот тяжелый для простейших момент им на помощь приходит еще одна амеба, которая внедряется между делящимися клетками и давит на связку до тех пор, пока та не разорвется.
Но как посторонняя амеба узнает о том, что у товарки возникли проблемы с родами? Ученые предполагают, что во время деления амебы выделяют особое химическое вещество, на которое и реагирует «амеба-акушерка». А, скорее всего, это комплекс веществ, включающий фрагменты белков, липидов и сахаров.
И действительно, когда исследователи микропипеткой отсасывали немного воды рядом с мучающимися в «родах» амебами и капали эту воду туда, где спокойно ползали их родственники, то те начинали сползаться к «роженицам».
Более того, достаточно было только перенести кончик пипетки с этой водой немного в сторону, и, откликаясь на сигнал о «помощи», «амебы-акушерки» ползли к. пипетке.
У червей
Но если у инфузорий процесс «спаривания» проходит мирно, то совсем иначе обстоят дела у одного из видов многощетинковых кольчецов. Впрочем, для строгой объективности следует заметить, что настоящего спаривания у них не происходит. В ходе «любовных игрищ» самец откладывает сперму прямо самке в рот, после чего тут же, не медля ни секунды, разрывает ее на части. Благодаря столь агрессивным действиям «жениха» сперматозоиды и оплодотворяют яйца, которые вываливаются из обрывков тела.
Своеобразную экзотику в процессе спаривания демонстрирует и 5-сантиметровая планария-гермафродит Pseudoceros bifurcus, населяющая Большой Барьерный риф. У этого червя имеется мужской совокупительный орган, расположенный на брюшной стороне тела. Когда происходит спаривание, этот орган выпячивается наружу и, подобно стреле, вонзается в тело партнера, выделяя сперму прямо ему под кожу. А дальше сперматозоиды, протискиваясь между клетками различных тканей, уже сами находят нужное им место.
Спаривание дождевых червей
Кстати, во время спаривания планарий Pseudoceros bifurcus наблюдаются довольно любопытные сцены: черви в буквальном смысле слова встают на дыбы, «лицом к лицу», и стремятся «осеменить» друг друга. Но, как ни странно, взаимности в этом деле у них почему-то нет. Вместо того чтобы руководствоваться, казалось бы, вполне логичным для этой ситуации принципом - «ты мне свой материал, а я тебе - свой», они, как установили зоологи, применяют другой девиз: «уколоть противника, но избежать укола самому».
И сражаются планарии в этой позе в среднем около 20 минут, но, в виде исключения, иногда - и целый час. При этом каждая «схватка» состоит примерно из семи раундов. Но в ходе этой дуэли черви наносят друг другу один, в редких случаях - два укола.
Впрочем, сексуальные турниры не всегда имеют место. Дело в том, что если на дыбы встает лишь один червь из дуэта, то спаривания обычно не происходит: планария, не пожелавшая участвовать в схватке, мирно уползает, оставив соперника наедине с надеждами на более продуктивную встречу.
Однако если оба соперника готовы сразиться и вступают в схватку, то в 75 % случаев успешно переносит сперму лишь тот, кто «уколол» противника первым, причем он же выделяет почти вдвое больше спермы, чем его сексуальный партнер.
К тому же более успешный червь увеличивает свои шансы перенести сперму на спину партнера, то есть ближе к тому месту, где находятся яичники. А вот менее расторопный червь, если и внедрит сперматозоиды, то, вероятнее всего, сделает это в области брюшка. А это значит, что с этого места им придется продвигаться к яичникам среди многочисленных разветвлений кишечника, что может привести к тому, что сперма попадет совсем не в то место, куда требуется, и станет для партнера порцией неплохого обеда.
