— Я чую кровь. Мы можем подождать до завтра.
— Нет, — покачал головой я. — Уверяю тебя, я в полном порядке. А это было так — легкая разминка.
— Как хочешь, — пожал плечами эльф.
Он повернулся к своей лошади, и стал стягивать рубашку. То же самое проделал и я, разве что верхнюю одежду скинул на телегу. Потом я стянул сапоги, запихнул в них портянки, и кинул ту да же. Оставшись лишь в штанах, я снял перевязь и ножны, потом вытащил сабли и развернулся. Эльф так же стоял лишь в штанах а в руках держал сабли.
— Разминка говоришь? — изогнул бровь Сай, указывая на повязку у меня на животе.
— Да на мне как на собаке!
С этими словами я сдернул бинт, обнажая уже зарубцевавшийся порез.
— С большой долей вероятности, ты погибнешь, — продолжил маг хаоса. — Есть предсмертное желание?
— Есть конечно же, — улыбнулся я. — Но вряд ли ты согласишься спариваться с ишаком. А сам как?
— Думаю, идея запихнуть себе в известное место выводок червей, не покажется тебе лестной.
— Даже не сомневайся в этом.
Мы смерили друг друга азартными взглядами и подняли оружие.
— Без магии, — твердо произнес темный эльф.
— Без магии, — кивнул я.
И время замедлило свой бег. Как и когда-то давно, когда мы так же стояли на песчаной арене, и вокруг нас улюлюкала столпа студентов, так же и сейчас для нас обоих мир был сосредоточен на кончиках клинков. Сабли Кнелли не были похожи на мои. Они были длинными и тонкими, и по ним я быстро определили стиль боя своего противника. Выпускник третьего курса боевого факультета, предпочитал затяжное фехтование, а следовательно мне не следует увлекаться партером и стоит почаще разрывать дистанцию. В это же время остроухий внимательно осматривал мое оружие, и скорее всего пришел к каким-то своим выводам.
Вскоре мы уже замерли в привычных для себя стойках. Я — отведя за спину одну саблю и выставив вперед другую. Эльф — скрестив клинки перед собой и наклонив их к самой земле. В этот раз никто не кружил подобно волкам и не бегал по кругу. Мы стояли на месте и смотрели друг другу в глаза. Там, где-то в другой реальности, неосязаемый и несуществующей, уже разгорелось пламя нашей схватки. Мы видели тысячи картинок. В одних я погибал с рассеченным брюхом, в других эльф с разбитой гортанью, в третьих мне доводилось отправляться на перерождение с отрубленными ногами, и в четвертых Сай представал перед своими богами по частям. Но вскоре каждый из нас нашел для себя приемлемый план и мы вынырнули обратно в реальность.
Заметно возросло напряжение, казалось воздух загустел и стал вязким как подтаявшее жиле. Наши мышцы напряглись в предвкушении скорой атаки, руки выглядели обманчиво расслабленными, а плечи вальяжно опущенными. Но все наше естество кричали о полной сосредоточенности на предстоящей схватке. Мы сорвались с места одновременно, окружающий пейзаж слился в зелено-голубую полоску, а потом раздался металлический звон.
Наши выпады были стремительны и сильны, и все же каждый просчитал атаку другого, и сталь встретила лишь сталь. Отскочив, мы замерли. Каждый тяжело дышал, а по лбу катился пот. Я не уверен что девушка сидящая на козлах и следователь, успели различить хоть что-то кроме двух вспышек. Эта скорость была не для них, да и вообще мало для кого. Прокрутив сабли, разминая запястья, я сосредоточился на следующем приеме.
Мы снова замерли, а потом каждый чуть присел, битва продолжалась. Из под босых ног выстрелила земля, и я направил свой обманный выпад в ногу противника. Но еще лишь только засвистела сабля эльфа, как я извернувшись, обрушился всем весом на его левое предплечье. Сай сделал шаг влево, и попытался наотмашь рубануть меня, я был вынужден разорвать дистанция. Но вновь замирать никто из нас не собирался, мы понеслись в атаку.
— Вуаааааа! — каждый замер, заслышав этот грудной, трубный звук.
Мое сердце забилось так быстро, что казалось еще один темп и оно разорвет грудину и устремиться ввысь. Не сговариваясь, мы встали с эльфом плечом к плечу и повернулись на север. Там, на холме, как на зеленой волне, стояло нечто. Это нечто напоминало собой зубра. Оно было больше чем полтора метра в холке, с мощного тела, покрытого бугрящимися мышцами, толстыми прядями свисала серая шерсть. Вот только вместо копыт, у него были хищные, как у коршуна, когти. В пасти виднелись острые, черные зубы. Рога же были увенчаны как будто длинными пилками, как у рыбы-меч. Но все это было не так страшно, как двухметровый, толстый хвост скорпиона у него за спиной. Древняя химера — Каргамонт. Та тварь, для которой меня и Мию собирались использовать как приманку, сама нашла нас.
— Кажется на нашей вечеринке пополнение, — я инстинктивно сделал шаг назад.
Эта тварь, весом в полторы тонны внушала ничего кроме страха, древнего ужаса человека перед сильнейшими хищниками. В голове билось лишь одно желание — убежать, скрыться в темноте и замереть. И от того по телу разливалось сладостное предвкушение, предвкушение страшной битвы. Не с вооруженным противником, а с исчадием более опасным, чем все с кем я когда либо сражался.
— Закончим позже, — хмыкнул эльф и рванул вперед.
Я лишь сплюнул и побежал следом. Через мгновение мы поравнялись, но химера не собиралась ждать. Она, дико взревев, устремилась в нашу сторону. Её хвост извивался подобно потревоженной гадюке, а темные маслянистые глаза сверкали как проклятые звезды бездны. И в момент когда мы оказались на расстоянии удара её жала, мы с эльфом ринулись в разные стороны, и химере пришлось выбирать. Она выбрала меня. Как молотом её хвост ударил по скрещенным мною саблям. Задрожала земля, зашипели мускулы и затрещали кости. Я, не в силах выдержать давления, опустился на колено. А хвост уже поднялся вверх, что бы отодвинувшись назад, нанизать меня на жало, как свежее мясо на острый шампур. Я откатился в сторону, и с наслаждением почувствовал как в воздухе разливается чуть пряный аромат свежее пролитой крови.
Кнелли не упустил возможности и со всей, нечеловеческой, силы рубанул по правому боку твари. Каргамонт взревел и развернулся, чтобы покарать обидчика. Хвост его устремился арбалетным болтом, и Саю пришлось уйти в перекат, что бы его не задело отравленным жалом. В эту же секунду я, вскочив на ноги, ринулся на зверя. Занеся левую саблю вверх, я обрушил её на плоть химеры, и лишь тогда понял почему тварь не пала после первого удара. Было такое ощущение, что я железом пытаюсь пробить каменную кладку крепостной стены. Мгновением позже я уже отпрыгивал в сторону, пропуская в миллиметре от головы опасное оружие противника. И все же оно было не единственным. Исчадие Диких земель взревело и кинулось на темного. Тот не успел увернуться, и теперь на его груди красовался длинный порез от острейших рогов. Тварь уже занесла свою когтистую лапу, чтобы оставить новую отметину, как я с оттяжкой пнул лежащий рядом камень. Тот полетел, будто выпущенный из пращи, по моей ступне потекла струйка крови, точно так же как и по черепушке твари. Она вновь взревела и теперь уже бросилась на меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
