Читаем без скачивания На графских развалинах - Вячеслав Жуков

Тот упал, растянувшись рядом с человеком, на котором он только что сидел. Грек наклонился, вглядываясь в разбитую физиономию, и тут же Ваняшин услышал его восторженное:

– Леша, глянь-ка.

Поречных уже понял, кто перед ним и потому смотрел в усатую физиономию Грека неприязненно.

– Ты не рад встрече? – с улыбкой спросил Грек у него. – А где спасибо? Ведь мы тебе только что жизнь спасли.

Поречных не ответил, глянул на рыжего, который рукой пытался зажать рану, чтобы не текла кровь.

На лестнице послышались торопливые шаги. На всякий случай Ваняшин подступил к двери, держа пистолет наизготовку, но увидел спешащего Федора Туманова в милицейской форме.

– Кажется, я немного опоздал, – сказал подполковник входя.

– Ну если только лишь самую малость, – без обид ответил Грек. – А мы тут с Лехой немного повоевали, – кивнул он на сидящих на полу Поречных и рыжего.

– Да уж вижу.

Первым, кого Туманов удостоил своим взглядом был майор Поречных.

– Какие люди?.. – вложив в голос иронию, произнес Федор.

– И без намордника, – насупившись, добавил Грек.

Поречных недобро зыркнул на Грека, но ничего не произнес. Зато рыжий захныкал, умоляя поскорее вызвать «скорую помощь».

– В квартире еще кто есть? – спросил Туманов.

– Я, – послышался из-за двери испуганный женский голос.

– А ну, выходи, – строго проговорил Грек, толкнув дверь.

Она открылась и оперативники увидели перепуганную женщину. Видя, что она никакой опасности не представляет, Туманов разрешил ей остаться в комнате.

– Побудьте пока здесь. Посидите на диване, – сказал он ей и тут же велел Греку отвести майора Поречных в кухню, предварительно обыскав. – А мы пока тут побеседуем с… – посмотрел он на приунывшего рыжего, который теперь выглядел безобидным парнем, если не считать, что пара минут назад в своей руке он держал солидную игрушку, пистолет «ТТ» с глушаком. – Как звать-то тебя, стрелок? – спросил Туманов.

– Олег. Олег меня звать. Прошу вас, вызовите «скорую», – взмолился рыжий.

Туманов присел рядом на корточки.

– Это мы мигом организуем. Ты даже и не сомневайся, – заверил подполковник, тут же предупредив: – Но только после откровенного разговора. Так что пока твой разум не омрачился, давай, колись, – предложил Туманов. – Для чего ты сюда пришел?

– Я… не могу, – заупрямился рыжий, как ребенок, которого заставляют делать совсем не то, что бы ему хотелось.

– Зря ты так, – как задушевный друг посоветовал Туманов. – Я ведь могу выйти в кухню и подождать, пока ты тут отойдешь в мир иной. Ты стрелял в майора милиции. Кто меня после этого упрекнет в бездействии. Так что лучше очисти свою душу.

– Хорошо, – согласился парень, но не упустил спросить: – Но вы мне обещаете вызвать «скорую»?

– Как это у вас бандитов говорят, без базара. Сразу вызову. Даже и не сомневайся.

– Михалыч мне назвал адрес. Велел положить здесь мужика и его бабу, – кивнул рыжий на дверь, за которой в комнате находилась жена майора Поречных. Ваняшин остался с ней в комнате, приглядывать за ней.

– Ну это другое дело, – одобрил Федор душевный порыв рыжего. – Видишь, какой у нас с тобой хороший разговор получается. А сейчас ты мне быстренько называешь адрес, где нам достать этого злодея Михалыча и можешь считать, что ты уже в больнице.

Рыжий покачал головой.

На лице Федора появилось сожаление.

– Не разочаровывай меня, малыш.

– Я не знаю его адреса. Он мне звонит в исключительных случаях…

– Когда кого-то надо убрать? – догадался Туманов.

– Да, – сказал парень и вдруг повалился на бок.

– Только этого и не хватало. Как некстати, – Федор подскочил к рыжему, потрогал на шее пульс.

Парень был еще жив, просто потерял сознание.

Глава 17

– Милости прошу, – заулыбался Федор Туманов, произнеся это так, словно собирался пригласить Поречных на чарочку.

Павел Захарович Поречных в сопровождение старшего лейтенанта Ваняшина вошел в кабинет. Только тут в кабинете, Ваняшин снял с бывшего майора наручники. Сам Поречных наблюдал за этим безучастным взглядом. Выглядел он унылым. Видно ночь проведенная в одиночной камере подействовала на него угнетающе.

– Ну как вы? – издевательски спросил Туманов, не забыв предупредить, что скоро Поречных переведут в общую камеру и там житье для него будет совсем другое.

– Я готов, – глухим голосом произнес Поречных, не глядя ни на кого.

Грек сидел на стуле у окна, положив нога на ногу, покачивал ботинком как бы ненароком тыкая мыском Поречных по голени.

– К чему ты готов? – спросил он.

– К даче показаний. Но хочу сказать сразу, особенного интереса они у вас не вызовут, – сказал Поречных.

Грек на это хмыкнул. А Федор Туманов сказал:

– Вот как.

Поречных кивнул.

– Как не печально констатировать, но именно так.

– Павел Захарович, вы не забывайте, – предостерег Туманов бывшего майора от заблуждений. – Тот рыжий юноша с пылающим взором намеревался вас убить.

– Это его Заславский послал…

– Заславский? – спросил Федор Туманов, пытаясь вспомнить, что где-то уже эту фамилию слыхал.

По-видимому, и Грек принялся старательно ломать голову воспоминаниями, сморщился, но так и не вспомнив, уставился на Ваняшина, говоря:

– Что-то знакомое, правда, Леша?

– Вроде ж это тот мужик, к которому Николаич заходил, когда убили девушку, – молодой Ваняшин оказался проворней своих товарищей.

– Мать твою. Точно, – хлопнул Грек себя по лбу. А Федор Туманов довольно сдержанно протянул:

– Это уже интересно. Дмитрий Михайлович Заславский. Значит, вы знакомы?

Поречных оскалился в неприятной улыбке.

– Давно. Вместе когда-то ментовскую школу оканчивали. А потом наши пути дорожки разошлись. – Бывший майор вздохнул. – Чего уж теперь скрывать. Все равно когда-нибудь это раскроется. Да и надоело держать в себе.

– Ну и поделитесь наболевшим, – по-дружески, посоветовал Туманов, хотя судя по всему Поречных в его совете не очень-то нуждался. По его лицу и так было видно, что человек за эту ночь о многом передумал и сам готов к откровенности.

– А чего тут, – произнес Поречных грустно. – Дело давнее, а помню как вчера. Ведь иногда мы совершаем поступки, о которых забыть всю жизнь невозможно. И расплачиваемся потом за них всю свою жизнь, – сказал он трогательно.

Грека потянуло на сентиментальность. Он вспомнил, как ровно месяц назад ему в метро какой-то мужик нечаянно наступил на ботинок. Ботинки были новые. Грек только надел их, отправляясь со своей гражданской супругой Анюткой в театр. Так он тому мужику чуть морду не набил. Теперь почему-то об этом вспомнил и устыдился. Ведь тот мужик нечаянно оступился на эскалаторе, а такое с каждым может быть, и Грек сказал:

– Грубеют наши души.

Все, включая Поречных, посмотрели на него. А Федор Туманов незаметно для отставного майора погрозил ему пальцем, чтобы Грек не раскрывал без надобности рот, после чего, ласково, как если бы уговаривал девственницу совершить с ним греховный поступок, сказал майору Поречных:

– Продолжайте, Павел Захарович. Мы вас внимательно слушаем.

Поречных вздохнул, причем сделал это так, словно на него навалили целый воз, который ему предстояло тянуть в гору.

– О чем это я? – посмотрел он на Туманова, словно это подполковник тут изливал ему свою душу.

– О поступке, – напомнил Федор.

– Ах да, – вернулся мыслями бывший майор к тому, что хотел рассказать. – Зона у нас разделена. На одной половине женщины, на другой – мужики сидят. Так вот прислали к нам как-то одного мужика, осужденного на десять лет…

– Ого, – не смог сдержаться Грек.

Федор Туманов посмотрел на приятеля осуждающе, слегка покачав головой. А Поречных тут же принялся разъяснять насчет такого большого срока.

– Он попал за хищение золота. Шофером работал. Возил директора Новокасимовского завода…

– Это где золото плавят? – решил уточнить Грек, вспомнив, что уже читал об этом заводе в газете. Дело было громкое, а статья называлась «Золотая лихорадка по российски».

– Лихорадка, или еще как, я не читал, – вернулся Поречных к начатому. – Только мужика этого обвинили в особо крупном хищение. Якобы он вместе со своим шефом, то бишь с директором прокручивал дела. Директора взять не успели. Застрелился он…

– А при чем тут Заславский? – спросил Федор, догадываясь, что этот человек сыграл роковую роль не только в судьбе Поречных.

– Как же? – поднял на подполковника Туманова бывший майор свои глаза. – Он ведь старший следователь по особо важным делам. Он и вел это громкое дело…

Глава 18

Старший следователь по особо важным делам Дмитрий Михайлович Заславский выглядел вполне довольным. Можно было как говорится потирать руки и докладывать наверх об успешном завершение дела.

Ровно четыре месяца возглавляемая им бригада следователей из Москвы работала в Новокасимовске, распутывая сложное уголовное дело о крупномасштабном хищение золота с местного предприятия. За это время на скамью подсудимых попали шестнадцать человек: от рядового рабочего до администраторов высокого ранга. Были среди осужденных и представители местного криминала. Механизм воровства был отработан до мелочей и роли в этом сообществе были четко распределены. Как удалось выяснить, мастера смен по указке с выше добавляли в плавку золота медь. И все бы ничего, если бы речь шла о килограммах, но когда количество исчисляется в тоннах. Так или иначе, но в конце каждой смены в цехе оставалось неучтенное золото.