в прохладу улиц Парижа. У меня собственный частный кабинет почти в самом центре Парижа и довольно большая практика. Я набираю популярность, как талантливый специалист и получаю огромное удовольствие от того, чем занимаюсь.
Почти сразу после свадьбы Моро купил новый особняк, и я, захватив Жасмин, перебралась к мужу. Каким-то чудом мне удалось примириться с родителями Виктора. Наверное, сыграло роль ещё и то, что я сирота… Я могла ожидать от них холодного принятия ситуации, но свекровь звонит мне почти каждый день, и мы обсуждаем разные мелочи.
Особняк Патрика и папина квартира так и стоят пустыми. Я никак не могу решиться продать ни то, ни другое. Память… не могу от неё отказаться.
Моро помог мне закрыть ещё один вопрос. Он пробил информацию по Мадлен. Оказалось, её тело семья забирать не стала, но захоронение оплатила. Она покоилась на кладбище Баньё. Мы съездили на её могилу. Одинокий крохотный, совсем незаметный камушек наводил непередаваемую тоску. Я заказала ей красивую могильную плиту и надгробный камень с красивым шрифтом. Сейчас каждый может прочитать имя моей подруги и помянуть красивую девушку Мадлен, которая ушла такой молодой… Каждый год мы с мужем приезжаем сюда в день её смерти. Быть может, где-то там, высоко-высоко в небе, в этот день ей не так тоскливо.
— Мадам, что вам заказать на обед? — секретарь вежливо вошла в кабинет.
Мне подумалось о большом куске пиццы, но тут же накатила тошнота. Да, что ты будешь делать?
— Спасибо, Жюли. Ничего не надо. Я схожу попью кофе.
Секретарь согласно кивает и закрывает за собой дверь. Та-ак, что это за тошнота такая подозрительная? Мы с Моро не предохраняемся после свадьбы. Но ребёнок не торопится к нам. Всё-таки одна труба сильно снизила наши шансы стать родителями. Плюс — муж не самый молодой. Моро уже намекнул на ЭКО, но меня передёргивает от одной мысли об этом. А здесь эта тошнота. Она накатывает периодически. Но это что-то не очень нормальное.
Открываю приложение в телефоне и боюсь поверить своим глазам. Неделя задержки. Всего неделя… Моя рука ползёт вниз живота, а губы расползаются в улыбке. Нет, не смогу дождаться конца рабочего дня, а тем более утра. Бегу в аптеку и покупаю парочку тестов.
У меня дрожат руки, пока жду результат. Полоска… вторая… Есть! Да есть же! От избытка затопившего меня счастья я подпрыгиваю и тут же хватаюсь за живот. Нет, ничего страшного не произошло. Но я вспоминаю, что прыгать во время беременности не очень полезно. Беременности! Я! Беременная!
Оставшаяся последняя пара пациентов смотрит на меня с подозрением. Наверное, я просто свечусь счастьем.
Дома я не могу дождаться, пока появится муж. Старательно прячу глаза, когда мы ужинаем. Только Жасмин посматривает на меня с подозрением.
Стоит нам с Моро оказаться в спальне, я толкаю его на кровать, заставляя сесть.
— Воу, милая, ты сегодня расшалилась…
Я цепляюсь за плечи и забираюсь к нему на колени, как тогда, в наш самый первый раз. Тёплые ладони тут же ложатся на мои ягодицы.
— Шалунья…
Я закрываю ему рот поцелуем, а потом кладу ладонь на глаза.
— Закрой глаза! Тебе понравится…
Чуть надавив на плечо, заставляю мужа лечь на спину, и в самое ухо, боясь спугнуть счастье, чуть слышно:
— Я беременна…
Эпилог 1
Восемь месяцев спустя
— Агата, дыши!
— Отвали от меня! — отбиваюсь от настойчивых рук мужа. Очередная схватка заставляет меня застонать и схватиться за каменный живот. Что ж так больно-то! Мамочки…
— Мадам, давайте эпидуральную анестезию… — снова ласково предлагает доктор.
— Вы тоже! — тыкаю в неё пальцем. — Отвалите! Понятно?!
Я, как перпетуум-мобиле, бегаю вокруг родильного стола. Вот легче мне так. Дьявол! Восьмой час после первой схватки. Сколько ещё-то?
— Моро! — рявкаю, когда могу вдохнуть.
— Да, милая?! — тут же рядом появляется муж.
Хватаю его за грудки и притягиваю к себе.
— В следующий раз ты идёшь рожать! Понял?!
— Без проблем, мон шер. Договорились!
Отталкиваю его и продолжаю свой забег. Вдруг ощущаю, всё… Схваток нет. Меня быстренько укладывают на стол.
— Сейчас, мадам Моро, аккуратненько тужимся…
Чего? Аккуратненько? Моро становится за моей головой. Протягивает над моими плечами руки. Цепляюсь за них.
— По-оехали, мадам… аккуратненько…
Наш сын был очень недоволен и заявил об этом очень громко. Маленькое голое тельце укладывают мне на живот. Тут же к нему тянется мужская ладонь и ложится на мокрую головёнку. Для нас обоих — это как дотронуться к чуду.
Проходит совсем немного времени, и Моро уже с одетым в крохотные ползунки сыном на руках, улыбаясь, как блаженный, ходит по палате.
— Агата…
— М?.. — я так устала, что мне даже языком ворочать не хочется. Только улыбаться, глядя на мужа с сыном на руках и благодарить про себя одного талантливого молодого хирурга, подарившего мне это счастье — стать мамой. Будь счастлив, Глеб Игоревич Грач!
— Он так на меня похож… Спасибо! Люблю тебя… — Виктор Луи наклоняется и касается моих губ.
Наши нежности прерывает открывшаяся дверь. С огромным букетом руках в палату входят родители Моро. Господи, что тут началось…
*****
Ещё два года спустя
— Милая, давай за дочкой сходим? — Моро зацеловывает меня, нагло ёрзая пахом между моих, широко раскинутых ног.
— Ты обещал, что в следующий раз — ты. — закидываю руки за шею мужа.
— М-ммм, боюсь, я не так тонко устроен… — Моро медленно входит в меня. — Мы с Николя решили, что нам нужна сестричка. Ну, заешь, все эти платьишки, заколочки, косички… очень хочется…
Моро подал бёдра назад и снова медленно пошёл вперёд, рвано выдохнул.
— Чёрт! Ты даже после родов осталась такой узенькой…
Он ложится на меня всем весом, целует глаза, нос, щёки, губы.
— Сдавайся, мамочка… мы с Николя очень обаятельные мужчины. Мы умеем уговаривать…
Улыбаюсь. Как тут отказать? Притворно вздыхаю.
— Ты мне руки выкручиваешь…
— Ты уверена, что руки? — Моро снова подаётся вперёд.
— Пошляк…
Мне закрывают рот поцелуем.
— Люблю тебя…
— И я тебя…
Мы успеваем отдышаться, когда Жасмин тихо стучит в дверь. С нашим маленьким сыном, похожим, как две капли воды, на Виктора Луи, Жасмин с улыбкой во все тридцать два вплывает в нашу спальню.
— Мадам, месье, мы с маленьким господином приглашаем вас к завтраку.
Моя семья… Моя долгожданная, любимая, самая замечательная семья… Очень надеюсь, что совсем скоро она станет ещё больше.
Муж ещё не знает, но я уже бросила пить таблетки. Осталось только чуточку постараться, захотеть и сделать, и тогда я опять заберусь любимому мужу на
