но вот тут она, словно, в воздухе растворилась. Я ждал, что она снова появится в каталоге. Каждый день, как маньяк, пролистывал каталог Марго от и до. Она пропала. Детектив тоже зашёл в тупик.
Но я не отступил. Я знал, рано или поздно, она появится. Мой детектив дежурил у съёмной квартиры Агаты. Однажды оттуда просто вывезли все вещи. Причём, не по адресу, а на свалку. Всё. Владелец сказал, что ему абсолютно не известно, где находится девушка, что жила здесь. Квартиру арендовала фирма. Фирма же заказала вывоз всего, что не принадлежит хозяину. Круг замкнулся. Она исчезла… Оставалось грызть чёртовы ухоженные ногти. Я потерял девушку, которая разбудила в моей душе давно забытые чувства. С этим трудно смириться. И с мыслью о любви, и с мыслью о потере.
Три года… Жизнь вошла в своё русло. Я привык жить без неё, хотя мне не хватало нашего неравного противостояния. Меня, уверенного в себе баловня жизни, и девочки, обиженной жизнью. Я лишь надеялся, что она окончательно ушла из проституток, а не перебралась в другую страну, взяв новый псевдоним. Не хотелось, чтобы она закончила свою жизнь в этом дерьме, как малышка Мадлен.
Каково же было моё удивление, когда в крохотной пекарне я вдруг встретил девушку, похожую на неё, как две капли воды. Только эта была уверенной в себе, полной достоинства. Как она на меня посмотрела, когда я схватил её за предплечье… Мадам Кэтрин. Я мог поставить на спор всё, что у меня есть — это была Агата. Все мои инстинкты не то, что стойку сделали. Они вопили, что это она.
Владелец пекарни не долго сопротивлялся, и я узнал, что полное имя незнакомки — Кэтрин Дюмонтье. Мне не составило труда навести справки. О, да. Это была моя Агата. А Патрик сделал то, на что не решился я.
Мне пришлось уговаривать себя не пороть горячку. Но я поехал к Патрику. Всё сходилось. Три года он был женат на ней. Три года она жила у меня под носом. Он спрятал её от всех. Он дал ей будущее. Не я.
Почему она так важна для меня? Этот вопрос я задавал себе тысячи раз. Молодая девушка, каких миллионы. Наверное, её стержень. Каждый раз она принимала правильные решения и следовала им.
Она красиво отшила меня, дав понять, что, став женой Патрика, не играет эту роль, а живёт, как жена. Достойно уважения. Но я не собирался сдаваться. Патрик всё понял. Мы поговорили, и он ввёл меня в их жизнь, как финансового советника. Это позволило мне находиться рядом.
Я дал ей немного времени прийти в себя после смерти мужа и попытался снова заполучить в свою жизнь. Да большинство пар Франции живут так, как я предложил! Она в очередной раз послала меня. Жёстко. Это была уже грань. Я швырнул ключи от её дома на комод в коридоре и окончательно закрыл за собой дверь. Я принял решение. Баста. Новогоднюю ночь я провёл в одиночестве в ресторане, а закончил с очередной проституткой. Я вытравливал Агату из своей души.
На том вечере, куда она заявилась с Филиппом, я видел, как она похудела… видел, что переживает. Она сделала шаг навстречу, а я отошёл на два назад. Я не хотел больше встрясок. Не срослось. Значит, не судьба. Агата может идти своей дорогой. Взяв ключи, я не сделал даже попытки поговорить с нею. Сам не понял, зачем их забрал… Она всё поняла.
Когда Патрик пришёл ко мне с её просьбой выкинуть меня окончательно из жизни, я дал ему разрешение на консультацию и даже дал имя, к кому её направить. Только в душе стало совсем пусто.
Я уехал на пару дней к сестре. Сидел за большим столом в окружении её семьи и думал, что сделал что-то не так в своей жизни… Даже перед самим собой трудно признавать ошибки. У меня есть положение в обществе и капитал. Но к определённому возрасту этого оказывается мало.
Когда-то я любил. В своей манере пошёл против семьи и женился на недостойной меня девушке. Всё закончилось быстро. Долго длились суды с дележом имущества, с обливанием грязью и прочими прелестями развода. Навсегда запомнил и выучил урок.
Я много думал, прежде чем принять окончательное решение… Готов ли я менять свою жизнь ради Агаты? Готов ли снова рискнуть? На сколько мои чувства к этой девочке сильны, чтобы снова попробовать?
В Японии всё началось, пусть в Японии всё и решится. Я забронировал два места в первом классе и отослал ей смс. Вот и будет момент истины. На сколько мы готовы уступать друг другу? На сколько Агата готова принимать меня таким, какой я есть?
Я сидел один на наших местах в самолёте, и с каждой секундой всё сильнее чувствовал себя идиотом. Решил, что, как бы то ни было, улечу в Японию. Даже один.
Она заняла своё место в последнюю минуту перед закрытием двери. Мадам Дюмонтье, моя строптивая девочка. Мы оба подписали капитуляцию и выбросили белые флаги. Никогда мне не было так хорошо. Я сразу заметил моё кольцо на её пальчике. В багаже я вёз ещё одно…
Почему так трудно вытолкнуть из себя слова любви? Вроде, хорошие слова, а так трудно. Они сами собой вырвались у меня во время секса, как всегда улётного и безумного. Только подо мной лежала уже не чужая жена или элитная проститутка. Подо мной лежала моя женщина, которую я хотел любить, защищать и баловать.
Я знал, что она примет моё предложение. Но было чертовски приятно видеть, как она растерялась. Она согласилась на малое, а я дал ей всё.
Моя хрупкая сильная жена спит после родов… Боже, как это было страшно… Хотелось забрать всю её боль на себя, только бы всё прекратилось быстрее. Я не мог отвести глаз от скрюченного, в каких-то кровавых потёках тельца, и не удержавшись, положил ладонь на мокрую голову нашего сына. С чем можно сравнить то счастье, что залило меня в этот момент?
Мы женаты уже шесть лет… Я получаю непередаваемое удовольствие, когда Агата выходит в коридор, встречая меня после работы. Она делает это каждый день. Чем бы ни занималась, где бы ни была в нашем огромном особняке, она всё бросает и встречает меня. Не потому, что надо, а потому что соскучилась. Она искренна во всех своих чувствах. Моя маленькая жена… Иногда мне становится страшно от того, что я
