нами творится. Ну-ну.
Горничных приманила звоном колокольчика, тут все именно так, как положено быть в красивой сказке, не считая того, какие на меня саму бросают взгляды. Скорее как на необходимое зло, чем на прекрасную принцессу. А ведь я теперь чудо как хороша и по змеиным меркам тоже. Грудь жаль немного, потеряла в объеме целый размер, зато форма стала куда симпатичней. Уж на эльфийский взгляд так точно.
Служанки сняли с меня надоевшее платье, помогли накинуть ночную рубашку, длинную, в пол, с рюшами на рукавах и широкой лентой вместо пояса. Такие никто и не носит, наверное, нигде, кроме этой планеты.
Пустая без мужа кровать. Девушки нестройным хором желают крепкого сна, укутывая меня одеялами, и спешат удалиться. Я осталась во всем доме совершенно одна, только круговерть чужих лиц, что бродят по этому замку. Почему так? Обхватила рукой чешуйку в оплате красивой рамы, теперь она скорее напоминает мне зеркало. Протёрла как следует. Дракон сладко дремлет в объятиях клокочущей лавы.
— Ты чего? Опять испугалась?
— Просто хотела пожелать тебе сладких снов.
— Сны могут быть и острыми как некоторые травы. Перец, например, или горчица, — дракон зевнул, выпустив облачко дыма, — спи, бельчонок. Если что, я, так уж и быть, прилечу сквозь пространство и время. Но лучше не надо.
— Спасибо.
Чешуйка померкла и странный мой друг растворился. Человек ко всему привыкает, вот и я привязалась к дракону. Жаль, ко мне никто не спешит привязаться. Купить, что ли, любовь? А ещё лучше подобрать. Точно. Вернусь на Землю, заведу собаку. Лохматую дворовую псину. Пусть она меня преданно любит всем своим собачьим огромным сердцем.
Только прикрыла веки, как мгновенно уснула, даже крики ночных птах и шорох в саду не смогли помешать.
Проснулась от ужаса. Воздуха не хватает, а грудь заходится в кашле. Будто душат за шею. Ухватилась за горло. Шелковый платок обвит вокруг. Дернула, закричала изо всех сил зачем-то. Зашлась в некрасивом удушливой кашле, снова кричу, слезы и сопли смешались, все лицо мокрое, у окна дернулась тень, в дверном проёме тоже вроде бы замер серый в сумерках ночи призрачный силуэт.
— Что случилось? — спросили два голоса почти в одну и ту же секунду. Узнаю голос мужа и голос нашего гостя, тот идёт от окна.
— Меня душили! Вот лента!
Устало ткнулась лицом в подушку, хоть слезы бы оттереть, стыдно. А эти двое стоят друг напротив друга, и не подойдёт ни один, чтоб утешить. Черт! А откуда здесь вообще взялся Льюис из Корфора, старший в Дэмском роду? Как вошёл муж, я видела. Точнее, как он стоял в дверном проёме после того, как я проснулась. По телу прошел холодок. Кто из этих двоих хотел меня задушить? Или они вообще спелись, пока гуляли неизвестно зачем по грязи? Усилием воли подобрала под себя дрожащие руки и вскочила, прижавшись спиною к стене.
— Если бы ты спала одна, как подобает супруге, думаю, ничего бы не случилось.
— Я ложилась одна, — дрожащий голос выдал весь страх, а подступивший кашель дополнил картину.
— Тогда что здесь делает он?
— Элли наняла меня себя охранять, чем я собственно и занимаюсь. Это ведь не первое покушение на ее жизнь?
— Как вы сюда попали? Если моя супруга не лжет, и не она вас сюда пригласила. Впрочем, по коридору никто ночью не проходил мимо дверей этих комнат.
— Я влез на парапет по стене, — сказал Льюис из Корфора, старший в Дэмском роду как нечто само собой разумеющееся. Меня видел садовник с земли, он проходил под окном несколько раз. Один раз даже окликнул, это было минут десять назад. Предложил плед и кружечку чаю. Потом Элли закричала, и я влез в окно. Ведь это вы ее душили?
— Я?! Что вы себе позволяете! — двинулся было муж вперёд, но вот незадача, между этими двоими мужчинами раскинулась от стены до стены кровать. Лезть на нее ногами пока никто не решился. Черт! Который из них решил меня грохнуть? У мужа на это хотя бы есть причина. Он планировал уже мои похороны, а тут такая незадача. А этот наш гость? Что я о нем знаю? Ровным счётом ничего. Только имя, которое он соизволил назвать.
— Зажгите свет.
Муж кинул искру с пальца на свечку, и та загорелась отчего-то синим. Надеюсь, хоть дым от нее не ядовит. Рука протянулась к ленте, что обвивала мое горло. Пальцы дрожат, докатилась. Нервная барышня! Никогда раньше такого себе не позволяла! Впрочем, раньше я и жила нормальной жизнью журналиста.
— Это пояс от моей ночной рубашки! Я сама себя задушила, — дурной истерический хохот ударил в голову. Нет, и вправду было бы довольно смешно так погибнуть.
— Элли?
— Разве это не смешно?
— Откровенно говоря, нет. Я остаюсь здесь на правах охранника. Мало ли КАКИМ образом этот поясок оказался замотан.
— Я тоже останусь.
Похоже, эту ночь я проведу между двух разъярённых мужчин. Так даже надёжней. Главное только, уснуть, и чтоб они на мне не подрались.
Глава 31
Элли
Проснулась на самой границе ночи и забрезжившего рассвета от тихой брани двоих мужчин. Даже не сразу сообразила, кто я, и где вообще нахожусь, лишь только долетают обрывки фраз
— Отвернись!
— Чтоб ты ее в этот момент убил?
— Глаза закрой и не смотри.
— Даже не подумаю!
Открыла глаза и поняла, в чем суть склоки. Не привыкла я спать в ночных рубашках. Та замоталась чуть ли не под мое многострадальное горло. Ноги видны целиком, повезло ещё, что тело прикрыто, зато разрез на груди открылся, непонятно каким образом он вообще тут возник. Неспешно вся закинулась одеялом. Совсем ужасного ничего не случилось, а они все равно все уже видели оба.
— Доброе утро! — я сладко потянулась, отчего грудь обнажилась ещё чуточку больше. Но в такое утро, когда в комнате пахнет цветами из сада и щебечут под окном птицы, просто невозможно отказать себе в маленькой радости и не выгнуть спину дугой.
