часть стены окну:
— Неужели, вы опуститесь до того, чтобы взять меня силой? Вы всегда так поступаете? Насилуете беззащитных женщин? — выкрикнула я и вздрогнула оттого, как Амодей на меня взглянул.
Я ещё не видела его таким: губы сжаты в тонкую линию, в глазах буря непонятных мне эмоций. Вместо того чтобы приступить к исполнению своей угрозы, король демонов отвернулся и присел на край кровати.
— Как ты не понимаешь? — прошептал он. — Я не могу забыть тебя с той самой первой встречи. Не могу забыть твои мысли, твоё лицо, тело… Я не испытывал подобного больше трёх сотен лет. Думал, что на мой век больше не отмеряно, — он горько вздохнул и посмотрел на меня. — Ошибся.
От его слов и взгляда, полного непреодолимой тоски, сердце сжалось в трепещущий комок. Было странно осознавать, что я дрога Амодею. Однако мой скептически настроенный внутренний голос настойчиво требовал не верить ни единому слову:
— Мне жаль, — тихо сказала я.
— Я мог не допустить вашу свадьбу, но тогда ещё не понимал своих чувств. Да и Лилит. Мы хоть и не идеальная пара, но вместе уже не первую тысячу лет…
Упоминание имени демонессы заставило меня вздрогнуть:
— Вы должны знать! Они готовят на вас покушение! — выпалила я и собиралась назвать имена заговорщиков, когда в комнате заискрился чёрный вихрь, и перед нами, ослепляя белизной кожи, появилась Лилит.
Лицо королевы демонов было искажено гримасой дикой злобы, я тут же поняла, что вся её ненависть адресована мне лично. Наши взгляды встретились, её зрачки алели так же, как и помада на пухлых губах. Сейчас она напоминала гибкую чёрную пантеру, настигшую свою добычу и от осознания того, что эта жертва я, на душе стало совсем паршиво. Прекратив убивать меня глазами, Лилит обратила своё внимание на супруга, который был удивлён её появлением не меньше, чем я.
— Я всё слышала, Моди! Меня чуть наизнанку не вывернуло от твоих признаний! — с насмешкой сказала она. — Как ты мог помыслить о том, чтобы заменить меня этой жалкой самкой! — последние слова она выплюнула, глядя на меня.
Как может в одном существе красота и уродство сочетаться настолько гармонично? Глядя на породистое лицо демонессы и её точёную фигуру, я чувствовала себя не просто некрасивой, а безобразной. Разум вопил, что это внушение, но я была настолько потрясена всем происходящим, что напрочь забыла все уроки Пифия.
— Что ты здесь делаешь? Ты ведь должна быть с Вэлиалом! — прорычал на жену Амодей.
Лилит усмехнулась и направилась ко мне, её взгляд не сулил ничего хорошего:
— И ты решил устроить нежное свидание с этой девкой? — вскинув свою чёрную бровь, спросила она.
В следующее мгновение демонесса схватила меня за волосы и ворот блузы и, подняв, будто пушинку, швырнула через кровать в ближайшую стену. Я ощутила сильный удар по голове и невыносимую боль в левом бедре, наверное, подобное испытывают несчастные наступившие на гвоздь. Я слышала яростный рык Амодея и видела сквозь пелену, всё плотнее окружавшую меня, как король демонов приподнял супругу в воздух, сжимая её белую шею. Во рту появился вкус крови, я хотела привстать, чтобы осмотреть ногу, но образы окружающих предметов окончательно потускнели и слились в размытое пятно.
Сколько времени я находилась без сознания, не знаю, но пробуждение было ужасным. Сначала я ощутила поток чужих навязанных мыслей, кто-то настойчиво требовал, чтобы я открыла глаза. Я сопротивлялась, пытаясь выдворить постороннего из своей головы, но не смогла.
— Открой глаза, девочка, — голос Лилит прозвучал возле уха, висок пощекотало чужое дыхание.
Распахнув веки, я тут же пожалела об этом. Я была привязана за руки и ноги к какому-то пыточному агрегату. Но больше всего пугало даже не это, а то, что мы с Лилит были наедине! Всё тело болело, особенно не давала покоя нога, я чувствовала, как от бедра к ступне течёт горячая влага. Похоже у меня серьёзный порез!
Осмотревшись, я поняла, что мы находимся совсем в другом помещении, скорее всего в каком-то подвале. Приглушённый свет, большой пылающий камин у одной из стен и обилие всяческого инвентаря, большую часть из которого я никогда не видела, а остальную могла узнать только по фильмам про инквизицию! Меня затрясло от страха, по спине пробежал неприятный холодок. Если я не умру от рук Лилит, то скончаюсь от потери крови! Заметив мою реакцию, демонесса довольно заулыбалась.
— Да, крошка, сегодня у нас с тобой будет девичник, — сообщила она и расхохоталась. — Я так долго искала похитителя клинка! В тот день в замке было столько народу!
Лилит вновь приблизилась, и я ощутила терпкий аромат, исходящий от моей мучительницы. Этот запах абсолютно не вписывался в окружающую обстановку, впрочем, как и миниатюрная брюнетка в роскошном наряде.
— Почему здесь нет Амодея? Где он? Что ты ему наплела? — прерывая речи демонессы, спросила я.
Лицо Лилит тут же оказалось в миллиметре от моего, она прищурила алые глаза:
— Ай-ай-ай! Как не красиво перебивать старших, — погрозив мне пальцем, сказала она.
В следующее мгновение моё тело пронзила адская боль: Лилит надавила на рану на бедре. Сжав зубы, я прохрипела парочку ругательств, которыми частенько во время занятий пользовался Теодор. В глазах замелькали пятна, окружающая обстановка начала тускнеть…
— Не смей! — в лицо ударила струя холодной воды. — Это ведь ты подслушивала наш разговор? Отвечай! Мне нужен клинок! — прошипела Лилит и больно вцепилась мне в волосы. — Я ведь могу не только боль причинять! У меня шикарный вкус, детка, и я с радостью подправлю твою отвратительную мордашку! Ты же хочешь быть красоткой, да? — продолжая тянуть меня за волосы, нашёптывала демонесса.
Почему Амодей оставил меня с ней? Может, он сейчас где-то здесь, наблюдает и остановит свою сумасшедшую жёнушку в последний момент? И где же Михаил? Почему он до сих пор не пришёл за мной?
От удара наотмашь в ушах зазвенело, из носа тонкой струйкой потекла кровь.
— Вот! Уже лучше, а я всего лишь добавила немного алого! — усмехаясь, заявила моя мучительница. — Ты настолько не уверена в себе, что даже силой овладеть не можешь! Я-то рассчитывала позабавиться с тобой, а ты такая! Фу! Скукотища! Боюсь, твоя мамочка была бы сильно разочарована! — поймав мой взгляд, Лилит состроила огорчённую рожицу. — Ксения всегда была невзрачной замарашкой, но такой слабой и беспомощной… Нет! Никогда!
Слова демонессы били по самым болезненным точкам, заставляя каждый раз внутренне сжиматься. Пламя ярости распаляло моё сердце, разгоняя по венам испепеляющую меня изнутри кровь. Я чувствовала как от клеточки к клеточке моя злость
