почти невредимым. С одним только фингалом под глазом — тот выглядит настолько хорошо, наливаясь кровью, что у Майлза аж душа радуется.
Тедди провожают в медпункт.
Майлз следует за ним и мистером Кэлмвудом по стеночке, как настоящий ниндзя, и время от времени сливается с группками учеников. Майлз не знает, рассказал ли учитель, кому Тедди обязан благополучным решением ситуации, но тот теперь ему чисто по-мужски должен. Майлз еще не представляет, что стрясет с Поттера в качестве долга, но стрясет обязательно!
Майлз поджидает Тедди рядом с медпунктом, намереваясь эффектно выйти из-за угла, когда он того не ожидает, и сказать что-то вроде «А неплохо тебя жизнь разукрасила!», как часто делают его любимые герои в комиксах, но Тедди появляется за его спиной сам и абсолютно неслышно.
— Ты!.. — подскакивает Майлз совсем не по-крутому.
Сердце заполошно бьется где-то в горле.
— Шпион из тебя никудышный, топаешь как слон. Удивлен, что мистер Кэлмвуд не заметил, — Тедди скрещивает руки на груди и смотрит внимательно.
— Зачем явился? — вообще-то, этот вопрос должен был задать Тедди
Бесячий Поттер с его бесячими уловками, из-за которых у Майлза вечно все идет наперекосяк.
— Хотел поблагодарить за помощь, — усмехается Тедди.
Майлз фыркает.
— Но с чего вдруг благотворительная акция?
Это он, типа, спрашивает, почему Майлз помог? А нормальными словами сказать язык отвалится?!
— Ты только не обольщайся, ясно? — Майлз старается выглядеть сильным и независимым, но сердце все еще стучит, а дыхание сбивается. — Просто, если ты сейчас попадешь на больничный, я не смогу утереть тебе нос на чтении и математике…
Тедди понимающе кивает, а Майлз не выдерживает:
— Что вообще случилось, раз ты с теми ребятами поцапался?
Поттер мрачнеет, мелькает в его взгляде что-то нехорошее, пугающее… Майлз сглатывает.
— Я краем уха услышал их разговор. Они… обсуждали наше материальное положение… и говорили, что не против заплатить, если мама предоставит услуги личного характера. Я дал понять, что ее такое не интересует.
— Услуги личного характера? — про такое Майлз еще не слышал. — Это вообще что?
Тедди вздыхает.
Этот вздох Майлз часто слышит на уроках окружающего мира, когда тема касается животных и он, собираясь блеснуть знаниями, рассказывает какой-то интересный факт, который услышал от родителей или завсегдатаев закусочной. После этого вздоха Тедди обычно начинается подробная лекция, из которой ясно одно: Майлз — дурак и ничего не смыслит в мире живой природы, факт звучит по-другому и он даже не один, в общем… Как только Майлз слышит этот вздох, у него сразу появляется нехорошее предчувствие.
— Подрастешь — узнаешь, — вместо лекции произносит Тедди.
— Ну и ладно, у папы спрошу, — Майлз бурчит под нос.
А Тедди почему-то кашляет в кулак, едва сдерживая улыбку:
— Удачи…
— Чего это ты?.. — вскидывается Майлз.
— Опустим подробности, — прерывает Поттер. — Зачем ты пошел за мной на самом деле?
Майлз ненадолго замирает, растерявшись, а после встает в горделивую позу и роняет значительно:
— Теперь ты мне должен.
— С чего бы? — Тедди вскидывает бровь.
Бесит.
— Потому что я тебя спас, — у него что, вообще нет ни капли благодарности?
— Я не просил об этом, — пожимает плечами Поттер.
— Но я все равно тебя спас!
Тедди поднимает вторую бровь. Майлзу очень хочется ему врезать, чтобы второй глаз тоже окрасился в сине-фиолетовый. Пусть этот панда еще дня два глаза толком раскрыть не сможет.
— Аргумент слабый, ведь спас меня фактически мистер Кэлмвуд, но так и быть. Признаю. Ты помог мне. Что хочешь взамен?
Что, так сразу?
— Ну… — Майлз задумывается. — Оставшуюся неделю ты будешь покупать мне обеды!
— Любой каприз за твои деньги, — требование Тедди ни капли не смущает.
— Нет, за твои деньги, — поправляет Майлз.
— Не выйдет, — Поттер разводит руками с наиневиннейшим выражением лица. — Мы в бедственном материальном положении, у меня порой нет возможности купить собственный обед, что уж говорить, про твой.
— Тогда… тогда… Признай свое поражение! Я лучше.
— Нет.
Тедди хмыкает как-то особенно раздражающе:
— И ты серьезно решил, что сможешь схалтурить?
Майлз цыкает. И тут ему приходит замечательная по сути своей идея:
— Тогда перестань общаться с Оливией! Неделю… нет, месяц. Месяц даже слова в ее сторону не произноси.
По словам папы, все девочки — создания ветреные. Через месяц Оливия о Поттере даже не вспомнит и совершенно точно достанется Майлзу. А уж он ее потом никуда не отпустит, будет сидеть и смеяться только над его шутками.
— Ты уверен? — зачем-то уточняет Тедди.
— Да.
Вот теперь Майлз точно уверен.
— Ты хорошо обдумал свое решение?
— Да «да» же!
— Хорошо, — Тедди пожимает плечами, удивительно просто сдавая позиции.
Ха! Жаль, Оливия их разговор сейчас не слышит. Вот Майлз бы ни за что не отказался от нее так просто, он бы сражался до последнего, как и подобает крутым парням. А Поттер… фи! Тряпка…
* * *
То, что с условием своим Майлз попал и попал крупно, он понимает не сразу. Но как только на его парту с грохотом опускаются ладони Оливии, а напротив его — ее лицо, покрытое красными пятнами — сердце почему-то ёкает. Взгляд Оливии уничтожает, Майлзу кажется, что еще немного и она точно бросится на него. Эта Оливия отличается от Оливии, которую он всегда представлял рядом, тихой, красивой и улыбающейся.
Эта Оливия пугает.
— Значит, запретил ему со мной общаться? — шипит Оливия жутко-жутко.
Майлз не сразу осознает, про кого она говорит, но как только светлая мысль навещает его голову, снова хочется врезать Тедди. Мишка настучал на Майлза — и кому? — девчонке!
— Возомнил себя работорговцем, который может управлять людьми? Майлз Шайн, ты просто отвратителен!
— Погоди, Оливия!.. — вскидывает руки Майлз и тут его озаряет: — А как ты вообще про это узнала?
Поттер что, нарушил слово и все-таки заговорил с ней? Это совсем не по-мужски!
…Если Майлз и мог совершить ошибку, которая сделала бы его положение совсем катастрофическим, то он только что ее совершил.
Тайлер хватает его за предплечье и вытягивает в проход между партами ровно в тот момент, когда учебник (его же, Майлза!) падает на то место, где он только что сидел. А Оливия уже тянется за новым.
Крутые парни, конечно, не убегают от девчонок, сверкая пятками, но Майлз на сто процентов уверен, что они просто не встречались еще со злющей-злющей Оливией. Поэтому Майлз без капли стыда вылетает в коридор, когда вслед ему несутся гневные крики и учебники — на этот раз, чужие.
Майлз петляет по школе, поднимается на этаж-два, потом спускается, потом вновь петляет — пока голос Оливии не стихает. Но в коридоре
