Читаем без скачивания Порок и добродетель (Звонок из преисподней) - Вера Кауи

– Я с самого начала знала, что Брэд много путешествует, – ровным голосом ответила Джулия, хорошо понимая, что ее снова испытывают, и твердо намеренная это испытание выдержать.

– Я знала, что ты женщина разумная, – одобрила ее свекровь. – И ты не будешь скучать одна, обещаю тебе.

По правде говоря, Джулия чувствовала себя мишенью в безжалостной кампании, ведущейся с единственной целью – победить. Леди Эстер родилась с жезлом фельдмаршала в ранце и, как всякий хороший генерал, придавала большое значение разведывательной работе. Джулия не сомневалась, что леди Эстер тщательно изучила и запомнила всю ее подноготную, а теперь с уверенностью принялась делать из Джулии типичную жену Брэдфорда.

Вне сомнения, Битси получила соответствующие указания матери и взяла Джулию под свою опеку во всем, что касалось покупок: какие магазины следует посещать, как платить, если отправляешься в магазин лично, где выбирать товары по образцам, с тем чтобы их потом прислали на дом. Джулия выяснила, что в Бостоне фамилия Брэдфорд значит столько же, сколько имя королевы в Лондоне. Благосклонное отношение леди Эстер рассматривалось как королевская милость.

Эбби занялась ее культурным образованием: концерты по пятницам, благотворительные организации, музеи и все такое. Именно это Джулия предпочитала. Она старалась как можно меньше времени проводить в элегантной, но холодной пустыне на Луисбург-сквер, где подавали невкусные коктейли, но зато всегда были в изобилии самые последние сплетни, предпочитая большой и плохо прибранный дом Эбби в Кембридже, где ее всегда приветливо встречали дети Эбби – два мальчика, студенты Гарварда, и девочка – первокурсница в Редклиффе.

Дома у четы Эмори всегда много смеялись, там царила атмосфера теплоты и счастья. Дети отнюдь не старались скрыть свою привязанность друг к другу. Кроме того, там жили пара кошек и несколько собак, которые, как и хозяева, были вполне равнодушны с царящему в доме беспорядку. Джулии нравилось проводить время в огромной кухне, где все с аппетитом ели за большим разделочным столом, одновременно ведя самые разные разговоры. Джулия обожала эти долгие дискуссии по вопросам музыки, искусства и политики. Уинтроп, старший сын Эбби, собирался стать политиком, а Сет-младший – писателем. Чарли играла на рояле так хорошо, что вполне могла сделать карьеру пианистки. В этом доме жили счастливые люди.

У Битси все было по-другому. Настоящая дочь своей матери, она старалась подражать ей во всем. Совершенно очевидно, пределом ее амбиций было стать grande dame. В доме все делалось тан же, как и на Маунт-Вернон-стрит, но ее сыновья, оба первокурсники и безупречные с виду, напоминали Джулии манекены в витринах. Они никогда не бегали по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, никогда не насвистывали мелодии, никогда ничего не разбрасывали, никогда не шутили со слугами. Сыновья Битси – Бредфорд и Дрекс (сокращенное от Дрексель) – были красивыми мальчиками, унаследовавшими элегантность матери и изящество отца, но имели один существенный недостаток. Они были начисто лишены обаяния. Оба громоздких парня Эбби, постоянно ходившие в свитерах и джинсах, как, впрочем, и Чарли, и под страхом смертной казни не согласившиеся бы напялить костюмы братьев Адамс, могли, тем не менее, обаять кого угодно. Эбби и Брэд поделили между собой обаяние Брэдфордов. Битси и ее сыновьям не досталось ничего.

После нескольких недель знакомства, узнав Сета, уже достаточно хорошо, Джулия как-то сказала ему о замеченной ею разнице. Он был ее любимым гидом по Бостону, и они гуляли по старому кладбищу, где она сосредоточенно рассматривала надгробия на могилах Поля Ревере, Джона Хэнкока и Сэмюеля Адамса, последний из которых был общим предком и Сета, и Брэдфордов.

– Ты права, здесь довольно четкое разграничение, – согласился Сет. – Эбби и ее брат пошли в так называемых английских Брэдфордов. Брэд очень похож на нынешнего маркиза. А Битси – в американских Брэдфордов. – Сухо рассмеявшись, он продолжил. – Мы, жители Новой Англии, знаешь ли, весельем и живостью не отличаемся. Это пуританский край.

Джулия механически улыбнулась, размышляя над тем, что собиралась сказать.

– Да и леди Эстер вовсе не американизировалась, несмотря на то, что уже долго живет в этой стране.

– Разумеется, нет! Она из нас сделала англичан. – Сет наклонился, чтобы рассмотреть старое надгробие. – Выдающаяся женщина. Сильная. Мы, мужчины, из самозащиты, называем таких женщинами с мужским умом.

Джулия снова улыбнулась, но стояла на своем.

– И все же, хоть Брэд и очень похож на нее, он ее сильного характера, похоже, не унаследовал, только ее обаяние.

Сет пожевал губами и покачал головой.

– Я бы не стал этого утверждать, – вежливо не согласился он. – Просто в присутствии матери Брэд вынужден вести себя очень осторожно. Они ведь необыкновенно близки, знаете ли.

– Знаю, – ответила Джулия.

– Он – самая главная драгоценность в ее жизни, и Брэд это хорошо знает. – Искоса взглянув на нее, он добавил: – Она тебе уже рассказывала, на какой риск пошла, чтобы родить его?

– Да.

– И насчет того, что он реинкарнация ее отца?

– О да. – Джулия глубоко вздохнула и как в омут кинулась, – Но ни одного слова об отце Брэда. В доме пруд пруди фотографий маркиза, но я не видела ни одной фотографии отца. Как будто его никогда не было. Эбби единственная, кто о нем вспоминает.

– Как старший ребенок, Эбби была к нему ближе, сохранила приятные воспоминания. Битси всегда тянулась к матери, старалась ей подражать, как ты уже, верно, поняла. А Брэд… – Сет помолчал, потом продолжил: – В его жизни главное – мать. Он хорошо сознает свою роль в ее жизни, и его обращение с ней основано на этом. Ему потребовалось большое мужество, чтоб вот так жениться, без ее согласия. С моей точки зрения, это доказывает, как сильно он тебя любит. – Он снова помолчал. – И нуждается в тебе. – Он тепло посмотрел на нее: – Ты мне очень нравишься, Джулия. Я обратил внимание, что ты легко справляешься со многим, что было бы не под силу более слабой женщине. У тебя есть такт и большое терпение.

– Не совсем так, – грустно возразила Джулия. – Иногда мое терпение удивляет меня самое.

– Для твоего возраста ты – зрелая женщина. Под таким давлением – и так держаться.

– Я хочу, чтобы все было как надо, – осторожно ответила Джулия. – Для Брэда это важно.

– Конечно, – просто согласился Сет. – Но ты – то самое, что нужно Брэду.

– А не Кэролайн Нортон? – Ну вот, она это сказала.

– Брэд никогда ее не любил. Он выполнял свой долг, не больше. Я не виню, он понял, что не может на это пойти.